— Как я слышал, все линейное соединение из звездных крейсеров уцелело, — заметил барон.
— Командование вывело их из состава секторального флота, — объяснил я.
— Значит, вы ударили по слабым? — провокационно поинтересовался барон.
— Я нанес удар по неприятелю, — спокойный ответ вызвал интерес в глазах аристократа.
— Считаете, что Новая Республика для нас — враг? — спросил он. Очень интересно поставленный вопрос.
Потому как имперцы предпочитают называть новых владельцев Корусанта именно «повстанцами» и «мятежниками». При этом в голосе обязательно присутствует пренебрежение. А барон использовал совершенно иной словарный оборот. Тот, который применяю время от времени и я. Потому что имперцам давно уже пора кое-что понять. Повстанцы уже не «ребята с Корусанта».
— Считаю, что у наших государств имеются взаимные претензии, которые решаются исключительно с помощью силы, — пояснил я. — Закостенелость мышления не позволяет нашим военным даже вслух произнести «Новая Республика», чтобы обозначить неприятеля.
— Да, эта забавная игра слов, — ухмыльнулся барон. — А вы как считаете, гранд-адмирал? Кто они? Мятежники или новореспубликанцы.
— Называя их «мятежниками» мы стараемся пробудить в себе ностальгическую тягу ко временам, когда Империя держала под контролем большую часть галактики в дюрасталевом кулаке, а восставших была лишь горстка отчаянных разумных, — заметил я. — За своей алчностью и недальновидностью после смерти Императора наши военачальники не заметили, что собственными руками уничтожили то, что должно было устоять и процветать в течение тысяч лет. По крайней мере так было запланировано.
— Думаю, можно сказать, что исполнение плана Императора по созданию галактического государства претерпело… значительные отклонения от плана, — дипломатично заметил барон.
Этот мужчина очень не просто действуем. Дьявольски не просто. Казалось, будто он говорит все легко и непринужденно — словно озвучивает все, что думает без какой-либо обработки. В то время как я уверен, что каждая его фраза и смысл, который он в нее вкладывает — плод длительных размышлений и анализа ситуации в галактике. Он ведет словесную игру, оценивая мои собственные ответы. И не нужно быть пророком, чтобы понять — его реакция на мои предложения будет целиком и полностью зависеть от того, сойдемся ли мы во мнениях относительно ключевых моментов.
И я не видел причин кривить душой, изгаляться, чтобы так или иначе получить от него какие-то крохи с барского стола.
— Реализация любого плана зависит от исполнителей, — заметил я. — Замысел может быть совершенным, идеальным и гуманным, но если те, кому поручено его реализовывать — не понимают сути, то конечный результат не будет отвечать хоть каким-то критериям долгосрочности. Крах Империи это нам наглядно продемонстрировал.
— Думаете, нас ждет крах? — уточнил барон.
— Предполагаю, что мы и дальше будем воевать с переменным успехом, если не изменим своего отношения к неприятелю, — заявил я. — Они уже не «мятежники» — они власть, с которой стоит считаться. В их распоряжении Коруант, а владение им большая часть населенных миров считают за владение всей галактикой. Их флот превосходит в размере наш, а вооруженные силы имеют превосходную подготовку. Если раньше мы сражались с кучкой фанатиков и самоотверженных идеалистов, то сейчас им на смену пришли закаленные в боях прагматики и стратеги, не уступающие, а местами и превосходящие тех, что имеются в нашем распоряжении. Недооценивать их — опасно для самого существования Империи. Как только мы поймем этого — мы найдем приемлемый выход из ситуации.
— И какой же он, на ваш взгляд? — негромко, но с нескрываемым интересом, поинтересовался барон.
Выдерживать театральную паузу я не стал.
— Мир, барон, — седые брови поползли вверх. — Только мирный договор с Новой Республикой спасет Империю от полного уничтожения.
