Пытаясь сохранить достоинство, Страбонус без лишних разговоров прошел в сторону оружейной и скрылся за дверью.
— От одного зануды избавились, — проворчал киммериец, неприязненно поглядывая вслед Страбонусу. — Ринга, я все-таки пойду первым.
— Делай, что хочешь, — отмахнулась графиня. — Но если ввяжешься в бой с гвардейцами Громала или дворянами Аскаланте до того, как они убьют двойника — я из тебя всю кровушку высосу!
Ринга хищно оскалилась и мне едва не стало дурно. Померещилось, что верхний ряд зубов очаровательной супруги Мораддина украшают внезапно выползшие из десны острые звериные клыки.
Все-таки Конан отлично знает военное ремесло. Всегда, в любой напряженной ситуации, когда требуется применять грубую силу, варвар преображается. Его тяжеловесная походка становится почти невесомой, ни одного лишнего движения, тело не напряжено, а скорее расслаблено, но в то же время готово к молниеносному удару. Правильно говорят знающие люди — некоторые варвары еще сохранили талант, сходный со способностями оборотней: на краткое время превращаться в настоящих хищных зверей, имеющих лишь внешнее сходство с человеком. Немудрено, что Конан почти всегда выходил из самых невероятных передряг лишь с парой царапин.
Мы приблизились к развилке — направо находились столовая, приемный зал для гостей и личный королевский кабинет, а если повернуть влево, можно было оказаться возле спален, гимнасического зала, ванной комнаты и небольшой королевской библиотеки. Конан осторожно выглянул из-за угла, повернулся к нам и нахмурился.
— Два Алых кирасира с обнаженным оружием у входа в спальню. Больше никого нет. Наверняка двойник сумел отбить первую атаку и сбежал в гимнасический зал. Слышите?
Невнятные взбудораженные вопли нападавших немного удалились, однако меня насторожило другое. В голосах заговорщиков слышалась неуверенность. Тицо, вероятно, начал показывать свои фокусы…
— Ой, — вдруг пискнула госпожа Эрде, настороженно к чему-то прислушиваясь. — Кажется, начинается…
— Что начинается? — мигом переспросил Конан, а Веллан немного испуганно оглянулся. Словно почувствовал неладное. Да и мне самому стало несколько неуютно — какая-то часть души ощутила приближающуюся нешуточную опасность.
— Ринга, — варвар подозрительно воззрился на слегка побледневшую графиню. — Что происходит?
Откуда-то со стороны парадной лестницы донесся звук шагов, не принадлежащих человеку. Слишком тяжелая поступь, легкое скрежетание, будто когти царапают по мрамору пола, шумное дыхание…
— Прячемся, — резко скомандовала Ринга и, ухватив Конана за запястье, потянула его за собой в темную пристенную нишу, к основанию украшавшей королевские покои статуи какого-то героя, . — Велл, Хальк, сюда! Всем сидеть тихо и не задавать вопросов!
— Да в чем дело?.. — попытался возмутиться Конан, но маленькая ладонь госпожи Ринги так сдавила его руку, что варвар непроизвольно охнул и замолчал.
Чужие шаги приближались. Я посмотрел на Веллана — бритуниец совсем затосковал и зажмурил глаза. Конан непонимающе озирался, а Ринга покусывала губы.
Вдруг стало холодно. Я ощутил это не только всей кожей, но и увидел, что наше дыхание начало превращаться в пар. О чем это говорит? Верно, поблизости используется очень сильная черная магия… Во всех трактатах о колдунах, предавшихся темной стороне, указывается, будто злая магическая энергия вызывает мороз. Великий Митра, неужели Тотлант в отчаянии вызвал на подмогу какого-то жуткого демона? Быть такого не может — наш стигиец никогда не пользовался черной волшбой, предпочитая колдовство Алых магов-равновесников… Ой, страшно как…
Действительно, страшно. По мере приближения невидимого пока существа мое сознание все больше застилал мертвящий ледяной ужас. Кем бы ни был монстр, разгуливающий по королевскому замку, встречаться с ним мне совершенно не хотелось.
Медленно, почти невесомо рядом с нашим убежищем проплыл невыразимо огромный черный силуэт. Два или даже три человеческих роста. Это вам не мирное привидение герцога Мартена… Существо степенно прошествовало за угол, почти задевая широченными плечами стены коридора, раздались пронзительные выкрики гвардейцев, стоявших возле монаршьей опочивальни, потом мерзейший хлюпающий звук… И никто больше не кричал.
— Ринга, — позвал Конан, утирая пот со лба. — Признавайся, что это было? Ты же все отлично знаешь, я вижу!
— Потом объясню, — графиня облегченно перевела дух. — Теперь можно идти. Главное — находитесь у этой твари за спиной. Тогда она вас не заметит. Похоже, теперь ваш ямурлакский приятель Тицо наконец-то обретет вечный покой.
— Всеблагие боги! — яростно зашипел Конан. — И когда все это кончится? Рассказывай, что за чучело ты привадила в мой собственный дворец? Опять что-то натворила и никому ничего не сказала?
Ринга оправила одежду, гордо задрала подбородок и выбралась из ниши. Нам ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.
Возгласы, приходившие со стороны спальни и гимнасического зала, превратились в вопли смертельного ужаса. Похоже, что так человек кричит только один раз в жизни — покидая этот мир навсегда. Особенно если при этом такового человека рвут на множество маленьких кусочков…
Мы осторожно свернули налево по коридору, прошли в сторону спальни, а возле самых дверей Конан остановился, посмотрел себе под ноги и присвистнул:
— Лихо…
На полу лежали двое Алых кирасир. Вернее, это было лишь жалкими останками человеческой плоти. Грудные клетки вскрыты громадными когтями, у одного напрочь оторвана рука, которая теперь валяется у дальней стены. Темно-багровая лужа крови, растекающаяся отдельными струйками по слегка наклонному коридору все дальше и дальше…
А неподалеку вопят все сильнее и обреченнее… Кто-то (или что-то?) яростно рычит, слышатся удары тел о камень…
Громыхнули по каменным плитам подковки сапог. Человек, задыхаясь и постанывая от ужаса, бежал прямо на нас. Я услышал, как лязгнул о мрамор отброшенный им клинок. Веллан на всякий случай направил меч на неизвестного.
— Стой! — громко скомандовал Конан, но выскочивший из-за поворота человек не послушался и собрался было ринуться дальше, к выходу на лестницу. Однако быстрая и сильная рука варвара сцапала его за воротник.
— Пустите! — истерически взвизгнул человек. — Там огромное чудовище! Нам всем конец!
— Ринальдо? — Конан едва не поперхнулся от удивления. — Ты-то что здесь делаешь?
Сбежавший с поля боя и заметно протрезвевший поэт уставился на короля, будто на выползшего из Черной Бездны демона.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
