Устройство Гоминьдана Сунь Ятсен мыслил, как мы помним, как партии «ленинского типа». В одном из партийных документов было записано, что «организационным принципом Гоминьдана является демократический централизм». Президент партии наделялся по существу диктаторскими полномочиями.
Уже на этом конгрессе правые круги Гоминьдана выступили против сотрудничества с коммунистами, но Сунь Ятсен своим авторитетом сумел отвергнуть это требование.
Правильность курса на создание собственной революционной армии вскоре подтвердилась. Правительство Сунь Ятсена, испытывая большие финансовые трудности, вынуждено было обложить дополнительными налогами богатую гуанчжоускую буржуазию, тесно связанную с английскими предпринимателями. В ответ та, располагая собственной вооруженной милицией, устроила «мятеж бумажных тигров», как окрестили его впоследствии. Выступление было быстро подавлено: план операции составили советские военные специалисты, а основной ударной силой были курсанты школы Ванпу, рабочие отряды и артиллерийские части. Общее командование осуществлял Чан Кайши – тогда уже становившийся харизматическим лидером.
Затем настал черед более масштабного военного мероприятия – Первого Восточного похода. Он был направлен против основного на тот момент недруга революционного правительства – милитариста Чэнь Цзюньмина. Успешно проведенный, он позволил расширить территорию революционной базы Гоминьдана в Гуандуне.
Был достигнут и первый «международный» успех. Гоминьдановское правительство поддержало забастовку китайских рабочих на территории англо-французской концессии в Шамяне (районе Гуанчжоу), координируя при этом свои действия с проявившими пролетарскую солидарность рабочими организациями Гуанчжоу. Власти концессии вынуждены были пойти навстречу требованиям забастовщиков.
В Гуандуне стали образовываться крестьянские союзы, с инициативой создания которых выступили коммунисты, работающие в крестьянском отделе ЦИК Гоминьдана. Союзы ставили перед собой задачи снижения арендной платы и налогов, а также организации отрядов самообороны.
В январе 1925 г. в Шанхае состоялся IV съезд КПК. В партии насчитывалось тогда 1 тысяча человек – может показаться, что это совсем немного, но это была боевая революционная организация, а увеличение ее рядов шло в геометрической прогрессии.
В решениях съезда особо подчеркивалась необходимость активизации работы среди пролетариата – как то и подобало марксистской партии. В то же время успех в деле создания крестьянских союзов в Гуандуне заставил уделить большое внимание и аграрному вопросу. Прежние решения были дополнены постановлением о необходимости «вести борьбу с тухао и лешэнь». Эти термины часто переводятся как «помещики» и «кулаки», примерно так же трактовались они иногда и китайскими бойцами идеологического фронта. Хотя помещики в нашем понимании, т. е. феодалы, путем насильственного принуждения эксплуатирующие крестьян, существовали в Поднебесной только в древние времена. Тухао – это скорее крупные землевладельцы, сами не занимающиеся трудом на земле: шэньши, традиционно занимающие посты в местной администрации, верхушка кланов – «сильные дома», своего рода местная знать, горожане – чиновники, торговцы, ростовщики и прочие буржуа. Все они держали на своей земле батраков и арендаторов (иногда субарендаторов). Лешэнь тоже следует трактовать как кулаков с осторожностью – учитывая клановый характер китайской общины, не размытый и в ХХ веке. Или наличие значительного числа безземельных потомков более поздних пришельцев (переселенцев) в данную местность (на Юге это хорошо знакомые нам по тайпинскому восстанию хакка) – они в значительной своей части были батраками и арендаторами. В глазах революционных преобразователей деревни использующие их труд крестьяне (в т. ч. середняки, а то и бедняки, испытывающие иногда потребность в сезонных рабочих) обретали черты мироедов – «лиц, использующих наемный труд».
Пока лозунг борьбы с тухао и лешэнь не мог иметь значимых реальных последствий, но уже очень скоро исходящая от него линия в аграрной политике КПК приведет к многим несправедливостям и кровопролитию.
