него — самая настоящая чума. И если я сказал когда-то, что поеду к ним, то, должно быть, был пьян, не будем больше об этом.
Вот один из недостатков счастливых браков — а их брак можно было с полным основанием назвать счастливым, — муж и жена должны навещать других жен и мужей. В большинстве своем мужчины предпочитают сидеть дома у камина, чтобы рядом на столике стояла привычная выпивка, и чтобы любимые книжки были под рукой, и чтобы щеточки для чистки курительных трубок, спичечные коробки и конверты — все лежало на своих привычных местах. Большинство женщин предпочитают совсем другое. Им до смерти надоедает сидеть с книжкой по выходным, надоедают бесконечные хлопоты по хозяйству, и это при том, что у Бридонов была, по всеобщему мнению, просто идеальная служанка. Куда как лучше и занимательней съездить к кому-нибудь в гости. Разгоревшийся между супругами спор был в их доме явлением вполне обычным; все крутилось вокруг одной проблемы — принимать им приглашение или нет, и мнение Майлза в расчет не принималось. То был вопрос вопросов — стоит ли им провести три-четыре погожих летних дня в загородном доме случайных знакомых. То был вопрос политеса, потому как вряд ли можно было найти предлог для вежливого отклонения подобного приглашения.
— Насколько мне помнится, — сказала Анджела, — ты всегда умел найти подходящий предлог. — Но я не могу вечно ждать, когда изобретательность тебя подведет. Жаль, что не угостила тебя лишним стаканчиком. Тогда бы ты вырубился, а я запихнула бы тебя в машину и уж как-нибудь доставила к Халлифордам. Разумная жена должна везде таскать с собой мужа в мешке за спиной.
— Если вдуматься, то мне кажется, что я вряд ли мог напиться до такой степени. Ехать с ночевкой к Халлифордам, к мужчине, состоящему из одного кадыка и выпирающих передних зубов, к женщине, разодетой, как попугай, во все цвета радуги, в какое-то поместье на границе с Уэльсом, где наверняка на многие мили не сыщешь ни одного поля для гольфа, — нет, не вижу с твоей стороны никакого понимания.
— Нечего цепляться к Халлифордам. В конце концов, они твои друзья, а не мои.
— Мои друзья? Нет, вы только ее послушайте! Тебе прекрасно известно, что это лишь шапочное знакомство, что я узнал их через Шолто. И каким образом им стало известно, что я связан с «Бесподобной», не могу понять, просто ума не приложу. Людям не положено знать такие вещи, и я добьюсь увольнения Шолто, если только узнаю, что он позволяет директорам играть в свои маленькие грязные игры и молоть языком. «О, мистер Бридон, всегда мечтала познакомиться с настоящим детективом». Да разрази вас гром!
И снова ради несведущих читателей я вынужден взяться за перо и пояснить, что такое «Бесподобная» и почему мистер Бридон столь трепетно относится к тайнам этой организации. «Бесподобная» — это всего-навсего страховая компания, в сравнении с которой все остальные страховые компании кажутся пережитком прошлого. Именно «Бесподобная» выплатила неустойку в основном ради саморекламы, когда строители большого отеля в Латинской Америке пренебрегли правилами безопасности, не укрепив конструкцию в целях сейсмостойкости, и недостроенное здание снесло во время торнадо. Именно эта компания застраховала недавнюю попытку переплыть из Дурреса[60] в Бриндизи[61] на каноэ; ходили также слухи, впрочем, ничем и никем не подтвержденные, будто они собирались застраховать некое воинственное маленькое государство против убытков и потерь, вызванных войной, но в последний момент вмешалась Лига Наций. Вот что представляла собой компания «Бесподобная» — в ней обожали нешуточные риски и охотно и часто шли на них. Кроме того, там выплачивали большие премии.
Майлз Бридон работал в компании частным детективом. Следует отметить, что наличие этой должности не было продиктовано столь уж крайней необходимостью. Те, кто пытался обмануть страховые компании, рисковал подвергнуться нешуточному преследованию со стороны полиции — за счет честных налогоплательщиков, разумеется. Но полиция далеко не всегда считала нужным брать на себя такие хлопоты, и компания далеко не всегда могла отбиться от неправомерных претензий. А потому «Бесподобной» было куда как выгоднее держать собственного частного детектива, который вел расследования, выискивал, вынюхивал и собирал факты, с тем чтобы фирма чувствовала себя уверенно. Должность эта очень хорошо оплачивалась, а человек, занимавший ее, был офицером полиции в отставке и отличался недюжинным умом, в чем не любил признаваться. По некой не совсем ясной причине он считал, что нынешняя его профессия мало чем отличается от шпионской, а потому старался избегать говорить о ней. В этом его активно поддерживала и страховая компания; ее «представитель», мистер Бридон, появлялся в необходимых случаях, но сотрудники компании по мере сил старались скрыть от общественности его истинную роль в бизнесе.
Однако на сей раз, видимо, произошла утечка. В офисы «Бесподобной» наведался некий мистер Халлифорд. Он хотел застраховать собственную жизнь на огромную сумму и первым делом потребовал встречи «с этим умнейшим парнем Бридоном, проделавшим просто отличную работу по делу Бертела». Не могу теперь остановить повествование и объяснять, в чем заключалось дело Бертела, но Халлифорд был другом мистера Найджела Бертела, который (по всем известным причинам) был более высокого мнения о мистере и миссис Бридон, нежели они о нем. Так получилось, что Бридон оказался в тот момент у себя в кабинете, и руководство компании, старающееся, чтобы выгодный клиент чувствовал себя у них в конторе как дома, настояло на его выходе и знакомстве не только с самим Халлифордом, но и с сопровождавшей его дамой, на которой тот недавно женился. В этом мистер Халлифорд оказался неоригинален — его, как и многих других мужчин, привлекал экзотический шарм и взрывной темперамент, которые так и излучала новоиспеченная супруга. Бридон возненавидел эту дамочку с первого же взгляда; и еще больше возненавидел ее, когда та с почти непристойной назойливостью и напористостью стала приглашать его с Анджелой на обед в свою лондонскую квартиру и добилась-таки согласия. И вот теперь надвигалась и угрожала третья волна; и мы просто не вправе осуждать Бридона за то, что он стремился подняться как можно выше и спокойно переждать нашествие этой стихии на пляже.
Анджела меж тем была непреклонна.
— Думаю, это не слишком красиво так отзываться о женщине, которая разбогатеет после смерти мужа, — заметила она. — На сколько, ты говорил, он застраховался? Восемьдесят тысяч?
— Именно. Но, видишь ли, наша контора не страхует людей от разводов, и, сдается мне, эта миссис Х. сменит еще несколько мужей до того, как мы успеем разродиться иском. Ты что, действительно хочешь, чтобы я поехал в
