— Мог и поблагодарить, — огрызнулся принц. — Если бы не я, был ты сейчас мертв. Или изжаренный огнем дракона, как Штормград после Смертокрыла!
Тарион всплеснул руками.
— Так просто мне от тебя не отвязаться, да?
— Как ты уже сказал, крепость неприступна. Если бы я мог летать, я бы выбрался отсюда самостоятельно. Я думал, тебе может понадобиться помощь. Как и мне. Здесь не справится в одиночку. Но если — нет, то я справлюсь сам.
Тарион не слушал его.
— А еще ты, кажется, сказал, что обожаешь скорость? — спросил он с хитрым прищуром.
Андуин помедлил с ответом. При дневном свете он, наконец, получше рассмотрел парня. Что-то в его лице, в хитром блеске синих глаз, показалось ему знакомым. Они ведь точно не встречались раньше? Но откуда принц мог знать его? И почему этот парень, если он был человеком, не узнал в нем наследного принца? В мире так много других Андуинов?
Тарион не стал дожидаться ответа.
— Значит так, лекарь Андуин, если тебе действительно нужно выбраться из крепости, то я готов помочь. Я доставлю тебя за пределы Грим-Батола, но на этом все. Я улетаю, а ты отправляешься своей дорогой. Договорились?
— Ты… улетаешь?
И все встало на свои места. Конечно, он не был настоящим человеком. В этой крепости вряд ли нашелся бы хоть кто-то, кто не скрывался бы за другой внешностью, кто не был бы связан с драконами. Кто-то нормальный. Кто-то обычный. Как он сам. Хотя, был ли он таким уж обычным тоже?
Не дождавшись ответа, Тарион перекинулся в дракона. Черного-подумать-только-дракона! Андуин так и застыл с раскрытым ртом.
Дракон зарычал. Он не собирался ждать вечность.
— Совсем даже не страшно! — громко воскликнул принц. Он очень старался, чтобы голос не дрожал.
Одна только голова дракона оказалась с него ростом. Небесно-голубые глаза пригвоздили его к полу. Андуин видел каждую чешуйку на драконьей морде. Драконий оскал мало напоминал улыбку, но это совершенно точно была она. Тарион выставил крыло, намекая, что неплохо было бы поторопиться. Андуин кивнул, обошел и неловко взобрался к нему на шею.
Дракон потоптался на месте. Это напомнило Андуину неуверенность лошадей, что впервые возили на своих спинах седоков. Может быть, Тариону это тоже было в новинку? Андуин лихорадочно соображал, за что ему держаться в полете. Сбруи у дракона-то не было.
Дракон расправил крылья. Оглянулся еще раз на него. Решение нашлось само собой. Андуин ухватился за выступающие вдоль хребта гребни и кивнул в ответ. «Ну, как знаешь», — мелькнуло во взгляде Тариона.
И он оторвался от земли. Сердце Андуина рухнуло в пятки.
Никогда ему не доводилось испытать нечто подобное. Ни одна, даже самая безумная скачка не могла сравниться с полетом верхом на драконе. Прежде Андуин летал на покрытых мягким пухом грифонах, тогда ему казалось это верхом удовольствия. Но аккуратные и неспешные полеты гигантских пернатых не шли ни в какое сравнение с этим. Дракон резко взмыл вверх, будто показывая, какой на самом деле бывает скорость. Андуин обхватил шею дракона и руками, и ногами.
Они летели сквозь облака, все выше. За считанные секунды оказались над облаками, вровень с ярким диском солнца. Тарион почти не двигал крыльями, целиком отдался ветру, предоставил ему нести себя. Андуин чуть осмелел. Сначала огляделся по сторонам, но за облаками ничего не было видно. Потом поглядел назад. И не сдержался от радостного вопля.
Он вырвался! Ему удалось сбежать из Грим-Батола, от безумного Ка'аз-Рата! Темные пики Грим-Батола оставались позади них. И они удалялись. Андуин медленно, аккуратно разжал одну руку, затем другую. Поднял их кверху и снова крикнул.
Дракон резко развернулся. Андуин всем телом прижался к черной чешуе. Ощутимо клонило в бок. Тарион спускался по широкой спирали вниз. Они прошли сквозь облака, Андуин различил поросшие травой скалы и широкую реку меж ними. Река переливалась. Дракон снижался. Андуин различил россыпи мелких голышей на дне русла, река была совсем мелкая и очень прозрачная.
Дракон спускался все ниже. И вскоре уже коснулся земли.
На земле он в одно мгновение превратился в юношу с взлохмаченной шевелюрой немногим старше самого принца.
— Я видел там лагерь, — указал он вперед. — Это точно не Культ. По понятной тебе причине, я не могу лететь прямо к нему. К тому же мне пора возвращаться.
Андуин поглядел вперед. В полете он никакого лагеря разглядеть не успел. В глубине души он надеялся на компанию. Пускай и драконью. Всяко лучше, чем одному. Но придется смириться.
Андуин протянул Тариону руку. Тот пожал ее.
— Спасибо тебе, Тарион. Я никогда не забуду этого полета.
— Прощай, лекарь Андуин, — кивнул он и взмыл в воздух.
Андуин провожал его глазами. И зачем ему возвращаться в крепость, недоумевал принц. Когда дракон исчез, Андуин снял фиолетовый плащ Сумеречного Молота и спрятал его в ближайшей расщелине между камней. Спустился к реке и зачерпнул воды. Она оказалась ледяной. Он попил, умылся, обновил заклинания. Ему предстояло пешком преодолеть неизвестное расстояние до какого-то лагеря. «Это точно не Культ», — сказал Тарион. Пора выяснить, кто обитает в Сумеречном Нагорье помимо Сумеречных фанатиков.
Далеко идти не пришлось. Воодушевление, с которым Андуин почти бежал вперед, рассеялось в то же мгновение, как он разглядел отрубленные головы черных драконов на пиках над входом в лагерь. И двух орков-караульных, вышагивающих вдоль забора из толстых, не оструганных бревен. В конце концов, что еще можно было ожидать от черного дракона?
В такой ситуации было даже глупо представлять, как мог поступить на его месте отец. Еще в крепости Андуин уяснил, что ему нужно быть самим собой, а не стремиться угодить отцу даже теперь, когда его нет рядом. Принц четко знал, с чем он не согласен — с возвращением обратно в крепость. Слоняться одному по Сумеречному Нагорью вряд ли было лучшей идеей, чем идти прямиком к оркам. Кровожадным монстрам, которых так ненавидел его отец. Настало время самому убедиться в этом. Навряд ли орки могли быть хуже тех монстров, на которых он насмотрелся в Грим-Батоле.
Расправив плечи, он медленно направился к воротам лагеря. Головы драконов были огромны и изрядно истлели. Были и другие, посвежее, если так можно было выразиться о частях тела мертвых ящеров.
Орки сразу заметили его. Плоская выжженная солнцем равнина перед лагерем делала из любого путника отличную мишень. Андуин готов был к тому, что его тело изрешетят стрелами, не дав даже приблизиться ближе. В его прежнем мире, именно так поступили бы с орком, осмелься он подойти к лагерю людей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
