Читаем без скачивания Путеводитель по Библии - Айзек Азимов

Поэтому все более и более вышеупомянутые ссылки воспринимались как представляющие какого-то идеального царя, который еще не появился, но который должен был прийти через неопределенное время в будущем.

Этот царь, конечно, был бы из династии Давида, и в Библии ему обещается вечное царствование:

Ис., 11: 1–2. И произойдет отрасль от корня Иессеева, и ветвь произрастет от корня его; И почиет на нем Дух Господень, дух премудрости и разума, дух совета и крепости, дух ведения и благочестия;

Опять же, это могла быть обычная лесть применительно к новому царю, например к Езекии или Иосии. Новый царь — это всегда цветение и новая поросль; старый царь — это всегда увядающая ветвь. Однако если эта ссылка перемещается на идеального царя будущего, то Давидова династия могла бы рассматриваться как срубленная (то есть корень, или, если перевести более правильно, пень, то есть все, что осталось), а из него появляется цветение и новая поросль.

Во время царствования идеального царя все творение возрождается для абсолютного мира, который, как можно было бы предполагать, первоначально был в саду Эдемском:

Ис., 11:6. Тогда волк будет жить вместе с ягненком, и барс будет лежать вместе с козленком; и теленок, и молодой лев, и вол будут вместе, и малое дитя будет водить их.

Еще одна такая яркая картина идеального будущего, причем еще более часто упоминаемая, встречается в начале Книги Исаии:

Ис., 2: 2. И будет в последние дни, гора дома Господня будет поставлена во главу гор и возвысится над холмами, и потекут к ней все народы.

Ис., 2: 4. …и перекуют мечи свои на орала, и копья свои — на серпы; не поднимет народ на народ меча, и не будут более учиться воевать.

Это видение идеального будущего, возможно, начало вырастать перед глазами иудеев, подавленных действительностью, в которой во времена Исаии торжествовала Ассирия. Еще сильнее это видение развилось во время бедствий вавилонского плена, разочарований после возвращения из него и ужасов преследований со стороны Селевкидов. Во времена Нового Завета эта ориентация на будущее стала доминирующим настроением в иудаизме и была в действительности ответственна за события Нового Завета и за великий поворотный момент в истории человечества, о котором возвестили эти события.

Идеальное будущее сосредоточивалось вокруг царя, который должен был появиться из рода Давида. Царь проходил обряд помазания маслом как часть религиозной церемонии, которая делает его царем. Поэтому царь может упоминаться как «помазанник» и действительно так и упоминается в Библии. Так, например, когда Давид нашел спящего Саула и отрезал кусок его одежды, его совесть запретила ему сделать большее, хотя в его личных интересах было легко убить своего преследователя:

1 Цар., 24: 7. …да не попустит мне Господь сделать это господину моему, помазаннику Господню, чтобы наложить руку мою на него, ибо он помазанник Господень.

Помазание согласно яхвистскому ритуалу не обязательно ограничивается иудейскими царями. Персидский царь Кир также упоминается таким образом в более поздних частях Книги пророка Исаии:

Ис., 45: 1. Так говорит Господь помазаннику Своему Киру…

Еврейское слово, означающее «помазанник», — «машиах», которое дается в транслитерированном английском как «mes-siah» («мессия»). По мере того как шло время и еврейское видение с возраставшим пылом фокусировалось на идеальном царе будущего, этот термин все более ограничивался только им. Поэтому мы можем говорить об идеальном царе как о Мессии (с большой буквы).

Согласно христианской мысли, Мессия — это, конечно, Иисус, и слово «отрасль» в стихе Ис., 11: 1 принято как ссылка на Иисуса, и поэтому в Библии короля Якова пишется с большой буквы. В Исправленном стандартном переводе это слово пишется с маленькой.

Змея

В описании идеального мессианского царства обнаруживаются всяческие указания на полное отсутствие там какой-либо опасности или зла. Во всех таких случаях крайне беспомощные существа без какого бы то ни было вреда соединяются с хищниками. Кульминационный момент достигается, когда дети смешиваются со змеями.

Ис., 11: 8. И младенец будет играть над норою аспида, и дитя протянет руку свою на гнездо змеи.

Две части этого стиха содержат параллелизм, который является сущностью еврейской поэзии, и можно считать, что еврейские слова, переведенные как «аспид» и «змея», оба указывают на какую-то ядовитую змею. Действительно, аспид — это небольшая ядовитая змея, обитающая в Египте. (Клеопатра, как предполагалось, совершила самоубийство, позволив укусить себя аспиду.)

