и я обязан своей жизнью принцу Дэниэлю. Я должен предупредить вас. Сэр То Ан Коэн уверен в том, что поединок между вами не состоится.
После этих слов он отпустил меня и тенью скользнул с кровати, исчезнув, словно призрак в проеме балконной двери. Даже штора не шелохнулась.
— И что это было? — Я произнесла слова сэра Лаэна вслух лишь для того, чтобы убедиться, что мой голос не дрожит самым предательским образом.
И только спустя несколько минут, я, наконец, решилась слезть и поискать свое оружие. Оно сиротливо лежало на каминной полке в целости и сохранности, но, только взяв его в руки, я смогла успокоить частое биение собственного сердца.
Так и не решив, что делать с посещением ночного гостя, я еле-еле дотянула до утра, сдерживая желание немедленно найти принца Дэниэля и рассказать ему обо всем. Но с восходом солнца это желание стало пропадать. Я подумала, что у принца и без того слишком много головной боли, за что чуть не поплатилась собственной головой…
Дождавшись сигнала общего подъема, когда громкоголосые трубы протрубили начало нового дня, я покинула гостевую комнату и направилась на поиски принца, справедливо полагая, что он вряд ли ложился спать в эту ночь.
Я нашла его в рабочем кабинете в окружении трех советников, начальника стражи и парочки воинов его личной гвардии. Судя по всему, они все не спали в эту долгую ночь, и авострив свои уши, я бочком-бочком протиснулась поближе к сэру Да Ар Кину, который вполголоса говорил о чем-то принцу. Никто не придал значения моему появлению, восприняв его как должное, и я уловила смысл последних фраз.
Как и следовало ожидать расследование было завершено и сомнений в том, что именно сэр То Ан Коэн является основным организатором покушения на меня, уже не оставалось. А поскольку решение о проведении поединка считалось фактически принятым, вопрос касался лишь того, как поступить с людьми советника и начальника городской стражи, в число которых входил и молодой Та Лик.
Грань между исполнением незаконного приказа и фактической изменой была довольно тонкой, и решение принца зависело, прежде всего, от моего мнения, о чем он мне и сообщил. Из слов принца я также поняла, что он лично допрашивал воинов, напавших на нас в доме сэра Ро Ал Аана, не желая посвящать в детали присутствующих здесь советников или своих гвардейцев. И я понимала, что им двигало. Мне тоже не хотелось, чтобы о моем «таланте» судачили во дворце. А еще мне не хотелось, чтобы этим людям зачитали смертный приговор моим именем или именем принца Дэниэля.
И тогда я сказала:
— Отдайте их мне, мой принц. Освободите от клятвы верности, данной вам, и отдайте мне.
Он посмотрел на меня, несколько удивленный, даже смущенный:
— Это не совсем по правилам, Лиина. Правители не освобождают от клятв. Они их принимают. Только смерть способна прекратить взаимные клятвы и обязательства.
Все остальные с интересом посмотрели на нас, а сэр Да Ар Кин даже переглянулся с гвардейцами. И один Господь знает, о чем они думали в это мгновение, но я продолжала:
— Так убейте их, принц Дэниэль, но не их тела. Лишите их всего — звания, имени, дома, родных, друзей, родины, всего, что им дорого, потому что клятва — это не просто обещание служить вам, или обещание исполнить свой долг. Клятва — это не только вера в вас и повиновение вам, но состояние души, ибо они вверяют вам не только свои жизни, но и свои души. Лишите их этого, заберите их души, а я дам им другие. Я предоставлю им выбор — жить без души за пределами своей родины, жить изгоями, ибо их посчитали столь ничтожными, что отвергли их клятвы, или жить с новой душой, преданной только мне. Мне лично, как человеку и как принцессе. Я хочу свою личную гвардию, мой принц. Я хочу людей, преданных мне безусловно. Я хочу живых людей с новыми душами, а не мертвые тела.
Принц смотрел на меня, как на совершенно незнакомого ему человека, а потом лицо его прояснилось:
— Если это новое правило принцессы Лиины, то почему бы ни последовать ему. В конце концов, ты пришла в этот мир, чтобы изменить его. Я сделаю так, как ты хочешь, я лишу их даже права дышать одним воздухом со мною и моим народом, но я не смогу ничего сделать, если тебе они предпочтут изгнание или смерть. И я не могу закрыть глаза на то, что Та Лик вольно или невольно тоже является участником данного заговора. Я вынужден буду поступить с ним так же, как ты просишь поступить с остальными.
Я улыбнулась ему и всем остальным:
— Если предпочтут, получат и то и другое, и даже больше. Ваш брат не простит им нападения на меня. Официально мы все еще помолвлены, а я знаю, как он поступает с теми, кто пытается меня убить. Что же касается Та Лика, здесь вы правы. При всей моей симпатии я не могу просить за него, но я убеждена, что он примет мое предложение.
— И что я должен делать? — Принц Дэниэль выжидательно посмотрел на меня, и все остальные тоже посмотрели на меня с тем же вопросом в своих глазах. — Я должен снова встретиться с ними?
Я отрицательно покачала головой:
— Нет. Напишите им письмо. Обратитесь к каждому из них по имени и сообщите о своем решении. Пусть узнают, что их жизни принадлежат только мне. Я сама встречусь с ними.
Принц Дэниэль кивнул мне в ответ, и мы закончили обсуждение на этой ноте.
Я не осталась с ним, меня ждали другие дела, особенно с учетом визита ночного гостя. Мне нужно было посоветоваться с сэром Лаэном, и я нашла его возле конюшен, где он усердно мыл своего недавно купленного коня, млевшего от явного удовольствия при каждом прикосновении рук своего хозяина. При этом сэр Лаэн одновременно объяснял какому-то парнишке, что же он неправильно делает и почему эта «черная бестия» чуть только что не угробила его. Я с удовольствием досмотрела водную процедуру до конца и дослушала его наставления. Сэр Лаэн нравился мне все больше и больше.
Я вообще словно по-другому стала смотреть на людей после возвращения из Ночных земель. Что-то явно изменилось, как будто окружающий меня мир стал выразительнее и ярче, и вместе с ним люди тоже обрели свои яркие краски во всем — в поведении, словах, поступках и даже внешности. Их эмоции стали
