— Больно? — прорычал он, сверкнув взглядом.
— Немного, но… о, Боже… — Джефф остановился. — Не останавливайся… пожалуйста, не останавливайся, Джефф, пожалуйста.
— Малышка, тебе это нравится? — слабо улыбнулся Мартини и снова сунул пальцы внутрь меня.
Мой вопль, должно быть, был правильно понят, потому что Мартини продолжил делать то, что делал — сильно, быстро и глубоко. Я держалась за него руками и ногами.
Мартини снова вернулся с поцелуями, на этот раз принявшись за шею. В сочетании с тем, что он продолжал делать дело там, внизу, дело шло к очередной кульминации. Когда он чуть укусил меня, я чуть не потеряла сознание, но удалось удержаться.
Когда все было закончено, я почувствовала, что сил у меня никаких не осталось. Мартини все еще целовал и поглаживал меня, на этот раз нежно, начав с места укуса. Оттуда заскользил к уху и, по щеке перебрался к губам. Поцелуй был не яростным, а нежным.
Я перестала держаться за него ногами, поставила их на пол, уперлась спиной о стену и спустилась вниз. Он наклонился следом.
Я не могла сделать больше, нежели сидеть, дрожать и всхлипывать. Мартини, кажется, знал об этом. Он застегнул ширинку, потом надел на меня и застегнул бюстгальтер, одновременно поглаживая мою грудь. Потом застегнул рубашку. Я удивилась — все пуговицы были на местах. Армани явно стоили своих денег. Джефф тем временем скользнул ладонями мо моим ногам вниз, присел, чтобы подобрать мое белье.
Когда надевал трусики, воспользовался моментом, чтобы пройтись языком по ногам, что снова чуть не ввело меня в неистовство. Его руки гладили кожу ног, язык прохаживался в районе бедер. Наступал очередной оргазм, болезненный и такой сильный, что я схватила его за голову, чтобы оторвать от себя и, одновременно, с большим желанием удержать ее при себе.
Он схватил мои руки одной ладонью. Не больно, но крепко, так, что я не могла вырваться. И закончил свое дело, заставив меня рыдать от эротического истощения, после чего, свободной рукой натянул мои трусики на место.
Он поднял меня, поднял мои руки вверх, продолжая удерживать их одной ладонью, а другой тем временем, разглаживал юбку, после чего в упор посмотрел на меня горящим взглядом.
— Ты моя?
Я не ответила. Не хотела этого говорить.
— Поцелуй меня.
Я пыталась сопротивляться, но не смогла. Я застонала, попыталась вырваться, но Джефф крепко держал мои запястья над головой.
Приблизив лицо еще ближе, он требовательно повторил:
— Поцелуй меня.
Это был приказ, и я постаралась повиноваться ему, но он был еще далеко.
Он приблизился еще ближе, прорычав:
— Поцелуй меня.
Я, наконец, смогла добраться до него и, когда наши губы встретились, он отпустил мои запястья, чтобы обнять меня. Я тоже обняла его за шею. Он держал меня так, словно не хотел никогда отпускать.
Не спеша, он оторвал губы от моих и спросил, глядя в глаза:
— Ты моя? Ты меня любишь?
Больше я не могла об этом молчать.
— Да, Джефф. Я твоя и только твоя. О, Боже, я так тебя люблю.
Мартини слегка улыбнулся.
— Хорошо. Не хотелось бы безумно любить самому.
Глава 59
Мартини поднял меня и прижал к себе, а я уткнулась лицом в его шею.
— Я было подумала, что ты меня снова возненавидел.
— Я просто не хочу чувствовать твою вину, — он поцеловал меня в макушку. — Показалось, что решить эту проблему в лифте будет хорошим способом.
Он оказался прав.
— Твои блоки не восстановились? — я встревожено отпрянула.
— От тебя никаких блоков.
— Но…
Он поцеловал меня, долго, но нежно.
— Я не хочу объясняться прямо сейчас, но, раз мы собираемся быть вместе, это должно быть так.
— Ох, тогда ладно.
Мое тело, наконец, перестало дрожать. Он поставил меня обратно на пол, хотя продолжал держать за талию одной рукой. Затем нажал на кнопку, и лифт тронулся с места.
— Джефф, я не могу пойти на брифинг в таком виде.
— Ты туда и не пойдешь. Я не шутил, брифинг перенесен на завтра и я встретил тебя, чтобы сказать об этом. Нам нужно собрать всю нашу команду.
— Тогда почему мы едем вниз? — у меня не нашлось аргументов оспорить способ, каким он поделился со мной этой новостью. Я была готова остаться в лифте, остановить его, когда кабинка, наконец, остановилась, двери открылись, и Джефф вытащил меня из него.
— Потому что я хочу побыть с тобой наедине и на этой базе есть несколько мест, где мы можем сделать это прямо сейчас.
— Наши комнаты в эти места не входят? Или мы могли бы остаться в лифте.
— Нет, — Мартини провел меня в комнату, которая выглядела так, словно про нее давно и крепко забыли. Она выглядела стандартно для любой комнаты на этой, заполненной центаврийцами, базе. Типичная семейная гостиная с парой диванов, один большим и другим поменьше, парой кресел и телевизором, размещенном так, словно он здесь был главным действующим лицом. У стены расположилась аудио-система с колонками, видеомагнитофон и DVD-проигрыватель. На полках разместилось несколько книг и журналов, между кресел стоял кофейный столик, на диване валялись несколько маленьких подушечек.
В комнате обнаружился также холодильник. Мартини тут же подошел к нему.
— Обычную или Шерри-Колу?
— Эм-м… Шерри.
Я уже не волновалась о том, откуда они все это достали. Стоило просто порадоваться, что в холодильнике оказался мой любимый напиток.
Джефф достал из холодильника и протянул мне банку с соломкой. Себе тоже взял баночку и устроился на диване. Я калачиком свернулась рядом с ним. Он подхватил с края столика пульт и включил телевизор.
— Что, серьезно? Они повторяют «Остров фантазий»?
— Мне они нравятся. «Лодку любви» будут показывать позже. К тому же, по телевизору бейсбол сегодня не показывают.
— Откуда знаешь?
— Изучил программу кабельного телевидения.
Пока мистер Рурк и Тату на экране провожали самолет, я огляделась.
— Кто придумал эту комнату?
— Тетя Терри, — ответил Джефф и переключился на другой канал, потому что на том началась реклама. Теперь мы смотрели «Скуби-Ду».
— Ой, это та серия, где призрак оказывается мастером на все руки.
— Я тоже смотрел эту серию.
— Тогда почему не вернуться на «Остров фантазий»?
— Потому что я мужчина, — усмехнулся Джефф.
Так и есть. Я положила голову ему на грудь, он обнял меня и начал переключать каналы. В смысле, все подряд. Нам предстояло ознакомиться с тем, что идет на больше, чем двухсот каналах. Прав был Спрингстин — ничего особенного в этом нет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
