но оказались на самом дне трюма. Поэтому, когда начались боевые действия, им пришлось убрать тонны лежащего сверху груза, чтобы добраться до необходимого оборудования[483]. И это была всего одна из многих ошибок, допущенных советским командованием.
В четыре часа утра 17 августа, двумя часами позднее, чем было намечено, корабли с десантом вышли из Авачинской бухты Петропавловска. Следуя за сторожевым кораблем «Дзержинский», караван судов, скрытый густым туманом, медленно и незаметно преодолел расстояние в 170 морских миль от Петропавловска до Шумшу, не включая огней на большей части пути. Это была самая длинная дистанция, которую пришлось преодолеть советским вооруженным силам для высадки десанта, за всю Вторую мировую войну [Славинский 1993: 87; Glantz 2003: 293–294]. Через 24 часа первый корабль советской флотилии достиг Шумшу в 2:00 18 августа (полночь по времени Токио). Двумя часами позднее все корабли выстроились в линию напротив места высадки. Битва за Шумшу должна была начаться с минуты на минуту.
Битва за Шумшу
В 2:15 18 августа (по японскому времени) началась высадка советского десанта на берег Такэда (см. карту 5)[484]. Советские корабли начали обстрел японских позиций раньше времени, в результате чего японцы открыли по русским сильный артиллерийский огонь с двух батарей, расположенных на оконечностях пляжа. Первый эшелон советской морской пехоты высадился на берег Шумшу только в семь утра. Десантники атаковали две стратегические позиции японцев на горе Ёцумине, но им не удалось захватить эти высоты из-за недостатка огневой мощи. Генерал Фусаки Цуцуми, командовавший 91-й дивизией, не зная, что его солдаты были атакованы советскими войсками, отдал приказ 11-му танковому полку и 73-й пехотной бригаде дать врагу отпор. Танковый полк безрассудно начал преследовать противника, не дожидаясь поддержки пехоты, и стал легкой добычей для советских противотанковых ружей. Только в ходе этого боя японцы узнали, что на них напали не американцы, а русские.
Карта 5. Битва за Шумшу. На основе карт, составленных Накаямой [Nakayama 1995: 186]
Второй эшелон советского десанта добрался до берега Шумшу в 9:00. При высадке уцелела одна-единственная радиостанция, и с нее командование связалось с береговой батареей на мысе Лопатка и стоявшими в заливе военными судами, с которых был открыт мощный артиллерийский огонь по позициям японцев. Цуцуми приказал 74-й бригаде на Парамушире присоединиться к защитникам Шумшу. Главные силы 91-й дивизии были сконцентрированы как раз на Шумшу и выдвинулись навстречу противнику. С учетом численного превосходства японцев казалось, что сбросить советский десант обратно в море было только вопросом времени.
Однако исход этого противостояния был решен не на поле боя. Командование 5-го фронта в Саппоро впало в панику из-за происходящего на Шумшу. В тот самый момент, когда Императорский Генеральный штаб пытался как можно более гладко организовать капитуляцию всех японских вооруженных сил, победа 91-й дивизии над советскими войсками могла пустить под откос весь этот процесс. Поэтому около полудня 18 августа Цуцуми получил из штаба 5-го фронта приказ о прекращении огня, за исключением необходимой самозащиты. Командующий 91-й дивизией отправил к русским десять парламентеров с белыми флагами, но советские солдаты открыли по ним огонь. Десантники перешли в контрнаступление и после двух часов рукопашного боя заняли высоты на Ёцумине.
19 августа русские начали выгружать на берег Такэда оставшиеся на кораблях артиллерийские орудия, вооружение и боевую технику, но японцы не препятствовали этой операции. Генеральный штаб в Токио, встревоженный перспективой дальнейшего сопротивления со стороны японских защитников острова, дал указание командованию 5-го фронта прекратить все боевые действия даже для самозащиты – «по приказу императора». В течение дня на берегу Такэда прошли переговоры о прекращении огня. 20 августа, согласно заключенным договоренностям, советские суда отплыли в направлении залива Катаока, чтобы занять японскую военно-морскую базу, но в этот момент под предлогом самообороны японские береговые батареи открыли ожесточенный огонь по советской флотилии. Вскоре Цуцуми получил из штаба 5-го фронта еще один строжайший приказ о прекращении огня. 21 августа на рейде города Касивабара на Парамушире (сейчас – Северо-Курильск) Цуцуми и Гнечко подписали на советском корабле официальное соглашение о прекращении огня[485].
Битва за Шумшу в полной мере демонстрирует катастрофическую неподготовленность Курильской операции. Сталин боялся, что война может закончиться до того, как он захватит все территории, обещанные ему в Ялте. Несмотря на отдельные случаи героизма среди советских солдат, сам план вторжения на Курилы был плохо продуман и плохо реализован. Из-за недостатка подготовки, отсутствия продуманной стратегии и координирования, нехватки кораблей, вооружения, артиллерии и боевой техники, а также малой численности личного состава у десанта под командованием Гнечко практически не было шансов захватить Шумшу к 18 августа.
Советские вооруженные силы, задействованные в Курильской десантной операции, насчитывали чуть более 8800 человек, в то время как у японцев на Шумшу было 8500 солдат – или 23 000, если включать гарнизон Парамушира. С учетом общего правила, что силы нападающих должны в три раза превосходить силы обороняющихся, мы видим, насколько безрассудно было со стороны Советского Союза атаковать хорошо укрепленный Шумшу при соотношении 1 к I[486]. Советские десантные суда были слишком тяжело нагружены; они вынуждены были бросить якорь в 100–150 метрах от берега, где глубина превышала два метра. Солдаты прыгали в море, держа в руках тяжелое оборудование и вооружение. Из 22 радиостанций все, кроме одной, были либо утоплены, либо забрызганы соленой водой и испорчены. Еще более серьезной ошибкой стало то, что, несмотря на строгий приказ не открывать огня, артиллерия одного из десантных кораблей начала стрелять преждевременно. Если советские вооруженные силы и добились победы в битве за Шумшу, то в большей степени это произошло благодаря тому, что Императорский Генеральный штаб не хотел, чтобы 91-я дивизия победила.
У японцев не было возможности подсчитать свои потери в битве за Шумшу. По советским данным, японцы потеряли убитыми и ранеными 1018 человек, а советская сторона – 1567. Это было последнее крупное сражение Второй мировой войны. Но все эти люди погибли не ради окончания войны на Тихом океане – она завершилась еще до битвы за Шумшу. Почему же тогда Сталину было так важно провести эту кровопролитную операцию, когда он мог завладеть Шумшу, просто послав на остров военного эмиссара с требованием капитуляции? Собственно, если бы он так поступил, то, вполне вероятно, получил бы Шумшу в свое распоряжение намного раньше, еще 18 августа. Был ли это просчет с его стороны или он принял плохое решение в панике? Возможно, верны
