себя на мыслях о том, что соскучился по этому безмятежному лицу и приятно звучащему голосу. Чего только стоило само чувство его присутствия. Необычайный трепет где-то в животе, перетекающий от лёгкой радости в приятное успокоение, которое не давал даже сон.
— Держи, — мужчина протянул Хиросэ перчатки с металлическими когтями, а сам пошёл к шкафам в конце комнаты, — разрезай первые три кокона.
Мицуки с любопытством рассматривал поблёскивающие на свету коготки. Они выглядели довольно опасно. Так, что парень уже подумывал о том, чтобы взять перчатки себе до той поры, пока не найдёт другое оружие.
Вонзив коготь в оболочку, он резко потянул вниз и отскочил назад, как только из «раны» полилась розовая жидкость. На пол упало неподвижное спящее тело.
— Фу… — скривился Хиросэ.
— А я их чуть ли не каждый день достаю. — со злорадством отозвался лекарь и поставил рядом с розовой лужей ведро. Там лежали тряпки и полотенца.
Вскоре к монотонной работе присоединился Йохан. Он помог Мицуки перенести спящих жнецов на свободные кровати в Комнате Сна, пока Эйден насухо вытирал полы.
— И часто ты ему помогаешь? — спросил юноша, накрывая очередного мертвеца одеялом.
Йохан кивнул, складывая вещи на тумбочке. Он отстранился от кровати и задвинул шторки, отправляясь обратно в Комнату Рождения. Мицуки пошёл за ним.
Канфилд посмотрел на жнецов, как вдруг зацепился взглядом за перчатки, выглядывающие из кармана Хиросэ:
— Не забудь положить их на место.
— Разве не проще разрезать коконы ножницами или ещё чем-нибудь острым? — Мицуки подошёл к рабочему столу.
— Обычный металл даже поцарапать оболочку не может, а эти перчатки сам Вещий Дух сотворил, — Эйден проставил галочки в своём журнале и положил его к остальным, — и, нет, я не дам тебе их на временное пользование.
— Чёрт, — цыкнул младший, — ладно, поищу что-нибудь ещё.
— Что, больше не пытаешься призвать косу? — поддел мужчина, — А разговоров-то было.
— А я смотрю, ты всё ещё не в Раю, — ответил юноша, слабо подняв тонкие брови.
Йохан нахмурился и демонстративно скрестил руки на груди.
— Всё нормально, мы не ругаемся, — Канфилд мимолётно коснулся плеча временного напарника.
— Эйден, — Мицуки решил не тратить оставшееся время зря, — ты относишься к старшим жнецам?
— Ммм… Нет, пожалуй, — недолго думая, сказал мужчина, — а тебе зачем?
— Я хочу попасть в башню, — краем глаза Хиросэ заметил, как Йохан встрепенулся, — для меня это очень важно.
— Что же за ответы ты ищешь, раз их не нашлось в библиотеке? — удивился Эйден.
— Внутри меня сидит существо, которое забрало подаренную мне силу, и если я не найду способ от него избавиться — пострадают все, — на одном дыхании вымолвил Мицуки, — я не знаю, каким образом оно выжило после «терапии» господина, но это так… У меня есть подозрения… Нет, я уверен, что это антихрист.
Настала гробовая тишина. Йохан не мог говорить за отсутствием голоса, а Эйден застыл на месте. Юноша не решался нарушить напряжённую паузу первым.
— Я не могу тебе помочь, — наконец, сказал Канфилд, — но, дам совет, если это правда… Убей себя как можно скорее. — холод пробежал по телу Хиросэ.
Йохан возмущённо посмотрел на лекаря, но тот говорил серьёзно:
— Этому миру слишком мало лет. Он только встал на путь исправления. И я не позволю тебе обесценить все н-… Старания тех людей.
Ничего не сказав на внезапный эмоциональный порыв, Мицуки поспешил покинуть медицинское крыло.
Выйдя за дверь, он обнял себя за локти, тяжело вздыхая. Жнец не видел смысла обижаться на Канфилда, но и мириться с его резкими словами не хотел.
Хиросэ проморгался и отправился в свою комнату. Не успел он отойти на достаточное расстояние, как телефон пиликнул от нового уведомления.
Юноша достал средство связи и прочёл текст, всплывший на экране блокировки:
— «Я хочу помочь.»
Мицуки обернулся и встретился взглядом с Йоханом:
— Ты… Старший? — тот прищурил глаза, уверенно кивая.
— Я в долгу не останусь, — кладя ладонь на сердце, пообещал Хиросэ.
Мужчина подошёл ближе и протянул руку, другой держась за портальный камень на шее.
— Ах, понял…
Стоило случиться рукопожатию, как яркое свечение перенесло обоих ближе к башне. Отшатнувшись, Мицуки бегло осмотрелся. Его тело пробрал странный трепет, который тот ощущал разве что когда оказался на поляне с порталом в Ад. Как давно то было…
Младший снова окинул взглядом огромное строение, сверху которого шёл свет, почти как от маяка. Хиросэ отошёл на приличное расстояние:
— Что это там светится?
— «Главные часы» — уже в заметках написал Йохан и показал ему, — «они подстраивают под себя всё время в Мире Мёртвых.»
— Всё?.. — Мицуки поджал губы, — Я могу посмотреть на них поближе?
— «Тогда придётся полетать» — Йохан призвал косу и оседлал её. Она ненамного поднялась в воздух, позволяя юноше залезть на неё, что тот и сделал.
Вместе они долетели до самой верхушки. Оттуда сильнее ощущалось энергетическое давление, от которого Мицуки поплохело. Всё началось с растущей головной боли.
— «Для того, кто прожил здесь всего год ты неплохо держишься» — написал Йохан, пока Хиросэ заворожённо смотрел на движущуюся стрелку под толстым стеклом, — «у других обычно головы взрывались.»
— Это потому, что я тут больше года, — мысленно ответил он, — хоть что-то хорошее от моего заточения.
Чем дольше Мицуки находился у часов, тем сильнее их энергия давила на него. Руки тряслись, сердце безумно колотилось, во рту ощущался горький привкус крови.
— Т-ты часто тут бываешь? — юноша достал телефон и взглянул на время. До полной перезагрузки оставалось меньше минуты.
Жнец покачал головой и, видя ухудшающееся состояние Мицуки, решил спуститься вниз. Как только коса начала снижаться, парень испуганно сжал запястье мертвеца и покачал головой:
— Прошу, дай ещё несколько секунд.
Йохан нервно посмотрел в сторону часов. Вдруг, стрелка остановилась, и когда это произошло, от часов хлынула большая энергетическая волна. Прошло несколько секунд, прежде чем она обогнула всю территорию Мира Мёртвых. Это объясняло ту странную паузу, которую иногда наблюдал Хиросэ, задерживаясь допоздна.
— Это-… — не успел он поделиться открытием, как стремительно полетел к земле от того, что страховка в виде косы Йохана пропала вместе с её хозяином.
Очнувшись в кровати, Мицуки вскочил как ужаленный, чем перепугал Коллина:
— Ты чего?
— Часы… Всё началось с них… — пробормотал юноша, поднимая задумчивый взгляд на мужчину, — Можно вопрос?
— Только быстро.
— Насколько прочное стекло на часах башни? — Хиросэ постарался спросить об этом как можно невиннее, чтобы мертвец ничего не надумал.
— Очень прочное, — нахмурился собеседник, — такое же использовали на маяке во время Заключительной Войны. Что бы ты там не придумал — сломать тебе его не удастся, если
