Читаем без скачивания Отстойник - Сергей Чичин

— А мне задание? — насторожилась Айрин.

— Покажи сиськи.

— Лучше я тоже без сознания.

— Или так, но впредь прошу приказы выполнять не обсуждая.

— Хорошо, но впредь прошу не распространять приказы на части моего тела. Приказы должны касаться только мозга.

— Ладно. Покажи мозг.

— Да пошел ты, командир хренов.

У нее все к этому сводится с завидной регулярностью. Пойду, чего уж. Все сейчас пойдем.

Карта растворилась в глухом мраке портальной глади, и Чарли зашелся истерическим верещанием, поняв, что до дома придется добираться на перекладных, включая, возможно, автобус и даже попутки. А кому легко?

— Мик, вперед. Далеко не уходи, зачисти плацдарм, если будет надо.

— Как скажешь. Эл, старик, будешь в наших краях — заглядывай, по пивку врежем.

— Полагаю, увидимся, — ухмыльнулся Эл. — Не за пивом, так на каком-нибудь разрыве.

— Джеронимо! — гаркнул фон и шустро скакнул в портал.

Так вот как это выглядит. Так и выглядит — никак как-то. Словно скрылся в затененном дверном проеме.

— Фирзи, пошел.

— Благоволи называть меня полным именем, человек!

Ушел. Благоволю ли я? Скорее уж урежем его в воспитательных целях до Фи, чтоб нюх начал пробиваться.

— Ты, э… как тебя. Чарли на лафете. Давайте, ваша очередь.

— Мейсон, ты за это ответишь, я на тебя натравлю дядюшку Ло…

Рыжий сознательно порхнул в раму, словно и не волок на себе извивающегося офицера. До чего правильный чувак. Надо ему присвоить внеочередное звание. Поскольку я, не будучи кадровым офицером, не имею права разбрасываться армейскими чинами, переведем его из чуваков в перцы. Такими темпами он быстро дослужится до йети, то есть «йетить твою мать, смотри, какая здоровенная волосатая фигня побежала».

— Айрин. Что надо сказать дяде Хранителю?

— Будешь проходить мимо — проходи мимо!

— Счастливого пути, — растроганно пожелал Эл. — Извините за руку… и болото… и Цитадель… и стазис…

— До утра будет перечислять, — пояснил я Айрин. — Вали уже.

Свалила. Остался я один с Хранителем. Самое время пожаловаться на недомогание.

— Эл, пока я не ушел. Помнишь, меня глючило на подходе к Цитадели? Так вот оно и позже случалось. Это раздражает.

— О, там этого не будет. Это… У вас там есть радио, которое ловит сигналы. Ваши приступы беспокойства того же происхождения — каждый раз вы улавливаете какое-то возмущение магических волн, которое ваш мозг не может трактовать и потому преобразует в приступ страха. В вашем мире этого быть не может в силу слабости волшебной энергетики… разве что вблизи разрывов.

— То есть это не вредно?

— Напротив, это редкий дар, который у нас очень ценится.

— Врешь, поди?

— Вообще-то да. Даром никому не нужно такое умение, кому надо — тот эфир слушает не талантом, а навыком. Будьте счастливы, что такой безвредный талант достался, а то и похуже бывает: у кого голова взорвется, кто с ума сойдет, а еще помню одного, который все время писался.

Вот уж такого бы счастья нам и вправду не надо.

— Ладно, Эл. Пойду я, пока мои ребята там никакое правительство не свергли под горячую руку. Извини за эту… катавасию. Я ж понимаю, мы не только ожидание обманули, но и работки подкинули.

— Ну по крайней мере, не останусь без дела ближайшие века. — Эл улыбнулся от уха до уха. — Мистер Мейсон, мне обижаться не свойственно. Если бы все, что мы себе намечаем, проходило без сучка и задоринки, мы бы давно выродились в беспомощных слабаков, вяло гоняющих по полю безответные шарики своих пожеланий. Всегда приятно иметь дело с тем, кто способен сам решить что-то для себя и не гнуться, когда ему не надо.

— То есть, когда решетка опять поистощится, мы заскочим за следующей подзарядкой?

— К счастью, есть основания надеяться, что ни при вашей, ни при моей жизни этого не случится. Но если вдруг — не забудьте пушку побольше, кто знает, куда к тому времени загнутся наши Устои.

Эл махнул напоследок рукой, и я шагнул в портал, на ходу оправляя на животе пулемет. Да я и сам задумывался над идеей взять пушку побольше. Теперь, когда обзавелся штатным подносчиком боеприпасов и ТТХ бронетранспортера, можно подумать и об этом.

Прощай, Отстойник. Был ты не самым гостеприимным краем, но видали мы и похуже. И, похоже, еще увидим, причем далеко не путешествуя. Будем перенимать патентованный оптимизм местных Хранителей как необходимый элемент боевой подготовки бойцов за безнадежное дело.