* * *
«Коралл Ванда» являлся неплохо разрекламированным увеселительным курортом. При других обстоятельствах Мара могла бы даже восхититься размахом и убранством помещений, но сегодня и сейчас у нее была более важная миссия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Просторный отсек казино поражал своим размахом. Если есть в галактике хоть одна азартная игра — то она была представлена здесь добрым десятком игровых столов. Саббак, лагджек, трегалд, голо-шахматы, рулетка, игровые автоматы… Даже устаревший паззак — и для того есть столы. И немалое количество желающих поиграть за ними.
Просторное помещение на две симметричные половины разделял внушительных размеров бар, заполненный бутылками с содержимым, настолько разнообразным, что Мара едва ли не присвистнула. Хозяева этого курорта явно постарались, чтобы клиенты и пассажиры могли пить все, что могла пожелать их душа в период торжества выигрыша. Или, что более часто — дабы с комфортом и изыском залить горе.
Полностью прозрачная стена игрового зала позволяла насладиться красотами океана: небольшая скорость круизного лайнера не будоражила косяки серебристых и любопытных рыбок, которые наверняка уже привыкли наблюдать это громадное и пылающее искусственными огнями чудо технической мысли.
Замысловато изогнутые коралловые рифы, сквозь которые лежал курс корабля, красиво гармонировали с сине-зеленой практически прозрачной водой океана в прибрежной полосе. Да, при других обстоятельствах она могла бы тут провести немало времени.
Особенно если учесть тот факт, что на «Коралле Ванде» имелось аж семь таких роскошных игровых залов. И сейчас рыжеволосая красотка добралась до последнего, не выдавая своего раздражения тем, что никак не могла обнаружить искомый ей объект.
— Миледи хочет выпить? — поинтересовался бармен, когда она приблизилась к стойке, чтобы разглядеть сидящих за ней в полусонном состоянии выпивох, в первые же часы своего пребывания на лайнере потративших уйму денег. Но все они так или иначе — богатые разумные. У них есть еще. И немало.
— Что-нибудь неалкогольное, — попросила она. Не то, чтобы она опасалась больших трат — деньги у нее имелись, однако выпивка и питание включены в стоимость круиза для пассажиров первого класса. Менее богатые разумные из второго класса могли себе позволить эти изыски за дополнительную плату.
Однако рыжеволосая красавица терпеть не могла употреблять алкоголь на задании. Не нужно туманить голову и накачивать организм, если этого можно избежать. В прошлом она нередко отмечала выполнение особо сложных миссий за бокалом дорого вина… Возможно так будет и в этот раз.
— Прошу, — бармен предоставил ей стакан свежевыжатого сока, украсив трубочку разноцветным зонтиком. — Могу ли я вам чем-нибудь помочь?
Обычная рабочая вежливость. Подкрепленная практикой того, что богатые разумные в большинстве своем готовы потратить небольшие деньги за подсказки к своим увлечениям. Простой трюк, который зачастую срабатывает.
— Я просто наслаждаюсь видами, — Мара оторвалась от напускного созерцания кораллового рифа, на самом деле при этом рассматривая сидящих к ней лицом игроков. Хоффнера, чью внешность она превосходно изучила по имперским файлам перед заданием, среди них она не заметила. Что же, сейчас закончит осматриваться таким образом и начнет блуждать по залу, якобы приглядываясь к столикам, выбирая, к какому же ей присоединиться.
Но играть она точно не будет — наметанным глазам, несмотря на отсутствие долгой профессиональной практики, она вычислила, что практически в каждой игровой компании имеется профессиональный шулер. Наверняка они работают на руководство компании и помогают пассажирам избавиться от своих денег побыстрее. Просто и незамысловато. Как ни крути, но казино всегда остается в выигрыше. Для того и создано.
— Превосходный вид, не находите? — произнес бармен, принявшись натирать белоснежным полотенцем очередной бокал. — Этим кораллам немало лет…
— Да, я об этом слышала, — мимоходом произнесла Мара, поворачиваясь к бармену. В конце концов, почему бы не упростить себе работу? — От одного своего знакомого. Может быть знаете его? Хоффнер…
