Зная, что русская разведка развернула особенно интенсивную деятельность в восточных германских областях — в первую очередь в генерал-губернаторстве и протекторате (бывших Польше и Чехии. — Пер), — мы были вынуждены уделить повышенное внимание именно этим районам. Было установлено, что сотрудник русского генерального консульства в Праге Леонид Мохов является главой русской шпионской организации, созданной ГПУ в протекторате. Русской разведкой были завербованы бывшие военнослужащие чешского легиона, сражавшиеся во время войны между Германией и Польшей на польской стороне и в большинстве случаев являвшиеся членами Коммунистической партии Чехословакии, которые после поражения Польши попали в плен к русским. В первую очередь их обучали радиоделу. Этих людей послали в протекторат, снабдив поддельными документами, где они действовали под руководством упомянутого сотрудника русского консульства Леонида Мохова. После вмешательства нашей полиции было арестовано более 60 русских агентов, а десяток подпольных радиопередатчиков конфискован. (Примечание: Эта шпионская организация действовала совершенно независимо от подпольных организаций, работающих в протекторате под руководством Коминтерна.)
В Берлине тем временем советник русского посольства и сотрудник ГПУ Кобулов также не бездействовал. Небезынтересно ознакомиться с высказыванием бывшего югославского дипломата, военного атташе в Берлине, полковника Ваухни-ка, которого трудно заподозрить в симпатиях к немцам; он заявил, что помощник русского военного атташе в Берлине полковник Корняков занимается исключительно разведкой, тратя на это столько денег, сколько ему покажется необходимым. Целью руководства русских шпионов, в которое входил, кроме Кобулова, военный атташе Тупков со своим помощником Сконяковым, было создание в столице и во всех крупных городах великогерманского рейха сети подпольных радиостанций для передачи разведывательных сообщений.
Из всего обширного материала, освещающего деятельность этих господ и их сообщников, представляется возможным привести лишь два примера:
а) Булочник Витольд Пакулат из Мариамполя в Литве, бывший член немецкого культурбунда в Литве, у которого имелись родственники в рейхе — прежде всего в Берлине, — однажды был вызван в Ковно в ГПУ. Здесь ему стали угрожать, обещая отдать его под суд за шпионскую деятельность. Того, что он был членом культурбунда и несколько раз выезжал из Литвы в Германию, чтобы навестить своего брата, проживающего в Мемеле, ГПУ было достаточно, чтобы завести на него дело по обвинению в шпионаже. Запуганного человека пообещали освободить от наказания, если он согласится под видом переселенца пробраться в Берлин и там работать в соответствии с указаниями, получаемыми из России. Оставив жену и ребенка, которых ГПУ задержало как заложников, он отправился в Германию. Его запугивали, говоря, что у ГПУ длинные руки, способные достать и в Берлине, если он пойдет на предательство. Несмотря на эту угрозу и на то, что его родственники находились во власти ГПУ, этот фольксдейч осознал свой долг и связался по прибытии в Германию с полицией безопасности (СД). Таким образом удалось повести с русскими двойную игру, которую они так и не разгадали, благодаря чему все их планы были спутаны и их деятельность с самого начала находилась под нашим контролем. В Берлине Пакулат получал указания и приказы от связника ГПУ, сотрудника русского посольства. Ему приказали снять в Берлине квартиру, в которой ГПУ оборудовало крупную подпольную радиостанцию. Затем ему велели приобрести небольшую гостиницу с пивной, чтобы использовать эти помещения для проезжающих русских курьеров и агентов. Ему приказали также завязать знакомства с рабочими оборонной промышленности, чтобы добывать разведывательные данные. Русская разведка вела свою работу, учитывая предстоящую войну, в силу чего она, наряду с указанием целей для будущих бомбардировок, устраивала также в общественных местах тайники для хранения разведывательной информации и диверсионного оборудования, чтобы в нужный момент извлечь их оттуда.
Только в этом случае русская разведка затратила около 100 тыс. рейхсмарок. Для устройства подпольной радиостанции русская разведка завербовала через Пакулата немца-ради-ста из фирмы «Сименс». Его подыскала для этой роли полиция безопасности (СД), одной из задач которой являлась двойная игра с русскими. Русская разведка твердо считала, что Пакулат создал надежную агентурную сеть, завербовав шестьдесят немцев, которые, кроме выполнения шпионских заданий, будут еще вести и подрывную работу. Агентурная сеть, созданная по правилам двойной шры, расширилась до Кенигсберга, где именно в настоящее время должна начаться работа по нанесению на план города предприятий оборонного значения.
