Первого Бутона ударилась об пол, из перерезанных артерий хлынула кровь, стекая по теплоотводам, торчащим из спины лидера Гильдии.
Взмахнув клинком, Каори перерубила кабели, соединявшие тело с троном и потолком и сильно пнула Бутона, отправив кувырком на землю.
По веревке с крыши камеры спустились другие Кагэ, внезапно возникнув за спиной у одного из Инквизиторов.
Накинувшись на мужчину вчетвером, они в одно мгновение разрубили Инквизитора на куски прежде, чем он успел вскрикнуть. Оставшиеся трое, не издав ни звука, помчались по огромному, залитому кровью пространству. Каори спрыгнула с Трона машин и обвила руками шею Даичи.
– Отец… – выдохнула она.
– Дочь, – прохрипел Даичи. – Что ты наделала?
Каори стянула с глаз защитные очки.
– Я тоже рада тебя видеть.
– Ты убила его…
Даичи оглядел зал, рассматривая фрески с изображением Богини Идзанами, выгравированные на стенах.
– Все произошло так, как они и планировали…
И в тот же момент раздался крик боли, а Каори увидела, как падает в брызгах крови Юу. Трое Инквизиторов сцепились в схватке с Кагэ, беззвучно перемещаясь с одного места на другое среди клубящихся шлейфов дыма.
Каори взревела и бросилась к ним по черному каменному полу. Рядом с ней следовал и Даичи, дыхание с шумом вырывалось у него из груди.
Каори увидела, как Эйко пнули с такой силой, что стена у нее за спиной треснула, а с губ брызнула кровавая рвота.
Каори сделала выпад, отрубила нападавшему руку по локоть. Мужчина повернулся, причем совершенно беззвучно, уставившись на нее горящими налитыми кровью глазами. Только что он стоял на некотором расстоянии, но спустя мгновение переместился, и не успела она моргнуть, как Инквизитор очутился совсем рядом с Каори, а затем ударил в солнечное сплетение.
Девушка согнулась пополам от боли. Даичи нанес летящий удар ногой в подбородок нападающего, сорвав с Инквизитора дыхательный аппарат и практически оторвав челюсть, которая теперь свисала под сломанными зубами, как оставленная приоткрытой дверь.
Споткнувшись, мужчина опустился на колено, из окровавленных десен сочилась иссиня-черная кровь. Даичи опустил пятку ему на макушку, по комнате разнесся болезненный хруст, и Инквизитор упал на пол.
Даичи закашлялся, отразил три удара второго Инквизитора, прежде чем кулак мужчины превратился в дым. Костяшки пальцев врезались Даичи в грудь, отбросив на десять футов назад, как будто его сбил моторикша. Каори вскочила на ноги, взмахнула вакидзаси, поймала четыре вытянутых пальца Инквизитора и вонзила клинок ему под ребра.
Мужчина заколыхался, как жаркая дымка летним днем, клинок двигался в его груди столь же легко, как если бы Каори водила лезвием в облаке дыма. Внезапно девушку схватили за горло, ударили головой в щеку, и в глазах у нее вспыхнули белые звезды, разлетевшись в разные стороны снопом искр.
Каори отвела меч назад, атаковала вслепую, почувствовала, что плоть расходится, словно вода, когда у нее вышибли пол из-под ног, и упала, чуть не раскроив череп о камень.
Усиленно моргая, Каори попробовала вернуть себе зрение, и у нее возникло смутное впечатление сверкающей стали, яростного, полного ненависти голоса Маро, мягкого влажного стука. Сильные руки подняли ее на ноги, она вытерла кровь с глаз. Щека была разбита, мир вокруг заволокло алой дымкой. Ботан мертв – выпотрошен своим же мечом. Юу лежал неподвижно, шея толстяка была вывернута под жутким углом. Эйко стояла на коленях у стены, держась за живот, ее рвало.
Даичи опустился на четвереньки и сильно кашлял, подбородок его был измазан чем-то черным.