А что это у нас никак чернота не размыкается? Не заплутал ли я ненароком?

Тут я наконец прибыл, и дальше пошла уже совсем новая история.

ЭПИЛОГ

— … мать! Компас хоть есть у кого-нибудь?! В какую тут сторону Калифорния?! Пусти меня, волосатый мешок дерьма!..

Вот и приехал. А чего так темно? Так разве бывает? Ах да, тут бывает, тут случаются и ночи. Всего ничего отсутствовал, а уже совсем отвык. Я вообще-то неплохо вижу в темноте, но тут глаза совсем от нее отвыкли — стало хоть глаз выколи.

— Попрошу всех молчать.

— Мейсон, гад ты зловредный, я тебя…

— Скрутите ему звук, будьте добры.

Бац!

— Мик, я имел в виду кляп вставить или что-то такое.

— Впредь буду знать. Вставить теперь?

— Думаешь, он не понял?

— Думаю, он теперь до-олго ничего не поймет.

— Фантастика. Айрин, отметь заслуги Мика перед отчизной.

Бац!

— Йой. А еще девушкой прикидываешься!

— Да что с вами, люди? Айрин, это был приказ, как договаривались, из серии на мозг.

— Отменяется. Мозг мне жалко на ваши приказы расходовать.

— Тогда покажи сиськи.

Шурх.

— Доволен?

— Вот черт. Отменить, повторить при свете.

— Ужас какой. Какого же размера ваши дети, что с таким справляются?

— Ай! Ты что, в темноте видишь?

— Конечно, я же эльф.

Бац!

— Йой! За что опять меня?

— Не могу же я его?! Он умрет.

— Услышу еще один «бац» — брошу вас всех тут. Возьму одного рыжего.

Шмяк.

— Если это тот «шмяк», что я думаю, то и рыжего не возьму. Чарли, конечно, тот еще фрукт, но бросать своих у нас не модно.

— Мейсон, куда ты нас высыпал?

— Я только билеты заказал, не уверен, что они нас именно туда доставили. Надо бы осмотреться. Почему так темно-то? Звезды отменили? Мик, ты что-то про звезды вешал — упали, как смородина? Кто-нибудь видел, как смородина падает?

— Как смоковница. Думаю, это в переносном смысле. А тут их не видно, потому что мы в пещере какой-то, что ли.

— Ну разумеется, мы в пещере. Вы же не думаете, что порталы размещают на открытом месте, чтобы любой желающий мог воспользоваться?

— Как ты сам-то считаешь — думают ли боевые особи?..

— И правда, вам вредно. Двое бойцовых, один здоровенный недотепа, один… этого можно не считать, даже когда он в сознании, и одна женщина… бррр, если так вы это называете. Похоже, думать за всех мне.

— Мейсон, можно еще один «бац»?

— Лучше покажи ему еще раз это самое, что его так впечатлило.

— Нет уж, пусть лучше ударит! Поболит и пройдет, а нервные клетки восстанавливаются очень медленно даже у нас, эльфов.

— А ты, пока цел, нашел бы выход из пещеры.

— Я бы рад, но выхода нет.

— Совсем никакого?

— Пещера круглая, примерно три моих роста в радиусе. Немного выше головы вашего хосса. У тебя за спиной портал, уже стабилизировавшийся. Больше ничего примечательного не вижу.

— А почему мы еще не задохнулись?

— В самом деле, откуда-то должен поступать воздух. Попробуйте его поймать.

— Мейсон, мне это не нравится. — Ух ты, неужели даже фон способен нервничать? — Насколько мне известно, в подобном антураже пал Маблунг Тяжелорукий, не отдав Наугламира.

— Кто таков?

— Без понятия, но рука у меня тоже дай бог, в этом смысле аналогии нерадостные.

Хрясь!

Это уже не битье по податливой тушке человека. Это бульдозерной мощности напас в карстовую стенку. Судя по безмолвности, это наш рыжий вступил в распасовку. Вдруг у него клаустрофобия? Вдруг у него вообще полная медкарта противопоказаний и никаких прививок от ветрянки, оспы, сифилиса и общего офонарения? Как-то я неразумно на его счет поступил, импульсивно и опрометчиво.

Хрясть!

Нет, нормально поступил, можно дышать. Даже приятно стало, поскольку в лицо пахнуло свежайшим воздухом с ночного озера. Обнаружились звезды, высокие и мелкие, как им и положено быть в здешних широтах, правда, когда я был здесь в последний раз, их определенно было намного больше. Общая чернота сменилась глубокой синевой неба, подсвеченного багровым маревом по горизонту. О, да и не только по горизонту… сама луна висит над головой перезрелым томатом. Сделалась как кровь, согласно пророчеству. То ли Иоанн крови не видал, то ли помидоров — иначе описывал бы поточнее.