значит, пойдем их по-по-последо… подавательно… по следам, короче. Чтобы не пропустить ничего…
Гвардеец не перебивая выслушал всю несвязную речь Акургаля, а потом поднял бровь и бросил:
— Я не понял. Ты, — Палец ткнул в сторону Стаса, быстро опознав истинного автора плана, — Объясни быстро и четко.
После его короткого рапорта, Чжэнь пренебрежительно фыркнул и махнул рукой:
— Долго и нудно. Эффективность сомнительна, особенно на вашем уровни. Бойцы устанут, расслабятся и начнут делать глупости. В итоге, только время потеряете. Мнимая безопасность того не стоит. План выполнять запрещаю. А теперь слушай мою команду, падаль, — Он лениво поднял руку, концентрируя на себе внимание стоящих вокруг людей.
— Мне нужна самая высокая точка для медитации, — Палец гвардейца ткнул на высокий столб на аукционном "подиуме". Именно к нему привязывали непокорных рабов, — Сейчас вы идете и зачищаете местность до этого помоста. Потом я иду следом и ухожу в медитацию. После нее я пойму, сколько тварей вокруг и насколько они опасны. Ваша задача будет — охранять меня и сразу прервать мой транс, если враг начнет накатывать волнами. Задача ясна? — Он говорил рублеными, короткими фразами, словно держал людей вокруг себя за идиотов.
"Хотя почему "словно"..?"
Нестройный хор согласных голосов был ответом гвардейцу.
— Тогда выполнять! — И Ксин демонстративно прикрыл глаза, опершись на Северную стену недалеко от ворот.
— Я пойду впереди. Со мной — Камей. Следом идут Юлвей и Саргон. Остальные замыкают… Как-нибудь. Пусть Кань посматривает назад. Через сто шагов — меняемся. Вечно защищать вашу жопу я не намерен, но и на жребий уже времени нет.
Спорить никто не стал.
— Больше расстояние, больше, вы не бабу к себе прижимаете, — Свистящим шепотом начал разнос Акургаль, не успели они пройти и пары шагов, — Так мальцу с пращей не развернуться будет. Вот он тебе по роже своей петлей и съездит. Будешь потом шамкать и зубы собирать на счастье.
Ма от такой перспективы побледнел и послушно ускорил шаг, увеличивая дистанцию между собой и Канем. А Стас, тем временем, цепко смотрел по сторонам, пытаясь увидеть что-нибудь подозрительнее быстрее, чем это "что-нибудь" увидит их. Дохлый номер.
Они шли по главной дороге, которая тянулась от ворот и прямиком к лестнице на частокол. Здание работорговцев располагалось по левую руку чуть ближе середины маршрута. Оно выглядело подозрительно целым, и к нему вела отдельная дорожка. А вот по бокам их маршрута царила форменная разруха.
Когда-то там стояли не то торговые лотки, не то еще что-то — сейчас лишь обломки и кучки гнилых, плохо обработанных досок валялись по бокам дороги эдаким бруствером. Товарищи Стаса лишь языком щелкали на такое расточительство: дерево в Форте стоило каких-то бешеных денег из-за своей редкости, а тут просто взяли и оставили гнить целую кучу бесхозной древесины.
Вот только попаданца интересовала не возможная сумма продажи этих "сокровищ", а вполне закономерный вопрос: почему никто еще не вынес отсюда ценный материал? Те же стражники у ворот вполне могли позвать пару товарищей, чтобы те "по горячим следам" зачистили от демонов и мало-мальски ценных вещей этот участок. Но нет, лежит все нетронутое, покрывается трещинами, гнилью и мерзкой черной пылью, которую нес местный ветер.
— А-а! — Вскрикнул Кань позади них. Отряд мгновенно напрягся, засвистел вспоротый копьями воздух, зашелестели вынимаемые из ножен клинки.
— Смотрите! — Мальчишка ткнул пальцем куда-то в мешанину из камней, досок и дешевой рогожи прямо напротив себя.
Стас вгляделся повнимательнее… И похолодел. На него скалилось полусгнившее лицо одного из местных. Причем почти нетронутая кожа правой стороны лица соседствовала с голым черепом в легких ошметках плоти левой стороны. Точно такая же метаморфоза произошла и с шеей, и с верхней частью груди. Все остальное тело покоилось внутри обломков прилавка и было недоступно чужим взглядам.
— Эк его! — Крякнул Акургаль, но совершенно не испугался картине. Даже наоборот, слегка вздохнул, словно в облегчении.
— Что вообще могло так странно его обглодать? — Стас задал вопрос, мучивший всех остальных новобранцев. Десятник лишь безразлично пожал плечами, — Да откуда ж мне знать? Ну убили и убили. Вроде… Он задумался, затем покачал головой, — Не, хорны такую хрень бы делать не стали — они больше по печени. Две волны до них — вроде тоже. Там нападали иглогривы и апсо. Других уже толком не помню. Но вообще, демоны так не поступают.
— Ага, просто проламывают на бошки и жрут печень. Какие мелочи, — Хмыкнул Камей, а Вань дернулся от его речи, как от удара.
— Тише! — Цыкнул на них Юлвей, — Вы ничего не слышите?
Люди резко замолчали, попытались поймать тишину, но только ветер выл над деревянными обломками, да скрипела, покачиваясь, петля виселицы где-то дальше, у скрытого легкой пеленой тумана частокола.
— Показалось, наверное, — Неуверенно бросил аристократ и пошел дальше, обогнав Акургаля. Стас вздохнул, но шагнул следом. Им и правда настала пора сменить первую пару, но даже возможность отката не уменьшала нервозность попаданца. Что-то с местной Насыпью казалось глубоко не так. Но что?
"Почему здания так разрушены? Так… Неправильно. Без ярости и сопротивления. Нет, не так. Без ближнего боя. Дерись мы в таких вот домиках, прилавках и бараках с хорнами, то большинство осталось бы стоять. Политое кровью и с кучей следов от когтей или оружия, ага. Но все равно не так, как сейчас. Здесь же просто куча обломков. Как будто стихия прошлась. Наводнение, там. Или взрыв газа…" — Глаза Стаса расширились в удивлении и шоке от осознания.
Да, больше всего разрушения походили на старые-добрые взрывы, на которые он насмотрелся еще в прошлом мире. И неважно, реальные ли сводки или взрыв реквизита из фильмов. Важным был сам факт.
— Акургаль… — Стас не успел больше ничего. Ни отпрыгнуть в сторону, ни упасть, ни даже убрать ногу. Лишь смотрел, словно в замедленной съемке, как из-под его ноги медленно стал выплывать глиняный кругляш размером с кулак Камея. Он появился из темного участка дороги, которое выглядело, как будто мокрое пятно на сухом асфальте.
Саргон не мог ничего сделать, кроме как наблюдать. Время замедлилось, но только для сознания — не для тела. Поэтому он сумел рассмотреть, как ярко, совсем не страшно светится этот кусок глины изнутри, словно елочная игрушка. Как медленно исходит трещинами внешняя оболочка, тщетно пытаясь удержать заключенную внутри ярость стихии. И как рвется, вспыхивая ослепительным белым светом местная ловушка.
Последним, что успел подумать Стас, прежде чем его тело разорвало на мелкие кусочки, было: "Хоть бы не обратно на плац".
Глава 14
— Юншэн,