Однако змея (cockatrice)[103] является чем-то еще. Это слово, возможно, возникло в Средневековье как форма слова «crocodile» («крокодил»). Крокодил, подобно змее, является смертельно опасной рептилией. Его, пожалуй, можно было бы рассматривать как гигантскую, толстую змею с короткими ногами. Для европейцев, знакомых с крокодилом только по слухам, змеевидные черты этого существа могли легко стать доминирующими.

Кроме того, как только слово «cockatrice» сформировалось из «crocodile», первый слог тут же наводит на мысль, а лихорадочное воображение развивает ее, что чудовище появляется из яйца петуха. Это само по себе невиданное извращение природы, конечно, так как петух — это мужская особь птицы, которая не кладет яйца. Кроме того, яйцо, отложенное таким образом, должно насиживаться змеей, и тогда конечным продуктом является существо с телом змеи и головой петуха.

Эта змея (cockatrice) изображается как абсолютная змея. Она убивает не укусом, а просто взглядом. Смертелен не только ее яд, но и само ее дыхание. Поскольку эта змея — самая смертельная змея и, следовательно, царь змей или из-за гребешка петуха, который может быть изображен как корона, эта змея также называется «василиском» (от греческих слов, означающих «маленький царь»).

Конечно, библейский отрывок в Книге пророка Исаии (и пара других стихов в этой книге и в Книге пророка Иеремии, в которых упоминается эта змея) не может использоваться как свидетельство в пользу реальности этого совершенно вымышленного существа. Еврейское слово, переведенное как «змея» в Библии короля Якова, не означает петухоголовую змею, которая может убивать взглядом; оно означает просто «ядовитую змею».

В Исправленном стандартном переводе это слово переведено как «гадюка», которое является названием распространенной европейской ядовитой змеи, и, отметим, это единственная ядовитая змея, которая обнаруживается на Британских островах. «Гадюка» намного меньше вводит в заблуждение как перевод еврейского термина, чем «cockatrice», но в действительности гадюка вряд ли является тем существом, которое на самом деле подразумевал Исаия. Вместо этого наиболее вероятным кандидатом является рогатая гадюка, ядовитая змея, обитающая на Ближнем Востоке.

Люцифер

Не только Иерусалим и Иудея предупреждаются в Книге пророка Исаии о гневе Божьем. Окружающие языческие народы также предупреждаются о гибели, и в первую очередь Вавилон.

Легко заподозрить, что главы 13 и 14, в которых гибель Вавилона предсказывается с помощью диких образов, в действительности не принадлежат Исаии. Во времена Исаии именно Ассирия была торжествующим народом, а Вавилон оказался всецело во власти Ассирии еще более разрушительным способом, чем Иудея. Песнь ненависти и презрения, как можно было ожидать, должна была быть направлена против Ассирии и новой столицы, которую Сеннахирим построил в Ниневии.

С другой стороны, через столетие после времен Исаии именно Вавилон при Навуходоносоре стал угнетателем. Тогда вполне возможно, что этот отрывок имеет более позднее происхождение и был написан в период плена, когда Вавилон казался обреченным на то, чтобы пасть перед победоносными армиями Кира Персидского.

Изображая покоренный Вавилон, автор пишет едкую поэму саркастического презрения к могущественному вавилонскому монарху, теперь так низко павшему. Так, в частности, в ней говорится:

Ис., 14: 12–15. Как упал ты с неба, денница, сын зари!разбился о землю, попиравший народы. А говорил в сердце своем: «взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой и сяду на горе в сонме богов, на краю севера; Взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему». Но ты низвержен в ад, в глубины преисподней.

Еврейское слово «хелель» переведено здесь как «Люцифер»[104]. Буквально это означает «Сияющий», и считается, что оно относится к планетарному телу, которое мы называем Венерой.

Венера — самая яркая из планет. Из-за положения ее орбиты между орбитой Земли и Солнцем она всегда видна (с Земли) довольно близкой к Солнцу. Когда она оказывается к востоку от Солнца, то сияет наиболее ярко после заката и заходит через три часа. В это время она видна только вечером и называется Вечерней звездой. Когда же Венера оказывается к западу от Солнца, планета восходит первой также примерно на три часа и сияет в восточной части неба, по мере того как постепенно светает. Тогда это — Утренняя звезда.