нас мало времени, – послышался мужской голос из-за спины.
Только сейчас Фатима заметила Махфора на заднем сиденье. Он держал в руке… нет, ей не кажется! Это дробовик! О Аллах, он на войну собрался?
– Привет, Махфор, – улыбнулась Фатима. Она хотела было смутиться собственным недавним сантиментам, но не могла. То ли женщина еще не отошла от шока и радости встречи с Каримом, то ли от пережитого стресса ей было уже все равно…
– Приветствую, Фатима! Рад тебя видеть! Честно говоря, если бы не Карим, нас с Айнурой здесь не было бы. Как хорошо, что он нас разыскал и все сообщил.
– Что сообщил? Я ничего не понимаю! Что вообще происходит?! Объясните наконец! – и казашка требовательно взглянула на Махфора.
– Пусть твой хабиби все расскажет, – улыбнулся мужчина, а сам принялся щелкать затвором своего дробовика.
– Пока я буду рассказывать, переоденься. Фатима, прошу, во имя Аллаха, мне так спокойнее будет! Вот твоя одежда! – и Карим достал из сумки черную паранджу.
– Ах, вот где собака зарыта! – засмеялась казашка. – То-то я думаю, с чего это моя сестра так вырядилась! У нас ведь такое не носят! Она скорее оделась бы в военную форму, чем в паранджу.
Фатима с раздражением скинула с себя “покрывало”, легко и игриво облачилась в паранджу. В джипе было темно и неудобно, но женщину это ничуть не смущало – она была счастлива!
– Все началось шесть лет назад, – вздохнул Карим. – Я направился в Сенендедж. Эль хабиби, ты же помнишь, это мой родной город. Дорога моя была тяжелой и долгой. У меня, как ты помнишь, был другой джип. На жаре мотор закипел еще в Таджикистане, недалеко от границы с Афганистаном. Два дня я промучился с мотором, но нужных деталей так и не достал. Да и где их взять – вокруг одна глушь. Пришлось продать мой джип местному владельцу шашлычной. Он выставил его на входе в заведение, как реквизит. Решил так заманивать к себе путников. На вырученные деньги я купил много еды и хорошего верблюда. На нем и отправился дальше. Мне, Фатима, не привыкать на верблюдах разъезжать. Помнишь, я тебе рассказывал, как отец меня учил управлять Амиром – моим первым верблюдом?
– Помню, хабиби! – Фатима как раз окончила свои манипуляции с паранджой и прильнула к груди араба.
– Границу с Афганистаном я пересек без проблем. А дальше началось… Однажды вечером в горах на меня напали бандиты на машине. Без предупреждения они открыли огонь по моей маленькой палатке, затем расстреляли из автомата верблюда, бросили в палатку “коктейль Молотова”. Какой ужас! Ведь меня в палатке не было, там я приютил старика-афганца, который заблудился и не мог найти свое поселение. Сам я пошел за водой, потому что не мог уснуть. Только это решение и спасло мне жизнь. Знаю, это Аллах меня спас.
Я не только избежал гибели в палатке, но и сам видел нападение из-за холма. Потом бандиты сожгли все мои запасы еды. Хорошо, что у меня с собой было хоть немного денег и документы! Гнусные негодяи быстро умчались на машине прочь. Я выждал, похоронил несчастного старика, и отправился на поиски поселений. Только на следующий день, страдая от жажды и голода, я набрел на деревню.
Мне очень повезло: среди ее обитателей оказались и талибы. Они объяснили мне, что знают в округе каждого жителя, каждого верблюда и мула. Они и сами временами совершали нападения на местную мафию, однако признались, что не имеют к инциденту никакого отношения. Их главарь по имени Найгйалай проводил меня обратно к границе с Таджикистаном, которую я пересек за два дня до этого. Оказалось, что все пограничники хорошо знают главаря талибов. Они и сообщили, что вслед за мной через тот же пограничный пункт границу пересекла группа казахов на машине. Я хорошо разбираюсь в моделях автомобилей.
На мой лагерь напали на старом армейском “УАЗе”, эту машину я ни с какой другой не спутаю. Те казахи тоже были на “УАЗе”. Не прошло и часа, как я узнал много интересного о своих нежданных врагах. Джип – в угоне. Казахи – предположительно из мафии. И заправляет ими некий Арыстан Кенжебеков по кличке “Гора”. Когда мне все же удалось добраться до родного Сенендеджа, я поклялся расквитаться с этими негодяями, отомстить за старика-афганца. На родине я пошел на военную службу. Снова повезло – попал в спецназ. Понадобилось целых пять лет, чтобы стать неуязвимым, словно “ниндзя”. Наконец, я решил вернуться сюда за тобой, а заодно выйти на след “Горы”. Пришлось сменить документы и личность. С большим трудом я узнал, что “Гора” в последнее время часто бывает в этих местах, торгует автомобилями, оружием, наркотиками.
Каково же было мое удивление, когда я узнал о связи между “Горой” и Даулетом, твоим мужем! Видимо, негодяй вступил в его банду, стал промышлять продажей оружия в Афганистане. “Гора” стал часто встречаться с Даулетом. А сам – маленький, как мул. Это он, наверное, из страха перед конкурентами зовет себя “Горой”. На самом деле в нем метр с кепкой!
Через твоих односельчан я узнал, что тебя и детей давно не видели. Потом удалось войти в доверие к одному из продавцов на автобазаре. Он рассказал, что ты в Украине. Через него же я узнал, что у тебя в Алмате сестра с семьей. Отправился на их поиски, нашел.
– Да, пришел к нам посреди ночи! – усмехнулся Махфор. – Мы думали, это вор или бандит какой-то! Ой, Фатима, видела бы ты Карима в ту ночь! Лысый, бородатый, низенький, коренастый! И немытый! Ну точно террорист! – и казах весело засмеялся.
– Да, было дело! Так мы и подружились. Я рассказал Махфору и Айнуре про мафию и Даулета, взял номера их телефонов. И представляешь: только вернулся обратно сюда, как узнаю, что Даулет улетел в Украину вместе со своими дружками с автобазара, и несколькими людьми “Горы”! А через месяц точно так же узнал, что тебя уже везут сюда! Представляешь?! Как только Бахыт (это тот самый мой “источник” с автобазара) проболтался, я вызвал на подмогу Айнуру с мужем. Одежду и оружие я подготовил заранее. У меня свои связи со спецназом имеются. Я хоть и ушел со службы из-за травмы бедра, но, как видишь, вооружен и очень опасен, – при этих словах Карим достал из бардачка джипа армейский пистолет. Фатима сразу заметила арабские иероглифы на рукоятке.
– А что они означают? – с любопытством спросила казашка.
– “Кого Аллах наставляет на прямой путь, тот и идет
