- Ай! - Взвизгнула я, отдергивая руку. - Боги, как же страшно.
Нет. Не надо так думать. Всё не так страшно. Не надо нервничать. Я со всем справлюсь. Ведь кожа ещё даже не начала холодеть. Просто сделаю пару уколов и мне сразу же полегчает, а до этого не надо выходить на холод, не надо делать резких движений и лучше закутаться по теплее, что бы не чувствовать разницу температур внутри моего номера. Всё уже хорошо. Главное не теряться.
На диване валялся отбракованный мною плащ, я аккуратно накинула его на плечи, и в этот момент ветер распахнул окно.
Новая волна боль настигла внезапно. Как будто кто-то ради шутки окатил меня колодезной водой. Мерзкие иголочки впились в каждую клеточку моего тела, и ежесекундно их количество увеличивалось в десятки раз. Всего за два бешеных удара сердца она стала невыносимой. Я заткнула рот руками, понимая, что всё равно не смогу остановить вырывающийся наружу крик боли и ужала. Я помню. Ещё несколько секунд и я перестану контролировать свой организм, а сбежавшиеся люди отправят меня в больницу.
Надо бежать пока есть шанс.
На грани крика я забормотала заклинание и из последних сил взмахнула руками, даже не успев задуматься о том, куда перемещаюсь. Единственным желание было только остаться одной.
Всё-таки я закричала. Нестерпимо ледяной ветер бил со всех сторон. Это не то место, не тот выбор, фатальная ошибка. Мне нужно теплое помещение, а не пепелище старой фермы. - Подумала я, теряя от боли сознание.
От автора:
- Я не сдамся. - Прошептал в закрытую дверь, сидящий на полу юноша и быстро поднялся на ноги, ускоряя шаг, желая в кратчайшие сроки оказаться как можно дальше от чужих глаз.
Под удивленные взгляды перешептывающихся сотрудников отеля он выбежал на улицу. Черный "Volvo" моргнул фарами сообщая об отключении сигнализации, когда на третьем этаже оставшегося за его спиной здания всхлипнула девушка и, ударив кулаком по двери произнесла:
- Не верь мне, Эдвард. Я люблю тебя.
- Что? - Застыл посреди проезжей части окончательно сбитый с толку юноша. - Тогда почему?
- Кретин, уйди с дороги. - Проорал водитель старенького пикапа. Но "вампиру" было всё равно, мыслями он находился в триста четырнадцатом номере.
- Ай! - Взвизгнула девушка. - Боги, как же страшно.
- Рина. - Бесшумно выдохнул Кален и, забыв про осторожность, метнулся в узкий проулок, под окна своей Мечты.
На располагающемся напротив здании крепилась пожарная лестница. Подпрыгнув до её нижнего пролёта и взбежав вверх, юноша оказался как раз напротив гостиной любимой, которая стояла спиной к окну и, мелко дрожа, накинула на плечи черный плащ.
Осознание, что что-то не так и она прогнала его не из-за простой блажи или желания отомстить, подтолкнуло его к действиям. Перепрыгнув на нужный балкон, Эдвард распахнул не закрытую стеклянную дверь. Рыжеволосая девушка задрожала, метнула к лицу руки, потом взмахнула ими в стороны и растворилась в воздухе.
Всё произошло за какие-то секунды, что вломившийся через окно гость даже не понял, успела ли она осознать, кто именно оказался в помещении.
Десять часов он провёл в её номере в ожидании возвращения ведьмы.
Десять часов его самого трясло от неопределённости. Звонки Эллис не давали успокоения, так как их семейная провидица не могла видеть ничего связанного с настоящим или будущего его сбежавшей любимой. Телефон Демиана как насмешка судьбы сообщал о его недоступности в самый важный момент. И даже сотовый самой Рины мирно лежал на диване гостиничного номера.
Десять часов оказались пределом. В шесть утра Эдвард больше не мог сидеть на одном месте. Не представляя где её искать, он решил планомерно оббежать всё известные ему места, где она, когда-либо бывала.
Спустившись вниз и сам не понимая для чего, он зашел на территорию подземного гаража, слепо надеясь, что в "NISSAN"е пропавшей девушки окажется какая-то подсказка. Но машины на её обычном месте не оказалось, как и новенького "Volvo" с поисковой системой напротив главного входа отеля.
Сведя эти два исчезновения "вампир" пришел к неутешительному выводу, что его ведьма возвращалась, но не зашла в номер именно из-за него и теперь просто не хочет, что бы её нашли.
- Что же, Любимая, пусть так. Всё будет, как ты пожелаешь. - Осипшим голосом произнёс он в пустоту и, снова поднявшись в номер, швырнул на журнальный стол, перевязанный красной ленточкой CD-диск и, схватив вазу подаренных им же чуть меньше недели назад роз, приложил ёё об стену и выпрыгнул в окно.
- Я всё равно не сдамся, Рина. Не сдамся.
-- Глава 24. Холодно. Часть 2.
- Эй!.. Эй! Ты!.. - Как через толщу воды звал чей-то голос. - Да как там тебя? Аллари!.. Эй! Что с тобой?.. Скажи мне что-нибудь!.. Нет-нет!.. Не теряй сознание! Нет!.. Вернись ко мне!.. Посмотри! Ты меня видишь?.. Вот дерьмо!... АЛЛАРИ!
- Больно! - С немыслимым усилием разомкнула я губы.
- Слава Богу! Это я уже понял... Что с тобой?.. Что мне сделать, что бы помочь?.. АЛЛАРИ!.. ГОВОРИ СО МНОЙ!.. - Речь была прерывистой, то громкой, то затихающей и я не могла с уверенностью сказать, произносятся ли эти слова подряд или с разницей во времени. Да и вообще слышала ли я что-то или это не более чем мой бред или сон. Боль разливалась по телу как морская волна, то, накрывая с головой, то, отходя куда-то на задний план, уступая место звериному голоду.
- Тепло!
- Что?.. Что мне сделать?.. Что нужно сделать?.. Может отнести тебя к Каленам?.. Черт! Аллари!.. Не спи!..
- Нужно тепло и... кровь.... Потом...
- Что потом?.. В Сиэтле есть твои знакомые, которые смогут помочь?..
- Денис. - Произнесла я одними губами, в очередной раз, проваливаясь в небытие.
- Нет. Всё. Я так больше не могу. Я звоню в скорую. - Услышала я вдалеке голос Дениса.
- Сядь! - Рявкнул кто-то смутно знакомый.
- А что ты оборванец тут раскомандывался? Почему я вообще должен тебе верить? Может, ты её тут наркотой обкалываешь... - Фраза оборвалась. По всей видимости, моего собутыльника в прямом смысле взяли за горло.
- Слушай ты, человечишка! Я тоже смутно понимаю, что делаю, но другого выхода у нас нет. - Прорычал "упырь". "Упырь"!?
- Ты посмотри на неё. В гроб и то краше кладут.
- Это нормально. Она уже почти проснулась. Это ты её прошлой ночью не видел. Вот когда фильм ужасов снимать можно было.
- Она же белая как полотно, даже синюшная какая-то.
- Не бледней меня.
- Тут не поспоришь. Наркоман. - Совсем тихо выплюнул он последнее слово.
- Я всё слышу.
- Ну и гордись до пенсии.
Холодная рука дотронулась до моего лба, вопреки ожиданиям не принося боли, и мужской голос очень тихо произнёс:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