б) Другой случай беззастенчивого шантажа немца, гражданина рейха, был обнаружен в Берлине. Этот немец, родившийся в Петербурге, имя которого по вполне понятным причинам не может быть пока названо, после вторичного пребывания в Германии в 1936 году возвратился навсегда в Берлин. В России у него осталась жена. Их брак был оформлен по русским законам. От брака у него была дочь. Поскольку по русским законам его жена продолжала оставаться русской гражданкой, ему не разрешили забрать ее с собой в рейх. Находясь В Берлине, он пытался с помощью Министерства иностранных дел получить необходимые документы, чтобы его русский брак был признан немецким судом. Так как он страдал тяжелой болезнью легких и в связи с этим придавал очень большое значение скорой встрече со своей семьей, то не видел в сложившейся ситуации иного выхода, как самому еще раз отправиться в Петербург, чтобы там выхлопотать документы и забрать жену и дочь в Германию. Для этого он обратился в русское туристическое бюро «Интурист», запросив бумаги, необходимые для въезда в Россию. Когда руководитель этого бюро, русский по фамилии Шаханов, понял из его рассказов, что этот больной человек крайне обеспокоен судьбой своей семьи, он начал с ним игру, поразительную по своей низости. Шаханов обещал ему устроить поездку в Петербург при условии, что он пойдет на предательство своей родины. Шаханов неотступно оказывал давление на отчаявшегося человека, доведя его до состояния, близкого к самоубийству. Шаханов постоянно играл на его супружеских и отцовских чувствах, намекая, что его жена и дочь находятся в качестве заложников в руках ГПУ. В конце концов немец обо всем сообщил нашей контрразведке. Следуя полученным указаниям, он для виду согласился с предложениями агента ГПУ Шаханова и по его приказу снял большую квартиру, которая также была использована для оборудования подпольной радиостанции.
Объяснить все это можно тем, что между Шахановым и «советником посольства» Кобуловым было достигнуто полнейшее взаимопонимание.
в) В результате непрерывного наблюдения за радистом из русского посольства в Берлине, который время от времени появлялся в Данциге, удалось и здесь — в ходе двойной игры — создать подпольную радиоточку и агентурную сеть, поставляющую политическую и экономическую информацию. И здесь, благодаря своевременным сообщениям жителей Данцига, братьев Формелла, принужденных ГПУ работать на русскую разведку, замыслы русских были сорваны.
Эти примеры могут быть продолжены, поскольку русская разведка действует во всех германских городах, представляющих для нее интерес, одинаковыми методами.
ОБЩИЕ ВЫВОДЫДеятельность Советского Союза, направленная против национал-социалистской Германии, как это доказывают приведенные примеры, свидетельствует о колоссальных масштабах подпольной подрывной работы, диверсий, террора и шпионажа в целях подготовки войны, ведущейся в области политики, экономики и обороны.
После заключения пакта о ненападении 23 августа 1939 года усилия, предпринимаемые противником, не только не ослабли, но осуществляются с еще большей энергией и в еще больших масштабах.
Подпись Гейдрих
7-м отделом ГУГБ НКВД получено из Нью-Йорка следующее агентурное сообщение:
Совершенно секретно
На заседании кабинета 29 января 1937 г. Рузвельт сообщил, что его переговоры с Рэнсименом носили предварительный характер; в дальнейшем они могут привести к заключению соглашения. Рэнсимен подчеркнул, что он прибыл в качестве специального представителя английского премьер-министра Болдуина, но не по поручению кабинета, и лишь по его возвращении Боддуин информирует совет министров о его окончательных намерениях. Рузвельт отметил, что в своих переговорах Рэнсимен тем не менее часто ссылался на переговоры в кабинете министров. Содержание главной части переговоров было посвящено вопросу о нейтралитете США, ибо Лондон ждет войны не позднее 1938 года, и если получение военных материалов из США не представляется возможным, то необходимо немедленно начать постройку больших заводов в Англии, Франции и Чехословакии. Англия уже строит два крупных военных завода, но этого мало. Рузвельт заявил Рэн-симену, что Америка прилагает усилия к тому, чтобы как можно дольше сохранять нейтралитет.
