Не ослабляя усилий, Мухаммед ибн Абд аль-Ваххаб в 1789 году требовал от всех эмиров Неджда присяги Абдель-Азизу. Присоединяя все новые земли, он создал теократическое королевство, территория которого охватывала всю провинцию. Смерть религиозного лидера не помешала — волне ваххабизма продвигаться дальше и накрыть Персидский залив, обладающий несметным богатством (нефтью), о котором еще никто ничего не знал. Империя решила бороться с исламскими «протестантами». Паша Багдада и шериф Мекки безуспешно пытались справиться с потоком ваххабизма. В конце концов османов изгнали из Хасы и они перестали оказывать какое-либо влияние на мусульманский мир, за исключением Хиджаза, да и то через посредничество местных шерифов.
По Болгарии, Сербии и даже Сирии одновременно прокатились восстания против турок-османов. К этому внутреннему разладу империи, подкрепленному усилением националистического и религиозного самосознания, добавилось восстание ваххабитов — первое восстание арабов, оспаривавших правомерность теологии и легитимность власти в империи и требовавших суверенитета святых земель ислама. Дверь оказалась выбита силой ортодоксов, и ваххабитам, как еретикам, отныне запретили входить в Мекку.
Новый султан Селим III (1789–1808) попытался — и это было его роковой ошибкой — провести ряд учредительных реформ как раз в то время, когда ураган наполеоновских войн пронесся по Старому Свету. Пока он выбивался из сил, пытаясь убедить улема в необходимости модернизировать ислам, европейские государства успели разлиновать карту мира и поделить ее на зоны влияния. Британцы уже прочно обосновались в Индии, Россия медленно, но верно поглощала новые территории, продвигаясь к теплым морям, а в 1798 году в Египте высадился Бонапарт. Все это не могло не сказаться на исламе негативным образом.
Европейцы все глубже и глубже проникали в арабские земли. Они пришли-таки к единому решению все той же проблемы Оттоманов: сократить территорию империи и ограничить ее только Турцией. Первой трещиной была капитуляция Османской империи и передача всех ее провинций Западу. Европейский арсенал на закате XVIII века пополнился новыми методами: поощрение и разжигание межнациональной и религиозной вражды, а также прямая оккупация земель Турции и Ближнего Востока. Первыми в игру вступили Франция и Великобритания.
В 1799 году Бонапарт призвал евреев «воссоздать» в Палестине, разумеется, под покровительством Франции «свою древнюю родину». В 1800 году один англичанин опубликовал в Лондоне эссе под названием «Еврейское возрождение». Весной 1802 года ваххабиты впервые вошли на территорию Аравии, чтобы захватить Кербелу, священный город шиитов, где в 680 году был убит внук пророка, Хусейн. Его мавзолей был целью ваххабитов и, добравшись до него, они разграбили и осквернили святыню. Иранский шах Фатх-Али предложил взять под свое покровительство культовые места Ирака. Но несмотря на его заступничество были уничтожены знаменитые пальмовые рощи, разорены молельни, а население запутано. Так на пепелище сожженных домов, среди стонов раненых и зародилась ненависть между шиитами и ваххабитами. В 1803 году отряды ваххабитов подошли к воротам Мекки. Шериф, напуганный численностью армии, перешел на сторону Абдель-Азиза. Новый хозяин города повелел очистить его от всего, что казалось ему идолопоклонничеством: мавзолеи, реликвии, настенные украшения, светильники, ковры — все было разбито, сожжено, уничтожено. Изготовителей талисманов, любителей курения гашиша и азартных игр, посетителей публичных домов немедленно казнили. Наступила эпоха «зеленого террора». Абдель-Азиз оставил в городе гарнизон, а сам отправился к Медине. Но его сторонники были убиты мекканцами, а сам он погиб в Дарийе от рук шиита из Кербелы, пробравшегося в колыбель Саудидов и выдавшего себя за новообращенного. Место убитого занял Сауд, а главнокомандующим он назначил своего сына Абдаллаха.
Именно он, глава третьего «ваххабитского» поколения Саудидов, стал во главе радикального движения. Он вновь принялся завоевывать Хиджаз. Медина капитулировала в 1804 году, Мекка — в феврале 1806 года, а немного позже пала Джидда. Ваххабизм вплотную подступил к границам Ирака и к Дамаску, не испытывая ни малейшего страха перед Османами. Вскоре он покорил Сирию, а в это время часть войск пиратствовала в Персидском заливе. В 1809 году британское правительство Индии начало бомбардировку логова пиратов. Каталонский путешественник Бадия-и-Лаблих отправился в Мекку в 1807 году, и вот что он пишет о появлении в городе «объединителей»: «Жители бросились прочь, завидев армию этих обнаженных по пояс солдат с дикими, горящими глазами (…), вооруженных саблями и ружьями». Они разбили светильники Каабы. С презрением относясь к деньгам, они платили за покупки порохом, свинцом и кофе.
Секретный британский доклад от 5 июня 1803 года сообщает о взятии святого города Абдель-Азизом в рекордно короткие сроки, поразившие всех в мусульманском мире и на Западе. Джон Бейкер, английский консул в Алепе, особенно подчеркивал тот факт, что после взятия Кербелы трофей победителей везли на 4000 верблюдах. «Можно провести параллель, — отмечает он, — между их способом мышления и христианской реформой XV века, когда делались попытки вернуть веру к ее первоначальной простоте». Так что с некоторого времени европейские королевские дворы были предупреждены о движении ваххабитов и об их притязаниях на мировое господство. Действительно, 1 марта 1803 года посол Франции в Константинополе отправил консулу письмо, где предупреждал об угрозе, исходящей от «знаменитого руководителя секты, уже подчинившего себе всю Аравию». Десятью днями позже о возможном вторжении узнал и Лондон. Весь Восток находился под пристальным и тайным наблюдением европейцев. Однако в Каире о взятии ваххабитами Мекки стало известно спустя два дня после письма Джона Бейкера. Французская общественность узнала о существовании и деятельности ваххабитов из статьи в «Мониторе» (31 октября 1804 года). Она была составлена неким Коранчесом, бывшим членом Института Египта, опубликовавшем в 1810 году «Записки по истории ваххабизма». Отныне происходящее касалось не одного-единственного клана, оно перестало быть военным походом секты, но превратилось в одну из загадок восточного вопроса.
Ваххабизмом заинтересовались на Западе. Двое людей только что раскололи первое государство ваххабитов: Махмуд I, который взошел на трон в 1808 году, и Мухаммед-Али, усиливший свою власть в Египте, теоретически оставаясь подданным султана-халифа. Он преследовал «еретиков» четыре года, с 1811 до 1815-й.
Преемник Сауда, Абдаллах, ошеломленный его смертью в 1814 году, был разгромлен годом позже. И как раз во время блистательной египетской кампании в Хиджаз Буркхард г совершил свое паломничество (1814–1815 годы). Его рассказ представляет собой редкое и ценное свидетельство о том неспокойном времени. Прибыв в Медину, он застал там толпу рабочих, восстанавливающих мечеть Пророка, разрушенную ваххабитами. «Объединители» не пощадили даже стражей храма и прислужников-евнухов.