И это сотворили трое безоружных Инквизиторов. О да, нас ждал сюрприз. Что случилось бы, если…
Каори услышала резкий звук скрежещущих друг о друга стальных лезвий. Радужный портал, ведущий в зал, расширялся.
Маро посмотрел на дверь, потом на Каори и Даичи, на шелковую веревку, свисающую с края купола.
– Уходите, – велел он.
– Маро…
Пристальный взор Маро заставил Каори замолчать. Во взгляде у него маячила тень брата, взывая к мести. Жаждущая крови. Требующая смерти.
– Уходите, – повторил он и побежал, обнажив катану, с боевым кличем на устах, бросаясь на Инквизиторов, появившихся в дверном проеме.
Нет времени удивляться, чувствовать, рассуждать. Надо просто двигаться. И действовать. А думать, пока действуешь. Каори подтащила Даичи, приподняла его, положила покрытые черной пленкой руки на веревку.
– Лезь!
Подняв на ноги Эйко, поволокла к веревке девочку и крикнула, чтобы та вставала, карабкалась и побыстрее сматывалась. Она увидела, как летит от дверного портала Маро – весь в брызгах крови, когда удар дымящейся остроконечной звезды почти полностью снес ему голову с плеч. Каори сорвала со спины сумку и полезла внутрь, чтобы достать оставшуюся взрывчатку. С диким криком швырнула в Инквизиторов, запрыгнула на веревку, устремившись вверх, когда за спиной распустился цветок бурлящего огня.
Взрывная волна отбросила Каори к стене, и она чуть не соскользнула, ободрав ладони, когда подтягивалась к небу. Она различила, как медленно лезет вверх Эйко, как кашляет и сплевывает что-то черное отец. Она слышала вой клаксонов. Топот бегущих людей. Рев двигателей.
Почувствовав, как натянулась веревка, Каори взглянула вниз и заметила тлеющее лицо – следом карабкался Инквизитор, похожий на скрюченную, дымящуюся обезьяну. Девушка выхватила вакидзаси и перерезала веревку: мужчина упал с высоты двадцати футов, расплескавшись по камню в облаке дыма, преобразившись и уставившись в пустоту налитыми кровью глазами. Услышав скрежет искаженного голоса, Каори с замиранием сердца посмотрела вверх и обнаружила приземлившихся на выступ купола лотосменов.
Их силуэты четко выделялись на фоне неба.
Терпеливые, как пауки, ожидающие, когда жертва заползет в удушающие объятия.
Даичи замер, закрутившись на месте, Эйко последовала его примеру. Внизу собралось еще больше Инквизиторов. Каори стиснула зубы и вцепилась в веревку так, что побелели костяшки пальцев, глядя на свою смерть.
– Мне жаль, дочь, – прокашлял Даичи. – Я не хотел, чтобы ты оказалась здесь.
– Тебе следовало довериться мне, отец. Никому из нас не нужно тут быть.
– Я не про место, – прохрипел Даичи. – Я – про жизнь. Не хотел для тебя такого существования. Я желал бы видеть тебя счастливой… далеко-далеко от всего этого.
Каори представила, как тикают на взрывчатке в резервуарах чи таймеры. Тик-тик-тик. Отсчитывают секунды.
Одна. Вторая. Третья.
– Не бойся, отец, – легко улыбнулась Каори. – Скоро мы оба будем далеко отсюда.
– Черт! Черт, черт… – Юкико выругалась, когда Землекрушитель отразил атаки самоубийц Кицунэ и начал неуклюже приближаться к Кицунэ-дзё.
Корпус почернел и дымился, голова скособочилась, однако он двигался. Хана и Кайя кружили рядом вместе с тремя оставшимися самцами из стаи, Сукаа до сих пор находился среди них. С черного бока арашиторы капала кровь, зеленые глаза горели предвкушением убийства, но на Юкико они смотрели с выражением, которое, скорее, напоминало голод.
– Яйца Идзанаги, что нужно
