Кто-то взял тысячу радуг, заморозил их все и бросил в чашку, наполненную тысячей галлонов прозрачного лака. Гладкие изгибающиеся стены завершались хитроумными завитушками и шпилями, столь же острыми, сколь красивыми. Они сверкали в солнечном свете, как сияющее доказательство архитектурных способностей расы, которую больше нельзя было называть примитивной.
Как оказалось, он был совершенно неправ и притом из-за совершенно неверных предпосылок.
— Изумительно, — бормотал он, снова опуская очки на глаза и пускаясь в путь. — Кто спроектировал и построил это?
— Спроектировал? Построил? Ты что-то путаешь. Никто его не строил. Это — Ассоциатива.
— Мы не понимаем друг друга. — Эван не мог глаз оторвать от отражающих радугу валов. В некоторых местах стена поднималась на восемь метров над уровнем леса. — Кто-то же возвел это строение для тебя и твоих друзей, чтобы вы в нем жили, правильно?
— Кажется, я понимаю причину твоего смятения. Ассоциатива — не только то, живет внутри, но то, что внутри, само по себе является частью Ассоциативы.
— Это ничего не проясняет, — Эван с сомнением покачал головой и замедлил шаг. Внезапно перед ними появились два существа.
Они доходили Эвану до пояса. Оба были черными, как уголь, с багровыми потеками. Они были плотные, приземистые, коренастые, ноги их были скрыты закругленными черными щитками, прикрывающими также их бока. Колючие острия покрывали их бока и спины. Каждый протягивал вперед две руки, кисти которых заканчивались четырьмя пальцами. Пальцы были треугольными, и боковинки их были острыми, как скальпель. В каждой челюсти с большой скоростью, издавая угрожающие, ноющие звуки, вращался диск с пилообразными зубами.
— Это воины. Я поприветствую их.
Эван кивнул и терпеливо стал ждать, пока его друг общался с двумя устрашающего вида стражниками какими-то пронзительными взвизгами и мычанием.
Какое-то время эти двое, посовещались друг с другом, затем отступили в сторону. Оглянувшись назад, Эван заметил, что они продолжают наблюдать за его продвижением вперед к радужной стене, но остаются на месте.
— Их пристанище расположено за нами, — объяснил Эже.
— Какое-то другое племя, ставшее вашим союзником? Они, точно, хорошо вооружены для боев.
— Другое? Нет, они такие же самые. Они — члены Ассоциативы. Они — воины, а я — разведчик.
— Но ты абсолютно не похож на них.
Эже растерянно смотрел на друга.
— Какое отношение ко всему этому имеет внешний вид?
Эван воздержался от ответа, потому что как раз в это время они остановились перед стеной. Сверкающая, резко отражающая все поверхность была составлена из гексагональных форм, тесно переплетенных друг с другом.
— А где ворота?
— Ворота? А, отверстие? Я начал уже думать, что мы потеряли способность понимать друг друга, разные понятия и так далее…
Он оборвал фразу, испустив быстро ряд пронзительных пикающих звуков.
В верхних секциях у нескольких дюжин блоков появились глаза. Короткие, похожие на обрубки руки, появились в стыках блоков. Невероятно сильные захваты были отпущены, и, как группа акробатов, блоки рассоединились и спустили себя на землю, образовав двойной ряд, обрамляющий вновь созданный вход.
Раскрыв от изумления рот, Эван проследовал в магически созданное отверстие, после чего блоки подползли и вспрыгнули снова на свои места позади него. Стена снова стала сплошной.
— А это кто был? — он продолжал оглядываться на барьер. Там, казалось, цельная конструкция слегка изгибалась, как будто один или два блока старались получше рассмотреть чужака-пришельца, не нарушая при этом сцепления рядов.
— Стены, разумеется, — Эже показал передней парой ног вперед, — Вот и другие члены Ассоциативы.
Обширное помещение, созданное стенами, было заполнено десятками в корне отличных друг от друга форм жизни, причем каждая решала свою жизненную задачу. От такого количества совершенно непохожих форм и цветов у Эвана захватило дух. Это был рай для ксенобиолога. Эже вел его через эту суетящуюся массу к какой-то определенной цели.
Каждое из существ отличалось от своего соседа, так же, как и от Эвана. Каждое было специализировано на обеспечении какой-то службы для всей Ассоциативы. Все были, как уверял Эже, на самом деле индивидуальны, хотя некоторые были более независимы, чем другие. Стены, например, сходили с ума, если их надолго лишали общества других стен, так же вели себя проводы, длинные коричневые трубчатые формы, связанные друг с другом короткими щупальцами, вся работа которых заключалась в сбросе избыточной дождевой воды из Ассоциативы.
Высоко над сообществом поднимались крутые зеркальные поверхности, составленные из тонких полированных тел, называемых блесками. Их работой было следить за ходом солнца по небу и отражать насколько возможно его жизнетворную энергию на своих товарищей-ассоциатов внизу.
Они направлялись к низкому бугру, возвышавшемуся в центре Ассоциативы. Его сначала вычерпали внутри собиратели, а потом, как объяснил Эже, наполнили редкими землями и минералами, необходимыми для поддержания хорошего здоровья силикатов. Процессоры обрабатывали эти ценные вещества по мере их необходимости для сообщества, восстанавливая и очищая их в своих прочных и многочисленных пищеварительных каналах.
Некоторые с любопытством окликали Эже. Каким-то он отвечал, каких-то игнорировал. Он объяснил, что стены были любопытны, но глупы, а процессоры ничем кроме своей работы не интересовались.
Они прошли мимо существа, которое возвышалось над самой высокой из стен сообщества. Оно состояло из спиральной раковины почти в десять метров ростом, которая заканчивалась короной, составленной из нескольких дюжин изумительно изогнутых силикатных выступов. Эван не видел у этого существа рук, но его основание было окаймлено дюжинами ног.
— Говорун, — коротко заметил Эже, а потом объяснил, что такие живые коммуникаторы обеспечивали членам Ассоциативы возможность всегда находиться в контакте, даже будучи на значительном расстоянии друг от друга.
— Подвижные релейные станции, — пробормотал Эван.
— Я не знаю, что это такое. Говоруны говорят, вот и все.
Эван наблюдал, как сканеры карабкались вверх и вниз по стенам и говорунам, чтобы изучить то, что делалось снаружи вокруг Ассоциативы.
Они почти целиком состояли из огромных множественных линз, укрепленных на коротких неприглядных телах. Силикатные щупальца позволяли им лазать по абсолютно гладким поверхностям. Сканеры, как объяснил Эже, стараются всегда оставаться поблизости от говорунов, на случай, если около Ассоциативы появится какая-нибудь опасность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
