И письмецо сунул. Тайком. А она не сказала! И не выкинула! И читала еще! А почему?
И не удержавшись, Васька пнул Бекшеева в бок.
Больно.
Особенно в плече. И… и боль помогает вырваться из липкой мути полусна. Хоть ненадолго. Надо… дар вызвать.
Одно к одному.
Сложить.
Если уцепиться за дар, то муть не вернется.
- Небось, собиралась его к нам привести… а он бы обманул! Позвал бы замуж и обманул бы! Верить никому нельзя. Все врут… и зачем он ей, если… Нет, я все правильно сделал…
- Терпение, - над Бекшеевым склонилась темная тень. И чьи-то пальцы, грубые, жесткие, раздвинули веки. Он бы зажмурился от света, но дар привычно отрезал лишний раздражитель. – Тебе не хватает терпения. Стоило выждать. Всегда стоит выждать.
- Уж больно случай удобный подвернулся, - теперь Васька оправдывался. – Да и хорошо получилось ведь! хорошо! Они знатно офигели, как увидели! А этот, самый важный, и блевал… и теперь-то никто к Аньке не сунется.
Человек тяжко вздохнул и подхватил Бекшеева под мышки.
Снова стало больно.
- Погодь! Давай, я его…
- Бери второго, - Бекшеева перевалили куда-то. – Аккуратно. Всех уложить надо. И не спеши…
- Но ведь искать станут. Сам говорил, что времени почти и нет…
- Это не значит, что нужно спешить. Спешка приводит к ошибкам. У нас нет права на ошибку.
Он произносил это спокойно, безэмоционально, явно повторяя то, что было вложено в его голову. В сознание.
Рядом легло чье-то тело, грузное, навалилось, придавливая Бекшеева.
- Не… должно на этот раз! Вона, и магики, и… эта. А кто она? Глазища-то, глазища…
- Болтай меньше.
- Так я ж говорю, что оно от нервов все. Само болтается… от нервов же ж. Слушай, а если опять не получится? Хотя… чего я с тобой говорю-то… а ты славно к этому вон подошел. Раз и все… очухается, вот веселуха-то будет! Он как раз злой…
Под Васькин треп сознание-таки угасло. Почти.
[1] В нашей истории есть легенда о такой вот посмертной свадьбе Инес де Кастро и короля Португалии Педро I, которая состоялась в 1361 году. Однако после свадьбы и коронации Инес перезахоронили в королевской усыпальнице. Хотя многие историки очень сомневаются, что все было именно так, как в легенде. По официальной версии Инес казнили решением Совета за участие в заговоре против короны. И о присяге мертвой королеве в хрониках нет ни слова. Ныне гробницы Инес де Кастро и Педро расположены друг напротив друга, чтобы в день Страшного суда они смогли подняться навстречу друг другу. Надпись на саркофаге гласит: «Аte o fim do mundo...», что в переводе означает «До конца света…».
Глава 43 Волчий дух
Глава 43 Волчий дух
«Иные девицы, прикрываясь современностью, спешат демонстрировать ту свободу нравов, которая граничит с откровенной распущенностью. И порой, не стыдясь, не задумываясь о последствиях, в обществе ведут себя вольно, позволяя не только беседы наедине с молодыми людьми, но и даже вечерние прогулки с оными и без достойного сопровождения».
Письмо графини С. в журнал «Современникъ», посвященное нравам современной молодежи.
Анька вытерла руки о фартук и, снявши его, скомкала да обратно в телегу отправила.
- Дальше чего? – спросила она.
- Не знаю.
На самом деле, не знаю. Отпустить её не могу. Слишком все… странно. Неправильно. В участок тащить? Там мертвецы. И оцепление. Местные, от которых не укроется, куда Анну повели. И нелюбовь к ней всколыхнется с новою силой. А если мы ошиблись?
Я ошиблась?
Я уеду, а ей здесь жить.
И на сердце маятно. Неспокойно вот… от Бекшеева ни слова, ни словечка, не говоря уже о нем самом. Должен был бы вернуться уже.
- В гости пригласишь? – спрашиваю, пытаясь унять нехорошее предчувствие.
- Если пожелаешь, - она пожала плечами и отвернулась.
- Пожелаю. Поговорить…
- Знаешь, - топор, бережно обернутый в холстину, отправился в сено. Анна прикрыла его соломой. – Ты… дурная или бесстрашная? А если и вправду я убиваю?
- Рискни.
Мы с Девочкой оскалились.
- Или не только я… приведу вот тебя, а там Генрих… сидит в засаде. Он славный охотник. Был. И меня учил… охотой мы с Васькой и выживали в первое время. Да и свиньи, - Анна хлопнула по спине сонного конька. – Они тоже жрать хотят и не одну лебеду.
- Мясо? Свиньи…
Хотя… чего я удивляюсь. Едят. Еще как. С превеликим, можно сказать, удовольствием.
Отчего-то замутило…
И глаза у Анны подернулись поволокой. Воспоминания? Если и так, то не из приятных… ладно, ехать все одно надо. К Бекшееву отправились военные и Новинский с ними. Так что я там точно лишней буду.
Тела опишут.
И в мертвецкую спровадят. А я… я по своему следу пойду.
Только все одно на душе неспокойно.
- Садись, что ли, - Анна указала на телегу. – Зверь твой тоже пусть забирается, если хочет…
- Слушай, а эта скотина вообще живая? – я указала на сонную лошадь.
- Живая. Только старая очень. И да… быстро не выходит. Но машина опять сломалась, а я в них ничего не смыслю… так что только так вот.
- Нет, - я покачала головой. – Так не хочу. Я твою лошадь пришибу, из города не выбравшись. Погоди… Девочка, приглянь.
Военных рядом с участком было много.
И ко мне они отнеслись с уважением, и потому просьба моя удивления не вызвала. Выделили грузовичок, да еще и солдатика пытались впихнуть сопровождением, но я отказалась.
Самой проще.
Анна забиралась в кабину с опаской.
- Я сказала, лошадку твою пристроят…
- Сама уже озаботилась, - она села прямо и руки на коленях сложила. Глаза прикрыла. И некоторое время ехала молча, старательно не обращая внимания ни на меня, ни на Девочку, что устроилась в кабине же, благо, хоть на полу.
- Значит, не ты засунула тело в шкаф?
- Зачем мне это?! Я… я просто не знала, что делать с нею. И на кровать… там кровать уцелела. Дом… заговоренный. Не сгорел. Бабушка…
- Я верю, что это не ты. Но кто бы мог?
Кто и