Впрочем, левацкая линия в КПК по разным вопросам обозначилась уже тогда. Так, генеральный секретарь партии Чэнь Дусю и некоторые другие руководящие товарищи, в их числе Мао Цзэдун, настаивали на фактическом выходе из структур Гоминьдана – партии несравненно более массовой, пользующейся поддержкой широких слоев населения. Такого решения принято не было – большинство делегатов понимало, что такая акция значительно снизит эффективность совместных действий в рамках широкого фронта и лишит КПК многих возможностей для работы в массах.
31 мая 1924 г. пекинское правительство подписало с Советским Союзом «Соглашение об общих принципах урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой». Между странами устанавливались дипломатические отношения, СССР отказывался от привилегий, которых добилась царская Россия от цинского Китая после подавления восстания ихэтуаней. «Китайская восточная железная дорога» – КВЖД, под которой прежде подразумевалась прежде всего находящаяся под российским управлением территория, по которой она проходила, превращалась в «чисто коммерческое предприятие», действующее на паритетных основах. Так Россия стала первой великой державой, с которой Китай заключил полностью равноправное соглашение.
Столица государства – Пекин постоянно находился в центре борьбы милитаристов. Между группировками, контролировавшими северо-восточные провинции Китая, периодически вспыхивали полномасштабные войны, победители в которых претендовали на формирование правительства – того, которое представляло Китай на международной арене.
Осенью 1924 г. сложилась ситуация, когда большого успеха добились войска одного из чжилийских (по названию столичной провинции Чжили) генералов Фэн Юйсяна, заявившего о своей поддержке Сунь Ятсена и Гоминьдана. Он легализовал также на своей территории деятельность коммунистов, установил тесные отношения с Советским Союзом и стал получать от него военную помощь.
Фэн Юйсян, наряду с представителями некоторых других группировок, вошел в состав пекинского правительства. В создавшейся ситуации глава правительства генерал Дуань Цижуй предложил руководителям всех ведущих политических сил страны собраться на объединительную конференцию. Приглашение было направлено и Сунь Ятсену.
Сунь Ятсен, готовившийся уже возглавить военный поход на Север, ответил согласием и отправился туда с мирной миссией – в сопровождении жены Сун Цинлин, руководителей Гоминьдана и своего политического советника Бородина. Поездка затянулась надолго, приняв агитационный характер: «отец китайской революции» собирал повсюду огромные митинги, на которых призывал к единению, к созданию сильного, независимого, построенного на началах справедливости Китая. Но 12 марта 1925 г. путешествие было прервано: великий сын китайского народа Сунь Ятсен скончался. Он был давно и тяжело болен, но мужественно не подавал вида.
Объединительной конференции в Пекине не получилось, более того, продолжились милитаристские войны. В то же время росла организованность рабочего и крестьянского движения, усиливалось стремление к национальному единству. И все более мощной становилась революционная база в Гуандуне. Назревало внутриполитическое обострение на новом уровне.
Национальная революция 1925–1927 гг.
Забастовочное движение в приморских городах принимало все более выраженный политический характер. Так, во время стачек на японских текстильных фабриках в Шанхае и Циндао, непосредственным поводом для которых послужило тяжелое положение рабочих, вскоре были выдвинуты общенациональные лозунги, содержащие протест против захвата Японией части китайской территории. В Шанхае забастовщиков поддержали студенты.
Рост численности и влияния китайских профсоюзов позволил коммунистам в мае 1925 г. провести в Гуанчжоу II съезд профсоюзов, на котором была образована Всекитайская федерация профсоюзов (ВФП), объединившая 540 тысяч работников.
30 мая 1925 г. в Шанхае британская полиция международного сеттльмента (не подлежащего юрисдикции китайских властей района города) расстреляла демонстрацию китайских студентов, проходившую под антиимпериалистическими лозунгами. В ответ уже на следующий день по инициативе коммунистов был создан Генеральный совет шанхайских профсоюзов, председателем которого стал один из руководителей КПК Ли Лисань. Начались забастовки, в ходе которых были созданы профсоюзные организации на японских и английских предприятиях. В начале июня бастовало около 130 тысяч рабочих. Коммунисты пользовались большим влиянием и в городском Объединенном союзе студентов. Объединенный союз торговцев различных улиц поддержал забастовщиков не только материально, но и действием: участием в демонстрациях, организацией бойкота иностранных товаров, закрытием лавок. 7 июня был создан Объединенный комитет рабочих, торговцев и студентов – фактически складывался единый фронт.
