Из Свердловска приехала внучка, продала дом и имущество.
Мой папа посадил возле могил дорогих людей куст сирени. Она и сейчас цветет там каждую весну, рядом – несколько берез. К сожалению, исчез металлический крест, от него остались только металлические штыри, но сама могила чудом сохранилась. Тюменцы и не подозревают, что совсем рядом покоятся люди, столь много сделавшие для города. Не пора ли воздать должное их памяти?». В самом деле, почему бы не соорудить мемориальные доски на всех домах, воздвигнутых К.П. Чакиным, в том числе и на тех, где он проживал? Надо обиходить могилу, для начала установить хотя бы табличку «Могила посещается», как это делается в других городах, принять захоронение на госохрану, внести необходимые изменения в административное распоряжение о ликвидации кладбища. Нуждаются в обновлении и реставрации чакинские дома. Так, бывшее ремесленное училище А.И. Текутьева (теперь – географический факультет университета) когда-то имело на центральном ризалите накладной текст «Имени А.И. Текутьева», входное крыльцо с запоминающимся козырьком из кованого железа и с надписью «ТРУ–АИТ–1911»(«Тюменское ремесленное училище А.И. Текутьева, 1911 г.»). Все это утрачено, но восстановить первоначальный облик здания обойдется недорого. Дело за инициативой городских архитекторов, если они всерьез считают себя преемниками добрых традиций. Их долг – облагородить и могилу К.П. Чакина.
Хотелось бы выразить благодарность Тюменскому облархиву и его Тобольскому филиалу за оказанную помощь в поисках материала о К.П. Чакине. Я признателен старейшему жителю Тюмени Садырину Михаилу Александровичу, который, несмотря на преклонный возраст, помог мне найти чакинские дома. Как рассказывал М.А. Садырин, в 1916 году он закончил Александровское реальное училище вместе с сыном К.П. Чакина. Часто бывал у них в доме. В советское время сын, Павел Константинович, работал в Свердловске банковским служащим, отличался веселым и общительным характером. Был женат на дочери британского подданного Джонсона, дом которого напротив театра кукол сохранился до сих пор. Дети и внуки Павла Константиновича Чакина проживают в Екатеринбурге.
Многое в судьбе замечательного тюменского архитектора К.П. Чакина осталось для меня белым пятном, особенно за период с 1920 по 1941 год. Не все его сооружения выявлены. Так, привлеченный к строительству железной дороги Тюмень – Омск в 1911 – 1913 годах, К.П. Чакин ярко проявил себя в проектировании станционных построек. Кое-какие из них удалось разыскать. Есть основания полагать, что их значительно больше, в том числе на протяжении железной дороги по территории Омской области. Нет уверенности, что и в Тюмени все найдено.
УБИЛ КРАСОТУ «ОКЕАН»
В исторической части областного центра с каждым годом становится все меньше и меньше старинных зданий и сооружений, создававших неповторимый облик первого русского города в Сибири. Многие кварталы, находящиеся, к примеру, между улицами Ленина и Республики, Володарского и Герцена. еще каких-то 25 – 35 лет назад выглядели во многом иначе, сохраняя былую красоту. Теперь они производят впечатление одного из югославских городов после артиллерийско-минометного выяснения межнациональных отношений: пожарища, развалины, запустение, разруха, заброшенность и одичание.
О том, что навсегда утрачено и что составляет лишь малую часть потерянного, и пойдет речь ниже.
В конце двадцатых годов исчез старый Благовещенский собор. О соборе много, эмоционально и с горечью писали в местной печати. Не повторяя сказанного, хочу лишь напомнить читателям, что потеряли культура, город и мы вместе с вами. Можно много спорить о том, была ли возможность сохранить собор даже при желании властей: река Тура не пощадила многие дома и улицы города, а не только собор. Несомненно одно: заинтересованности не было, скорее, наоборот, царило злорадство, когда собор на краю обрыва отсчитывал свои последние дни.
А вот перекресток улиц Первомайской и Республики (илл. 160). Когда-то здесь стояли торговые ряды, часовенка, каменные ворота с аркой и Единоверческая церковь – уголок, бывший подлинным украшением города на протяжении многих десятилетий. И что же осталось? Да ничего! Все снесено ради многоэтажной коробки «Океана» да безобразного пустыря-ямы, поросшей бурьяном, лишь недавно засыпанной землей и покрытой асфальтом. Еще в шестидесятые годы здесь стоял уютный ресторан «Сибирь», взорванный в середине июля 1972 года. А теперь на его месте красуются многочисленные ларьки«комки».
Хочется сказать еще об одном здании. Это бывшее сиропитательное заведение на перекрестке улиц Республики и Орджоникидзе, ранее – один из корпусов медицинского института, а сейчас бесхозное. Когда-то в давние времена оно замыкало улицу. Посмотрите (илл. 171), каким был дом в начале века и сравните, какой он сейчас. Огромная разница. Когда-то часть здания занимала церковь. Вместо шести головок с крестами и двух куполов на крыше остались лишь безобразные тумбы, а второй купол вообще исчез. Неужто хотя бы это здание, чудом выжившее, мы не сохраним и не восстановим его первоначальный облик? Или, может, безропотно будем ждать времени, когда сооружение памятной доски с текстом: «Здесь была старая Тюмень...» на территории исторической части города станет единственным напоминанием о тюменской старине?
«ПОБЕДА» НА ПРИСТАНСКОЙ
Есть в Тюмени необычная улица. По счастливому стечению обстоятельств ее название, несмотря на вихрь переименований и беспамятства в первые послереволюционные годы, осталось неизменным до наших дней. Как и сто, и сто пятьдесят лет назад она именуется Пристанской. Это одна из самых коротких улиц города – чуть больше трех кварталов. Когда-то, упираясь в речные причалы, откуда она и получила свое название, Пристанская была самой оживленной улицей. Через нее шли транспортные перевозки, интенсивный поток речных и железнодорожных пассажиров.
Улица уникальна и в другом отношении. Во всех городах, стоящих у реки, отсчет номеров домов ведется, как правило от берега. У Пристанской все наоборот – от города к реке. Создается впечатление, что ее первоначальные устроители сделали все от них зависящее, чтобы впредь никому не пришло бы в голову удлинять или перепланировать улицу. И это им вполне удалось
История улицы весьма интересна. Достаточно упомянуть лишь один малоизвестный факт: с Пристанской началось мощение тюменских магистралей. До сих пор на крутом спуске неподалеку от здания станции Тура после летнего ливня можно видать вымытую водой из-под асфальта
