экстремальной формой экологизма. Конечно, кто-то возразит, что вред от экологического экстремизма не сравним с разрушительностью прежних антилиберальных идеологий, однако невозможно отрицать, что мономаниакальная приверженность крайним формам экологизма может привести к грубым нарушениям прав человека, как это произошло в Китае и Индии. Идеология крайнего экологизма и ее сторонники являются антинаталистскими, антигуманистическими, антирастущими и антипрогрессивными. Самое тревожное, что крайний экологизм и его сторонники становятся все более радикальными, как и подобает новой и все более популярной форме светской религии.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
. Может ли суперизобилие быть долговечным?
Проблема мира заключается не в большом количестве людей, а в отсутствии политической и экономической свободы.
Джулиан Саймон, The Ultimate Resource
В 2018 году мы начали работать над обновлением знаменитого пари Саймона-Эрлиха. Вместо того чтобы, как Саймон и Эрлих, сосредоточиться на реальных или скорректированных на инфляцию ценах на товары, мы поставили перед собой задачу оценить изменение изобилия ресурсов относительно изменения доходов. Мы также увеличили период анализа с 10 лет (1980-1990 гг.) до 37 лет (1980-2017 гг.). Наконец, мы увеличили количество анализируемых товаров с 5 до 50. Наше первоначальное исследование "Индекс изобилия Саймона: A New Way to Measure Availability of Resources", вышло в декабре 2018 года. В период с 1980 по 2017 год, как мы выяснили, средние временные цены на сырьевые товары упали на 64,7%. За тот же период население Земли увеличилось на 69,3%. Это означает, что на каждый 1% прироста населения средняя временная цена товаров снижалась на 0,934%. Мы также обнаружили, что изобилие ресурсов росло с совокупным годовым темпом роста 4,32%, что означает, что в 2017 году изобилие ресурсов на уровне населения было на 379,6% больше, чем в 1980 году. Эти выводы разожгли наши аппетиты. В течение следующих трех лет мы совершенствовали методологию и расширяли рамки исследования. Результатом этих усилий, уважаемый читатель, стала данная книга.
С точки зрения современных людей, живущих в развитых обществах, большинство людей прошлого сталкивались с почти невообразимыми трудностями. Насилие, болезни и голод, которые до сих пор не дают покоя несчастным жителям беднейших стран мира, усугублялись глубоким и всеобщим невежеством. Нашим предкам были неизвестны самые элементарные факты о мироздании и месте человека в нем. Чтобы справиться со страданиями и наполнить жизнь высшим смыслом, люди создали религию. Ранние религии, как и все великие религии современности, отражали трагический мир прошлого. Точнее говоря, они отражали психологию человека, пытавшегося понять смысл жизни, в которой, по известному выражению Томаса Гоббса, "не было ни искусств, ни письма, ни общества, и что хуже всего, постоянный страх и опасность насильственной смерти, а жизнь человека - одинокая, бедная, мерзкая, грубая и короткая". Многое в мире изменилось, особенно за последние два столетия, но психологические черты человека (и наши гены) развиваются медленнее. Окруженные исторически небывалым изобилием и спокойствием, наши "каменные умы", как следствие, продолжают воспринимать действительность через призму набора негативных предубеждений, заставляющих нас думать, что мир находится в гораздо худшем состоянии, чем он есть на самом деле. Причины пессимизма меняются, но мозг предков, управляющий нашей жизнью сегодня, жаждет ежедневной подпитки страхом и тревогой.
В этой книге мы сосредоточились на одном древнем источнике отчаяния, который, судя по некоторым недавним фильмам, а также части общественных дискуссий, не теряет своей актуальности и сегодня: страхе перед перенаселением и сопутствующим ему истощением природных ресурсов. Разумеется, этот страх существовал на протяжении тысячелетий, и Томас Мальтус, наиболее яркий его сторонник, заслуживает уважения как достойный историк. Парадоксально, но Мальтус написал свой влиятельный тезис о том, что численность населения растет в геометрической прогрессии, а производство продуктов питания может расти только в арифметической, как раз в тот момент, когда мир начал претерпевать фундаментальные изменения. В конце XVIII века некоторые западноевропейские страны и их колониальные ответвления начали выбираться из мальтузианской ловушки. Смертность начала снижаться, доходы населения расти, питание улучшаться. По многим показателям жизнь стала лучше. Со временем большая часть остального мира пошла по стопам Западной Европы, переняв, пусть частично и несовершенно, либеральные институты, либеральную этику, либеральную приверженность открытому исследованию, науке и технологиям. В этом постмальтузианском мире наш вид процветал и размножался. В 1800 г. нас было 1 млрд. человек. К 1950 г. в мире насчитывалось 2,5 млрд. человек, а в 2020 г. эта цифра возрастет до 7,8 млрд. человек.
Страх перед "неустойчивым" ростом населения привел к интеллектуальной битве между мальтузианцем Полом Эрлихом и рогоносцем Джулианом Саймоном, героем этой книги. Спор между этими двумя людьми вдохновил тысячи книг и статей. Эта книга предлагает новый взгляд на взаимосвязь между населением и ресурсами. Мы считаем, что наиболее значимый способ оценки изобилия ресурсов - через призму почасовой оплаты труда. Как признавал сам Саймон, "более личным, но часто уместным критерием дефицита является то, чувствуете ли вы, я и другие люди, что мы можем позволить себе купить материал". То есть может иметь значение соотношение между ценой и доходом. Если цена на продукты питания остается прежней, а доход резко падает, то мы чувствуем, что продукты питания стали более дефицитными. Аналогичным образом, если наша зарплата растет, а цена на нефть остается неизменной, то мы чувствуем, что нефть становится менее дефицитной". Для этого мы оценили изобилие ресурсов на личном уровне и на уровне населения. Мы рассмотрели множество различных ресурсов и ставок заработной платы в разных странах и за разные периоды, самый длительный из которых составил 168 лет. В среднем, по нашим оценкам, изобилие личных ресурсов росло более чем на 3% в год, то есть удваивалось каждые два десятилетия или около того. По нашим оценкам, обеспеченность населения ресурсами росла в среднем более чем на 4% в год, то есть удваивалась примерно каждые 16 лет. Более того, мы обнаружили, что во всех проанализированных нами массивах данных обилие ресурсов росло быстрее, чем численность населения за тот же период. Такое положение дел мы называем сверхизбыточностью. На основании этих данных мы пришли к выводу, что увеличение числа людей, как правило, приносит пользу остальному человечеству, а не приводит к его обнищанию.
Может ли продолжаться сверхизбыточность? Сверхизбыточность, по нашему мнению, зависит от двух основных составляющих: людей и свободы. Люди, которые могут свободно думать, говорить, читать, публиковать и взаимодействовать с другими, генерируют идеи, а проверенные на рынке идеи ведут к прогрессу. Чем больше на планете людей и чем больше свободы они имеют, тем выше вероятность появления новых хороших идей для решения проблем, которые еще остаются и которые возникнут
