Из книги в книгу одинокая непонятая школьница влюбляется в столь же одинокого энигматичного новичка, который, оказавшись — кем бы вы думали? — поднимает ее подростковый статус до немыслимых высот. Такое не могло прийти в голову высоким господам доповоротного времени, которым хватило ума и терпения пережить века, приспосабливаясь к бегу времени. Нет, друг мой, процесс шел в обратную сторону. Не они подготовили нас к этому — мы сами хотели и ждали появления тех, кто заменит нам Бога, который, по непроверенным данным, в эпоху Просвещения заболел, а с началом постмодерна и вовсе помер, не приходя в сознание.
Я знаю, что ты скажешь, а ты заранее знаком со всеми моими возражениями. Бога отрицать легко, но отрицать потребность людей в трансцендентном, а точнее, в десцендентном, по-моему, невозможно. Деизм как дистиллированная вода: утоляет жажду, но не питает организм. Без плацебо способны существовать, по всей видимости, единицы из тысяч — и что делать с тысячами? Человек хочет, чтобы бог нисходил время от времени, утешал, иногда наказывал — словом, был рядом. Удовлетворение этой потребности породило вполне чудовищные сверхценнические религии, фрустрация этой потребности породила еще более чудовищные тоталитарные режимы ХХ столетия. Возможно, что попытка «перерасти» эту потребность породила Полночь со всеми ее последствиями.
Все чаще я задумываюсь над вопросом: не боремся ли мы, в конечном счете, с человеческой природой? Копаясь в изводах «Исповеди», я поймал себя на ощущении, что не могу отделаться от уважения к О'Нейлу. Да, он был совершенно ненормален — но свихнулся-то он от любви к людям, и вера в людей, а не вера в Бога подвела и погубила его. И когда он понял, что им движет ненависть, он начал искать смерти сознательно.
Я не рассчитываю прожить достаточно долго, чтобы со мной могло случиться нечто в этом духе (а если мне все же не повезет — надеюсь, чо ты решишь эту проблему так, как ты умеешь), но вынужден признаться, что меня потихоньку сдвигает течение. Самая сильная подвижка произошла после Референдума, и тогда я устоял — но капля камень точит, а я ведь не камень. Люди хотят их. Людей устраивает цена. Это данность, с которой нужно работать. Это данность, с которой невыносимо трудно работать…
Глава 10. Алекто
Прибігла фурія із пекла,
Яхиднійша од всіх відьом,
Зла, хитра, злобная, запекла,
Робила з себе скрізь содом.
Ввійшла к Юноні з ревом, стуком,
З великим треском, свистом, гуком,
Зробила об собі лепорт,
Якраз §§ взяли гайдуки
І повели в терем під руки,
Хоть так страшна була, як чорт.
Котляревский И. «Энеида»[39]
Традиция требует, чтобы штаб-квартира транснациональной компании, занимающейся целевыми высокими технологиями, занимала айсбергоподобную башню из стекла и бетона. Кабинеты высшего руководства, при этом, должны находиться уже где-то в стратосфере.
Штаб-квартира «Орики» располагалась в небольшом особнячке в квартале Марэ. Да-да, именно «на болоте». Вышло так, что и в девяносто третьем — девяносто пятом (тысяча семьсот, естественно), и в семьдесят первом (тысяча восемьсот), и в десятом, и в пятнадцатом годах (уже двадцать первого века) и далее вверх по линии тут стреляли мало, а потому ни барону Осману, ни его преемникам работы не нашлось.
Особнячок, построенный в XVI веке и отделенный лишь забором от дворца Сюлли — любой парижанин, услышав это, сразу поймет, что здание стоит раза в три дороже среднего небоскреба в деловой зоне — был внутри существенно вместительней, чем снаружи, поскольку теперь уходил на восемь этажей вниз. Всего на восемь. Руководство «Орики» полагало, что переизбыток управленцев не является признаком благополучия. Потому подземные апартаменты были просторны, а число их обитателей — сравнительно невелико.
Как во всяком уважающем себя старинном особняке, здесь водились призраки. Совершенно официально. Второй конференц-зал на минус четвертом этаже так и называли «комнатой с привидениями» — именно сюда являлись пообщаться в виде голопроекций сотрудники управления, работающие дистанционно.
Получив вызов в «кабинет призраков», заместитель начала транспортно отдела господин Готье проклял все и создал собственного «призрака»…
…Обычно женщина за терминалом номер семь не пользовалась ненормативной лексикой. Это было непродуктивно, нарушало рабочую атмосферу и, главное, совершенно не помогало. Но вот сейчас ей очень хотелось выругаться, причем не по-русски, с упоминанием всяких там аспектов телесного низа, а на западный манер — с обращением, так сказать, в потусторонние сферы. Чтобы помянутый ею обитатель сфер — желательно могущественный и склочный — вздребезнулся, схаменулся, отправился портить жизнь помянувшей — и тем отвлек её на какое-то время от безобразной картины на экране. Вероятно, раньше выражения вроде «черт меня побери совсем» имели именно такой смысл.
Представитель транспортного отдела возник на экране мгновенно. Если бы госпожу Эмилию Льютенс сколько-нибудь интересовало выражение его лица, то она бы поняла, что он как раз сейчас созерцает то самое могущественное и крайне склочное существо, которое ей так хотелось призвать на свою голову.
— Скажите пожалуйста, господин Готье, вы случайно не знаете, что такое продукт си-зет двадцать три сорок восемь дробь одиннадцать си?
Господин Александр Готье, вообще-то, был очень компетентным специалистом. Но обладал развитым чувством самосохранения. Он вздохнул и сказал:
— Это линия для обработки алюминия. Специализированная, для сурового климата. Её выпускает наш канадский филиал.
— Совершенно верно. И последний заказ был сделан Красноярском. И вот я никак не могу понять, почему в настоящий момент линия, заказанная в Канаде из Сибири, движется морем в Австралию.
Готье был хорошим специалистом.
— Да, мне докладывали. Дело в том, что заказчики не хотели, чтобы груз шел по российской территории. Соответственно, железная дорога исключалась, Главсевморпуть, — и даже не споткнулся, выговаривая, — тоже, а самый удобный перевалочный порт — сиднейский.
— Скажите, а является ли условием приема на работу в транспортный отдел знание географии?
Этот вопрос Готье счел риторическим.
— У Североамериканского континента, видите ли, коллега, два побережья. Восточное и Западное. И до Владивостока отменно ходят рейсы и из Анкориджа, и из Сиэттла. И даже если учитывать завышенные японские тарифы от Владивостока или надбавку на доставку морем в Охотск, этот маршрут до Красноярска обойдется примерно в десять раз дешевле. Мне остается сделать два вывода. Либо транспортный отдел занимается банальным жульничеством при вашем прямом содействии и делит прибыль с представителями клиента — которые тоже не могут быть до такой степени слепы, либо эта линия не имеет никакого отношения к алюминиевым рамам — и тогда я наблюдаю возмутительное неумение прятать концы в воду. Я жду от вас подробного доклада через полтора часа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
