— Вряд ли, — возразил Хок. — Это не характерно для защитных средств.
— Наверное, применялись не слишком сильные средства: ведь они не задержали убийцу.
— Верно, — согласился Хок. — И это очень странно.
— Отчего же наступила смерть?
— Резонный вопрос, — пробурчал Хок. — Раны пока не видно.
Поставив лампу на стол, он осторожно взял колдуна за волосы и приподнял голову. Увидев лицо умершего, Хок чуть не выпустил его голову из рук: у колдуна оказалось точно такое же лицо, как у Темного Человека.
— Абсурд, — выкрикнула Фишер. — Этот человек мертв уже несколько дней.
Хок кивнул и опустил голову колдуна.
— Тогда кого же мы недавно встретили? Привидение? — Он принялся вытирать пальцы о плащ и вдруг замер, поняв смысл сказанного. Супруги переглянулись.
— О доме ходили слухи, будто в нем водятся привидения, — прошептала Фишер.
— Привидения обычно не бросаются оторванными головами, — твердо сказал Хок. — Разве что только своими собственными. А внешним видом они обычно не напоминают штангистов.
Он обернулся, еще раз посмотрел на труп, и внезапно его осенило:
— Спокойно, Изабель. Это определенно, не Темный Человек. У него совсем другая фигура. По комплекции он скорее напоминает воробья. Шлюхи с улицы Пиявок и то не такие тощие.
— Но лицо-то у него похоже, — настаивала Фишер — Может, они братья? Близнецы?
Хок нахмурил брови.
— Слишком простое объяснение. А там, где замешаны колдуны, нет простых объяснений.
Он нагнулся и, преодолевая отвращение, внимательно осмотрел тело. Очень скоро он распознал причину смерти. Как раз под грудиной ему удалось обнаружить тонкий след прокола. Кто-то вонзил Боуду нож прямо в сердце. Хок поправил накидку на колдуне, выпрямился, задумался. Один удар, причем точно в сердце. Очень профессионально. Или чрезвычайно удачно. Но каким образом убийце удалось настолько приблизиться к жертве, чтобы нанести смертельный удар? Даже такой заурядный колдун, как Боуд, должен уметь, используя магические средства, бороться с обыкновенным убийцей. Очевидно, убийце удалось каким-то образом проникнуть в дом, несмотря на магическую охрану. Но ведь у Боуда, разумеется, были и иные средства защиты, иначе его давно бы уничтожили соперники. Конкуренция среди колдунов слишком сильна, особенно на Северной окраине.
А может, Боуд знал убийцу и сам пригласил его к себе? Это многое бы объяснило, в том числе и то, почему колдун погиб, спокойно сидя в своем собственном кабинете.
— Хок, — позвала его Фишер. — Посмотри-ка сюда.
Хок оглянулся. Фишер изучала бумаги, разбросанные на столе. Она пролистала уже полдюжины страниц и нахмурилась. Хок подошел к ней.
— В основном все это какая-то чепуха, — сказала Фишер. — Отчеты об экспериментах, пометки, даты, адреса и тому подобное. Но вот… взгляни, здесь совсем иное.
Фишер стала читать вслух, Хок напряженно слушал. Создавалось впечатление, будто Боуду приходилось много ездить в поисках необходимых ингредиентов для своих опытов. Значит, он оставлял дом без охраны. Имелись лишь кое-какие простые магические средства. Боуд был больше алхимиком, нежели магом, и понимал: его защита не устоит перед настоящим колдуном, решившим проникнуть в дом. Подверженный мании преследования, особенно когда дело касалось его работы, Боуд думал над тем, как надежно защитить дом во время своих отлучек: не завести ли какого-нибудь духа-покровителя, но это означало, что он будет вынужден иметь дело с весьма неприятными мало предсказуемыми Существами. Тогда он решил, что создаст духа-покровителя сам, используя свои познания в области колдовства и алхимии, он достиг глубин своего подсознания и постарался извлечь из него всю ненависть, ярость и силу. Все это сконцентрировалось теперь в сотворенном им двойнике — Темном Человеке. Дух-покровитель был обязан обитать в доме и не покидать его без разрешения Боуда. Из монстра вышел отличнейший сторож.
Фишер оторвалась от чтения и взглянула на Хока.
— Ты утверждаешь, что на Северной окраине самые скверные человеческие качества выходят наружу и определяют поведение людей.
— Именно это многое объясняет, — кивнул Хок. — Очевидно, когда произошло убийство Боуда, Темный Человек находился вне дома и с тех пор так и рыскает по улицам. Ненавидя и убивая, ибо другого он делать не умеет. А у нас нет средств задержать убийцу.
— Придется уничтожить его, Хок, — сказала Фишер. — Ведь взывать к здравому смыслу безумца бессмысленно.
— Сначала нужно найти Темного Человека или ждать, пока он найдет нас. Черт возьми, о чем только думал проклятый колдун, затевая всю эту историю с гомункулусом? Ведь такие деяния жестоко преследуются законом.
— Мы же в Хейвене, ты разве забыл? — взглянула на него Фишер.
— Дело слишком серьезное даже для Северной окраины. Создание гомункулусов карается смертью. Даже научные работы в этой области запрещались во все времена. Кое-где еще и сейчас вешают, колесуют и четвертуют только за хранение книг, в которых упоминается эта чертовщина.
— А что такое гомункулусы? — сдвинула брови Фишер.
— Гомункулусы — это искусственно созданные люди-двойники какого-нибудь человека, повторяющие все его особенности. Злоумышленники могут убить важную персону и заменить ее двойником. Не говоря уж о том, что для колдуна не составит труда наштамповать целую армию гомункулусов и продать ее любому, кто недоволен существующим порядком.
— А ты, оказывается, интересовался этой проблемой, — заметила Фишер.
— Тебе тоже не помешало бы проводить немного времени в библиотеке Стражи. Ты бы нашла там немало любопытного для себя.
— Не вернуться ли нам к убийству Боуда, — предложила Фишер. — В записках говорится не только о его научных исследованиях. Самое интересное я приберегла под конец. Вот взгляни.
Она передала Хоку пачку писем. Он просмотрел их и нахмурился еще больше. По-видимому, кто-то нанял Боуда провести расследование, связанное с Улицей Богов. Подробности намеренно опущены, словно отправитель писем не желал доверять их бумаге. Очевидно, ему, так же как и колдуну, было понятно, о чем шла речь.
— Вероятно, Боуд кое-что обнаружил, но кто-то не захотел, чтобы это стало известно, — предположила Фишер.
— Несуразица какая-то, — сказал Хок. — Что такой слабенький колдун мог делать на Улице Богов? Да его живьем бы там сожрали. И поверь, сожрали бы в буквальном смысле слова. Такие случаи уже бывали, — Хок медленно покачал головой. — Знаешь, Изабель, все это мне не нравится. У меня нехорошее предчувствие.
