Я только еще начал понимать всю его сложность. Оно реализуется уровень за уровнем, этап за этапом — по какому-то довольно сложному алгоритму...
Шаг первый: «ужаленный» — получатель Послания — начинает перерождаться. Он еще ничего не понимает сам, но в нем уже посеяны и прорастают семена новых, необыкновенных способностей. Прежде всего способности перерабатывать, фильтровать огромные массивы информации. И одновременно изменяются его привычки, интересы... Он начинает работать на того Демона, который уже поселился в каком-то закоулке его сознания, но еще не имеет никакого представления о том мире, в который пришел, не знает того языка, на котором этот Мир говорит с ним. Но он учится, он очень быстро учится, этот Демон.
На этой стадии душа получившего Послание раздвоена. Он сам не понимает себя. Делает много глупостей — часто вопреки смыслу Послания. Привлекает к себе внимание — вот как я привлек его, наняв вас...
Шаг второй: они вступают в диалог — Демон и получивший... Пока они еще плохо понимают друг друга. Но Демон уже начинает понимать тот мир, в который явился. Он уже отдает приказы. И первый из них — оценить обстановку. Понять, насколько Мир, принявший Послание, близок к гибели. От этого зависит вся последующая цепь действий.
Получивший Послание начинает поиск. Он ищет те «горячие точки», в которых наука и технология его мира вплотную подошли к тому, чтобы поставить Человечество на грань катастрофы. Демон подсказывает ему алгоритмы оценок научных результатов, ведет его по темному лесу заполняющей Сеть информации... Если бы до катастрофы было далеко, если бы не нужны были экстренные действия, то третьим шагом было бы умножение числа получателей Послания. Их нужно куда больше, чем их поставляет лаборатория профессора Хайлендера. Нужны даже не сотни таких, как я. Тысячи и десятки тысяч — во всех уголках Обитаемого Космоса.
— Нужно для чего? Для предотвращения катастрофы?
— А вы не можете не задавать вопросов, ответы на которые знаете сами, агент?
Ким пожал плечами:
— Просто мне кажется, что Человечество и само способно справиться с такими... С опасными разработками и изобретениями... Существует масса всяческих «комитетов по контролю» и общественных движений...
— У них нет одного, агент... — Клаус наклонился ближе к лицу Кима. — У них нет опыта собственной гибели. Того опыта, который Предтечи вложили в Послание. Которым они буквально пропитали его... И поэтому они не могут угадать, откуда придет беда. А угадав, не будут иметь достаточно воли и уверенности, чтобы противостоять ей. Не смогут пойти на неизбежные жертвы. Будут цепляться за призраки гуманизма и демократии... В то время когда пора — давно пора уже — резать по живому... Это и был тот следующий шаг, который продиктовал мне мой Демон.
Он замолчал, глядя куда-то в пространство за спиной Кима невидящими глазами. Потом заговорил снова.
— Я... Я неточно сказал... Когда я окончательно прозрел... — а это случилось с вашей, агент, подачи, в темном кабинете профессора Кобольда, — Демон уже не диктован мне. Он уже был мною... Так вот: на этой стадии мне стало предельно ясно, что произошло с Солом и Ником. И что должно произойти со мной...
На лицо Клауса снова вернулась ясность. Он смотрел уже не в пространство, а прямо в глаза Кима и говорил уверенно. Разве что чуть отрешенно.
— Мы оказались смертниками, агент. Штрафным батальоном, брошенным в прорыв. Просто дела оказались настолько плохи — и по многим направлениям сразу, — что потребовалось срочное, немедленное вмешательство...
— Значит, вы узнали судьбу тех двоих... Был еще и третий...
— Был. Видите ли, перед тем как идти... Перед тем как идти в бой, каждый из нас оставил в Сети послание. Для того, кто пойдет следом... На той стадии, когда Демон становится тобой, ты узнаешь, где его искать... Но это сейчас не важно. Важно то, что нам стало ясно, что самую большую опасность для Человечества представляют сразу несколько групп разработок. Они ведутся в различных частях Обитаемого Космоса. И уже поздно бороться с ними, создавая комитеты, раздувая различные настроения в обществе. Даже просто уничтожая отдельных лиц. Дело зашло слишком далеко. Надо уничтожать эти исследовательские центры целиком. Пусть даже ценой собственной жизни...
— Так это была диверсия? — Ким теперь тоже не отрываясь смотрел в глаза Гильде. — Сол Файнштейн внедрился на «Вулкан-1001» для того, чтобы уничтожить этот комплекс?
— Именно так. Только он не закладывал мины в реактор и не занимался всей той ерундой, которую так любят нам показывать по видео. Он «заложил» под «Вулкан» идею. Весьма интересную в научном отношении. И абсолютно гибельную.
— Он подсунул им — людям, работавшим на «Вулкане», ложную теорию, а они смонтировали по этой теории какое-то устройство и взлетели на воздух?
— Ну, на воздух можно взлететь только там, где есть воздух. А «Вулкан» дрейфовал в Глубоком Космосе. Но не в том дело. Идея, которую Демон Сола предложил людям с «Вулкана», не была ложной ни в малейшей степени... Просто она была неполна. Она давала прекрасную возможность — «отсасывать» энергию прямо из недр звезд в нужную точку пространства. Но она не предсказывала масштаб эффекта переноса энергии. Этот эффект люди «Вулкана» рассчитали, исходя из устаревших теорий. Ну и... Жаль, что Сол не успел вовремя убраться оттуда. Он отнюдь не был самоубийцей. Думаю, что просто не успел...
— А Стокмана зачем отправил туда Демон? Дублировать Файнштейна, что ли?
— Эта операция должна была быть выполнена с очень высокой степенью надежности. И была выполнена. Теперь на два десятка лет катастрофа отодвинута.
— Что же такого страшного творилось на «Вулкане»? — В голосе Кима зазвучала нотка усталого раздражения. — Ведь там работала чертова уйма специалистов высочайшей квалификации. Неужели никто из них не был способен предвидеть хотя бы ближайшие последствия своей работы.
— Слепы не отдельные люди, агент. Слепо Человечество в целом. Разработки исследовательской группы «Вулкана» решали сразу две проблемы, которые сильно ограничивают космическую экспансию Человечества. Проблему получения неограниченных количеств энергии и проблему переброски этой энергии в нужное время в нужное место. Собственно, это оказалась всего-навсего одна проблема. Вся беда в том, что ее решение оказалось слишком легким. Слишком...
— Ну не они же одни решали эту задачу...
— Не они одни. Верно. Но группа «Вулкана-1001» наиболее близко подошла к ее решению. Это были люди с совершенно оригинальной, ни на что не похожей концепцией мироздания... И они не спешили делиться своими секретами. Собственно, Сегюр и Камински в заштатном университете Синдереллы из подручных материалов смастерили что-то вроде демонстрационной установки и лет пять с ее помощью обрабатывали сильных мира сего. В результате родился проект «Вулкан-1000», а затем «Вулкан-1001». Сами понимаете, если бы дикие идеи Сегюра не принесли реальных результатов, то никто не ассигновал бы на их работу ни гроша. Но он и его люди крепко держались за свои секреты. На это смотрели сквозь пальцы — понимали, что ненадолго. И действительно, большие секреты в науке долго не живут. Как только энерготрансляторы Сегюра расползлись бы по Обитаемому Космосу, его теории перестали бы казаться дикими, а через пару лет вошли бы в стандартные учебники. Сейчас это, слава богу, отсрочено на десятилетия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
