есть моя особенность. Не множественные сознания в одном котелке, ведь это любой может. Мой магазин личностей не конфликтует с основным сознанием. И только поэтому у меня может быть неограниченное количество своих я.
— Если он вызвал нас, значит остался при своём уме. Не находишь?
— Так-то оно так, но есть нюанс. Найкрас, тот который наш, не мог создать столь продвинутую систему. Она хоть и кажется хаотичной, но в ней предусмотрено всё. И когда я говорю всё, это значит, что мне не удалось найти огрехи в его замысле.
— Это же хорошо, нет? И опять же, тебе больше нет нужды его ругать, раз он обладает всеми твоими знаниями.
— Не моими. Он знает вообще всё. Абсолютно любая информация из симуляции, будь то вселенская тайна или замороженная в сантиметре от суши во льдах Антарктиды рыбка.
— Понимаю. Вот же он душинилой будет когда собственное тело сообразит…
— Тебя только это беспокоит?
— А что должно тревожить?
— Мы, включая меня будем для него бесконечно тупыми и скучными.
— Ну тебе же с нами не скучно?
— Не забывай. Я собака. У меня ещё остались инстинкты. Я без социализации не смогу жить. А он, напротив, одиночка. И вспоминая все, что происходило с нами, это доказывает его как интроверта. Лицемерного, но интроверта.
— Есть такое… Но думаю всё будет хорошо. — Халита неуверенно улыбнулась. И я понимал её сомнения. То, чем я являюсь сейчас, далеко от обычного разумного.
— Как Шети восприняла новую реальность? — решил Смайл перевести тему.
— У неё нет наших воспоминаний, так что плохо. Но ничего, справиться. А зачем ты хочешь всех видеть завтра?
— Скажу куда полетим. Я выбрал пиратское объединение с которыми мы и будем торговать.
— А зачем? У нас же есть всё необходимое и тут.
— Если ты не знала, у нас на исходе сырьё для кормушки. А когда нечего будет жрать, нам станет не до смеха.
— Ясно. Без боя, полагаю, не обойтись?
— К сожалению, кукушка в наших котелках едет крышей когда дело касается посторонних. Между нами, между сородичами, мы спокойные, а вот когда есть прямой контакт с кем-то другим, нами движет безумие. — казалось, Смайлу такое вмешательство в личность было не по душе. Увы, с этим ничего не поделать. Даже я не знал как на них отразиться влияние моего разума и чего там говорить, они ещё легко отделались.
— Ничего, привыкнем. Пираты же ещё живы и их не только не убили, но даже не побили.
— Ну, это пока… Эх, ладно… — Смайл встал. — Общайтесь тут, а я пойду посплю. Пусть сон нам и не нужен, но он, сам по себе незаменим. Не забудь про собрание. — Халита кивнула, а подгалянец побрёл к себе.
Спустя несколько часов практически все на станции спали. Ну и пираты. Их уже клонило в сон, но они собрались в столовой на ужин. Каюты им выделили и каждый мечтал о сне, и всё же нужно было обстоятельно поговорить перед следующем днём.
— Ну что скажете, господа? — спросил двух других капитан, положив перед ними бластер. Он, как и остальные смотрели на это оружие, словно на бесполезную и главное, безобидную игрушку. — Как будем выкручиваться?
— А надо ли? — с сомнением спросил другой.
— Нужно… В лучшем случае нас бросят на какой-нибудь планете. Не думаю, что мы можем рассчитывать на большее. Про корабль можно забыть, он потерян, а вместе с ним и доход.
— И что ты предлагаешь? Мы им не противники. Любой из этих монстров разберётся с нами с закрытыми глазами. Причём, буквально!
— Вот что. — заявил капитан. — Воевать с ними самоубийство. Угнать птичку мы тоже не в состоянии. Нужно им предложить сделку. Что-то соразмерное нашим жизням и кораблю.
— И что ты предлагаешь? Из нас могут вытянуть любую информацию. — один из пиратов вспомнил пытки и его передёрнуло. — Все наши схроны, доступ к ним, они, если захотят, узнают сами. А ещё этот белый, кажется, псайкер. Он умеет читать мысли. Нам нечего им предложить… — на лице пирата отразилась обречённость.
— Вот тут ты ошибаешься. Насколько я понял они оцифрованные в модифицированных экспериментальных телах. Не знаю кто это придумал, но он проводит какое-то исследование. Они сильны и им не нужны деньги. Ещё и сильны ка черти. Я даже не могу понять их силу. Будто начинающие оруженосцы. Понимаете? — капитана затрясло от одних мыслей с кем они имеют дело. Как детей обитаемых миров пугают пиратами, так и пираты в ужасе от самых слабых бойцов самого вшивого ордена.
— Да уж. Это точно. Так и что ты предлагаешь? Нам нечего им предложить. Они всё могут забрать сами. У меня нет идей.
— У меня тоже. Толку, если они мысли читают? — поддакнул второй пират.
— Им понадобятся связные. На имперские станции им путь заказан, их там сразу повяжут и придёт не армия, а уже ордена. А это не им, ни нам ничем хорошим не выйдет. Но даже так им необходимо пополнять припасы. Эта станция, конечно, хороша, но не автономна.
— Погоди. Мы поняли, что они не дураки, но с чего ты взял, что они полетят к кому-то из наших?
— Потому, что ближайшее логово, территориально удачнее всего. А мы там свои. Наиболее безболезненно для них воспользоваться нашими связями.
— И что дальше? Подобьём наших?
— Идиот? Повторюсь, каждый из них, на уровне крепкого ратника, а та баба и вовсе может потягаться с лордом-рыцарем. Поэтому, всё, на что мы можем надеяться, это обменять нашу свободу на нажитые связи. Никаких хитростей. Это не наша лига… — заявил капитан пиратов и все, мрачно смотревшие на него, отвели взгляд. Он был во всём прав.
Пираты понимали, они, спасая собственные шкуры, приведут в логово собратьев по ремеслу сущих монстров.
Глава 10
— Ну привет. — произнёс Смайл приветствуя новые лица. Протектор и Токаро пополнили экипаж станции, увидев, что помимо основных, на собрание пришли и они.
Протектор, а ныне Гуард, стоило ему войти в зал управления бегал глазами по всем моим подопечным в поисках, возможно, меня. Но не находил, хотя с момента появления на станции ему говорили, что у меня пока нет тела. Он в это не верил.
Новоприбывшим побои пошли на пользу. Они все быстро ознакомились со своими возможностями и осознали собственный потенциал. А еще им провели инструктаж, объясняя, с чем придётся столкнуться. Все поняли одно. Легко не будет.
— Итак. Сразу перейду к делу. Планы изменились. — сказав это он указал на пиратов. — Вот эти господа, местные головорезы, они
