— Знаю. Ты Геррая, ты Хранительница империи. Но, извини, фиговая у вас какая-то империя, если ее приходится защищать тринадцатилетней девчонке.
— Вы не понимаете…
— И даже не хочу понимать. Я не твой дед и изменить твой выбор не могу. Единственное, что я могу сделать как твой инструктор, — повысить твои шансы на выживание.
— Я это очень ценю.
— Но все равно считаю, что на передовой тебе не место. А империю можно хранить и по-другому.
Ленайра вздохнула.
— Все-таки вы действительно не понимаете. Дело не во мне и не в выборе деда. Проблема в том, что в империи кризис. Кто бы ни возглавил попытку переворота шесть лет назад, но сделал он это, опираясь на недовольных.
Отец нынешнего императора проводил… скажем прямо… не очень умную внутреннюю политику и наплодил много врагов. А его сын оказался слишком благороден. Дед говорил, что во дворце слишком много конкурирующих сил, а это опасно. Попытка переворота подняла муть, а тут еще убийство членов Древнего Рода. Такое не происходило уже очень давно. Понятно, что смерть моих родителей не предусматривалась, но тем не менее. Это слишком сильно всколыхнуло общество. Дед рассказывал, что многие в те смутные времена попытались под шумок свести счеты с врагами. Император мудро поступил, объявив амнистию и тем самым загасив разгоравшуюся войну группировок, грозившую стать войной гражданской. Но дед считает, что лучше бы война началась тогда, меньше крови было бы и появились бы шансы добраться до главарей заговора. А после амнистии шансы упустили, в результате зреет новый заговор, и дед считает, что заговорщики уже начали действовать.
— Он опасается войны?
— Если императора убьют, а его родня уцелеет — войны не избежать. Даже влияния Древних Родов не хватит, чтобы ее остановить. Останься мои родители в живых, еще были бы шансы, но сейчас… Из Герраев вес имеет только мой дед. Джейр растратил доверие императора своими выходками и неподобающим обществом. Мирл… его уважают как начинающего ученого, но ученый — это не тот человек, кто способен как-то повлиять на политические силы империи. И я, которая до недавнего времени считалась самой нелюбимой внучкой, которую уже вот-вот должны были вообще отстранить от всякого наследства.
— Дед постарался?
— Угу. Он сознательно держал меня подальше от всего, хотя втайне и занимался со мной всем, что нужно знать наследнице. Рассказывал и о подводных течениях при императорском троне. Сейчас-то я понимаю, что с тех пор, как Сосредоточие допустило меня к себе, я стала наследницей Рода, но в тот момент я этого не знала и совершенно не понимала поведения деда. Но так получилось, что, раз он возлагал на меня какие-то надежды, я не могла его подвести. И я должна каким-то образом очень быстро поднять собственный вес при дворе. Как это можно сделать быстро?
— Службой в армии?
— У вас это странное представление. Нет, службой тоже можно, но только во время войны, когда карьеру делают очень быстро. Сейчас же вокруг империи мир, и, надеюсь, так останется и дальше… если удастся сдержать порывы некоторых не в меру ретивых прогрессоров, норовящих наладить массовый выпуск сложных амулетов.
Дмитрий Иванович рассмеялся.
— Да уж. Слышал я их планы, как наведут они порядок.
— Угу. Я тоже. Пришлось опускать с небес на землю. Едва не поссорились. Так вот, возвращаясь к разговору. Поднять свой вес для представителя Древнего Рода, который уже по умолчанию что-то значит в политике империи, можно, обратив на себя внимание каким-то поступком… необычным поведением, сделать что-то, что заставит всех говорить о тебе. Как это сделать? Шута из себя строить мне не по чину, а вот выбор неподобающей для аристократки профессии, при этом совсем не позорной — аристократы ведь идут в нее, — как раз то, что нужно. Обо мне заговорили в империи еще до того, как меня объявили наследницей. Гениальный маг, досрочно окончившая академию. Самая молодая студентка высшей школы… и не какой-либо престижной, чьи двери с удовольствием раскроют передо мной, а самой что ни на есть обыденной, хоть и высококотирующейся, но не среди высшей аристократии, академии боевых магов. Но тут за этот выбор сыграло еще то, что есть пример родителей перед глазами. Постоянно себя спрашиваю: что было бы, если бы они лучше владели оружием и магией? Я должна была научиться защищать себя. И если выбор профессии больше политический акт, то тренировки — уже личный выбор.
— Можно было придумать и что-то иное для привлечения всеобщего внимания.
— Можно. Но раз я все равно начала обучаться боевой магии и фехтованию, то это надо было как-то объяснить. Правду ведь не скажешь. А так… сумасбродка, вдруг возмечтавшая о военной карьере… или просто желание… пусть каждый решает в меру своей фантазии. Сама я на эту тему отмалчиваюсь. Захотелось, вот и все. Тут и отношение деда на публике в чем-то помогло определиться. То ли я поссорилась с ним из-за своего выбора, то ли он со мной. То ли мой выбор обосновывается его отношением. А чем больше споров, тем лучше деду. Ему проще при дворе.
— Ты хоть что-то делаешь, не думая о политике?
— Нет. И вам придется делать то же самое, если будете играть в моей команде. Поймите, то, что вы мои вассалы, уже выводит вас в высшую лигу политической игры. Считаете себя не готовыми? Лучше откажитесь тогда, пока еще есть возможность.
Дмитрий Иванович покачал головой.
— Не меняю я свои решения пять раз на дню. Выбор я сделал осознанно, прекрасно понимая все то, что ты сейчас сказала. Что смотришь? Думаешь, нас в наших частях только воевать учили? Думать и анализировать — первейшая задача любого спецназовца… если он, конечно, хочет выжить. А фактов для размышлений ты мне предоставила вполне достаточно, чтобы сделать правильные выводы. Сколько лет я тебя тренирую? Сколько у нас с тобой разговоров было? Ты даже не представляешь, сколько информации можно получить из таких вот дружеских посиделок.
— Теперь представляю, — вздохнула девушка. — Вы ведь тогда не просто так порекомендовали мне некоторую литературу?
— Верно. Значит, политический акт. Но тогда, возможно, воевать вам и не придется.
— Надеюсь. Очень надеюсь. Но если произойдет худшее… Почему, по-вашему, я согласилась взять вас всех? В империи даже сейчас, без войны, уже раздрай. Не знаешь, кому можно доверять, а кому нет. Почему дед постоянно весь дерганый ходит? Говорит, самое трудное — найти того, кому можно верить, всех ведь в вассалы не возьмешь.
— Эта клятва… Магическая.
— Правильно говорить вассальная. Магическая клятва по большей части — миф, поддерживаемый самими магами, чтобы люди боялись. На самом деле любую клятву при желании можно обойти, просто для того, чтобы обойти клятву магическую, нужно приложить чуть больше сил. Всего ведь в ней не предусмотришь. Вассальная клятва — другое дело. Но опять-таки, она ведь действует в обе стороны. Как вассал клянется в верности сеньору, так и сеньор берет на себя определенные обязанности по защите вассала. Нарушил сеньор пункт клятвы, и все, вассал может считать себя свободным. Вы же не думаете, что в жизни возможно соблюсти все пункты? Ситуации разные бывают.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
