от «благодарного населения» великолепного жеребца. Наш конский состав нуждался в ремонте. К моему искреннему сожалению, хозяйственная часть нашей батареи настояла на том, чтобы жеребец был возвращен его хозяину.
Вскоре наш первый взвод 3-й Марковской батареи был временно придан батальону алексеевской пехоты. С алексеевцами мы проделали все наступление до города Верховья Орловской губернии, где также захватили ряд сел севернее этого города. Вместе с алексеевцами проделали и трагическое отступление на юг. При продвижении на север в 1919 году по широкой Московской дороге батареи Марковской артиллерийской бригады работали как со своей Марковской пехотной дивизией, так и с Корниловской ударной дивизией и с батальоном алексеевской пехоты. Сколько мне известно, все корниловские батареи, за исключением одной, стояли в этот период на Черноморском побережье, где-то южнее Туапсе.
«Цветной корпус» наступал в следующем порядке частей. В районе железной дороги на город Курск — Орел шла Корниловская ударная дивизия. На западе, левее ее, продвигалась Дроздовская стрелковая дивизия. Правее Корниловской дивизии была Марковская пехотная дивизия. Еще правее марковцев шли батальоны алексеевской пехоты. За ними, на восток, на правом фланге корпуса был Офицерский конный полк. Направление этого полка были города Старый Оскол и Новый Оскол. Одно время с ним работала пушка 3-й Марковской батареи.
Из всех сотен деревень и сел, пройденных за время наступления и отступления, одно село в особенности осталось в памяти, а именно из-за его географического положения и из-за характера боев, обусловленных этими географическими особенностями села. В пересеченной местности поселения выбирают себе большей частью ложбинки, но данное село выбрало себе особенную ложбинку. Оно тянулось узкой длинной полосой, имея на юг и на север сравнительно узкие выходы горловины. Направо и налево, то есть на восток и запад, село было ограничено сплошными крутыми склонами. Вот это-то положение села и портило настроение командира батальона полковника Дьяконова. Полковник носил бороду, и мы иногда за глаза называли его «борода».
Задачей отряда было только занять село и оборонять его, но не продвигаться дальше. Пехота отряда с помощью нашего взвода сбила противника на буграх на востоке и на западе села и отогнала его. Все, что было советского в селе, дабы не быть отрезанными, стремглав вылетело из северной горловины. Бугры вокруг села были непроходимыми для артиллерии, и взвод в свою очередь быстрым темпом проскакал село, чтобы, пройдя северную горловину, поддержать огнем наступление своей пехоты.
Через пару дней противник, собравшись с силами, повел наступление, сбил нашу пехоту на буграх и начал обход села. Взвод артиллерии стрелял до последней возможности, потом мчался по селу в южном направлении, дабы проскочить южную горловину. Такая свистопляска продолжалась несколько раз, и это «туда-сюда» определенно не нравилось командиру батальона полковнику Дьяконову. Видимо, он опасался потерять артиллерию и, как некоторую меру предосторожности, предложил вывести взвод батареи из села. Командующий батареи подполковник Стадницкий-Колен до это отклонил, главным образом из-за водопоя и кормежки коней.
Но прав был старый опытный полковник, командир батальона. Однажды на рассвете противник сбил наши заставы и почти закрыл южную горловину, а в селе взвод батареи стоял незапряженным. Взвод с трудом выбрался из села. Спас положение командир команды разведчиков батареи штабс-капитан Леонтьев Александр Михайлович. Он со своей командой конных разведчиков задержал противника. Вскоре общее наступление армии продолжалось, и село осталось позади.
Помню одну сестру милосердия батальона, к сожалению имени ее я не знал, которая в высоких желтых сапогах, с лихим видом сопровождала в этих боях солдат, уходивших на разведку. В одном следующем бою подполковник Стадницкий-Колен до состязался с противником в артиллерийской дуэли. Противник стрелял очень неудачно, и поэтому наш взвод вышел на открытую позицию. Неприятель все же скоро пристрелялся, покрыл наш взвод сильным огнем, и нам пришлось опять менять позицию. В этом бою, по нашим наблюдениям, у противника была подбита гаубица, что позже подтвердили и жители села. Они видели, как везли по дороге поврежденное орудие и побитых людей. Еще в бою поручик П. Николай просил разрешения вывезти эту подбитую гаубицу с помощью запряжки нашей пушки. Подполковник Колен до в этом отказал. Потом уже выяснилось, что перед гаубицей долго лежала цепь неприятеля и что вывоз гаубицы, вероятно, не удался бы.
Напишу сейчас о городе Щигры, потому что здесь произошел бой исключительной наглядности и типичный для того времени, когда небольшие силы белых войск разгромили противника во много раз сильнейшего. В настоящем очерке я не описываю весь бой, а даю лишь отдельные сценки картины боя. Наступавшие силы белых войск состояли, сколько помню, из двух-трех батальонов алексеевской пехоты. Батальоны были далеко не полного состава. Отрядом командовал, кажется, полковник князь Г.{188}, но всюду распоряжался блестящий офицер капитан Бузук{189}, командир батальона.
С отрядом работал 1-й взвод 3-й Марковской батареи. Офицерский состав взвода артиллерии состоял из подполковника Стадницкого-Колендо, командующего батареей, штабс-капитана Леонтьева Александра Михайловича, начальника команды конных разведчиков батареи, поручика Макаревича Симеона Петровича, поручика Прюца Николая Александровича, подпоручика Сорокина Леонида, прапорщика Кашинцева.
Так как кавалерии с отрядом на было, то еще ночью перед наступлением было приказано собрать конных добровольцев со всего отряда для разведки района севернее города Щигры, а также попытаться пробраться с севера в город, чтобы внести беспорядок в ряды противника. В этот конный разведывательный отряд записался с двумя разведчиками поручик Макаревич.
Ночью разведывательный отряд, силой в сто коней, выступил для исполнения своей задачи. Обойдя город, они согласно заданию ворвались в него с севера и проникли до городской площади, наполненной повозками со спящими на них людьми. Здесь, по рассказу поручика Макаревича, конный отряд уже начал действовать неорганизованно. Сам поручик со своими двумя разведчиками поскакал к мосту через какую-то речку, но здесь они уже встретили организованное сопротивление и были остановлены ружейным залпом противника за речкой. Один из разведчиков батареи, кубанский казак, был убит. Конный разведывательный отряд, выполнив свое задание, отступил.
На рассвете весь отряд князя Гагарина перешел в наступление на город Щигры. 1-й взвод 3-й батареи Марковской артиллерийской бригады наступал с алексеевской пехотой на левом фланге. Неприятель начал отходить. Недалеко от одной деревни, проходя по бревенчатому мосту через протекавшую здесь небольшую речку, одно орудие взвода провалилось через мост в эту речку.
Я был оставлен с орудием, чтобы, вытянув его, потом
