некроманта, назад дороги уже не будет, тот продолжал верить, что у него достанет сил и воли, чтобы не обратиться в бессмертного. Помимо этого, мастер сообщил о том, что уничтожил ещё два ока беломагов и убил двоих лазутчиков. Как бы старательно ни пытались эти неумехи скрыть истинные мотивы, почему они ошиваются тут, всё же прочесть их мысли не составило труда. И, окончательно удостоверившись в том, что эти двое пришли сюда не для того, чтобы попробовать познать тёмные силы, а для того, чтобы вызнать секреты чернокнижников, он их предал смерти, а после тут же воскресил в обличии двух менгов. Два белых мага, сверкая зелёным блеском магии смерти, что пылает в их глазах, уставились в пустоту, готовые исполнять любые приказания своего господина Властиса. Также мастер сообщил, что белая башня до сих пор думает, будто бы Зорагалдиум — дело рук чёрной башни. Они считают, что это — некое секретное оружие, способное стереть всё живое в этом мире, лишь бы освободить этот мир от жизни и завладеть им. Да, это было очень похоже на беломагов с их стремлением к господству и управлению всем и всеми. Но трое мастеров сошлись на том, чтоб не обращать на это внимание. Пусть нерадивые думаю, что хотят. Главное, лишь бы это не помешало их стремлению к тёмному величию. Если вдруг случится так, что паранойя светлых чародеев перейдёт границы, так что они станут мешать некромантам развиваться, тогда они покажут всю мощь магии смерти, наслав на них орды бессмертных. Благо, Форманис оказал благосклонность некромантам, позволив прикоснуться к его могуществу и почерпнуть у него знания, к которым они стремились бы сотни корлов.
На следующий корл Корлаг повторил опыт с обучением у лича. Только теперь он сделал иначе. Для этого он призвал в залы для ритуалов всех мастеров, учителей, а также Лукрецию и Лукаса. Он решил пожертвовать одним из менгов, чтобы призвать Форманиса прямиком сюда, в чёрную башню. Руководил этим процессом Властис. Бывший чародей белой башни был помещён в центр магической спирали, а все остальные находились за её пределами. Мастер ритуалов начал очередные долгие и непонятные манипуляции. Сколько бы Лукреция и Лукас ни пытались вникать в это, но всё происходило очень быстро. Не успевали они сосредоточиться на одном магическом потоке, чтобы понять, чего хочет достигнуть Властис с его помощью, как тут же вливался другой, и назначение менялось. В конце концов, они запутались и просто стали смотреть, чем всё это закончится. А после того, как чародей прекратил свои действия, бессмертный, который стоял в центре и смотрел строго перед собой, вдруг задвигался, будто бы обретает собственное сознание и перестаёт зависеть от хозяина. Но только вот всё это, и в самом деле, было так. Хоть в центре спирали так и продолжал стоять менг, но разум в этом существе был от зоралиста. Снова в голове брата и сестры зазвучал его жуткий голосище. Он рассказывал о том же, что раньше, однако теперь, накладываясь на то, что было уже сказано, эти знания привносили нечто новое. В них укоренялось то, что они узнали при предыдущей встрече. Снова от этих слов они наполнились тьмой и силой смерти, так что их тела сейчас полыхали от переполняющегося могущества. Да, таковым было слово лича. Что бы тогда было, если бы они взглянули на него? Или вообще прикоснулись бы? Это позволяет ещё сильнее понять, насколько они должны были стать совершенными, чтобы не умереть от его истинного присутствия.
И вот с таким багажом знаний, который они почерпнули у Форманиса во второй раз, продвигаться по боевому мастерству стало гораздо легче. На следующий корл Лукреция и Лукас закончили познание наложения чар на свои косы. И теперь, мало того, что близнецы умели прекрасно владеть этим оружием, так ещё, как и мастера-косари, им не нужно было даже поражать цель своими лезвиями. Некроплазма, что срывалась с поверхности кос, разила всё на своём пути. И это было великим сдвигом. Они вновь стали ходить в походы с мастером Киланом и сражались в первых рядах с хищными зверями. Учитель каждый раз хвалил их и не давал никаких советов. Но, несмотря на это, с каждой такой вылазкой брат с сестрой ощущали, как укрепляется их навык. Не зря они в детстве читали такие строки: «Хочешь познать новое — проявляй инициативу. Хочешь познать старое — прилагай энтузиазм. Но и в том, и в другом случае прилагай усердие». Усердно занимаясь делом, которое они, казалось бы, уже познали, двое учеников каждый раз открывали для себя что-то новое. Не боясь проводить эксперименты и рассматривая старые грани под новым углом, они всегда делали какие-то открытия. Каждый раз. Это новое накладывалось на старое и уже изученное, после чего получалось нечто феноменальное. Изученные приёмы становились ещё более изученными, так что приходилось упражняться с ними, чтобы закрепить до уровня рефлекса. Так пролетело ещё несколько корлов. Не пропустив ни одного похода, организованного Киланом, Лукреция и Лукас закрепили свои навыки настолько, что сражения с дикими животными перестали приносить нужный эффект. Они жаждали бросить вызов более сильным противникам. Килан согласился устроить поход для более продвинутых учеников в пустоши Ахкалла. И вечером следующего толнора он, Лукреция, Лукас и ещё трое некромантов вышли из главных врат и повернули на запад.
Сражаясь с хищниками близ Могильного леса, брат с сестрой научились думать, как один, так что они легко могли обмениваться силой. Их мысли были одним целым, и даже шагали они в такт. Сейчас они пытались скапливать всю мощь некроплазмы в своих телах, как этому обучал Форманис, чтобы чувствовать её очень точно и быть готовыми использовать даже самую мельчайшую частичку самым эффективным образом. Но не успели они как следует приступить к этому, как на горизонте показалась первая тень. Здесь, на окраине пустоши, обитают не самые сильные представители слуг Мората. Поэтому им сейчас повстречался не опасный вид тёмного существа, который даже не обращал на них внимания. Чародеи обратились к Килану, и тот дал некоторые советы, как нужно начинать атаку. Никто из чернокнижников никогда не изучал этих тёмных существ, ведь некромантия не позволяет их порабощать и делать из них слуг. Поэтому, собрав те крупицы сведений, которыми обладают все некроманты, Килан сказал, чтобы они не выказывали вражды, как явной, так и внутренней (хотя Лукас и Лукреция уже слишком отдалились от жизни, из-за чего внутренней вражды в них нет). После приближения они должны в один миг
