Он выпустил две торпеды и исчез в безопасности шестого временного сдвига.
— Повреждения? — спросил Донал и был поражен, услышав свой собственный хриплый голос. Он сглотнул и повторил более обычным голосом: — Повреждения?
— Повреждений нет, — отозвался офицер от контрольного щита. — Был близкий разрыв.
Донал поднял глаза на экран. Появился второй корабль. За ним третий. Четвертый. И пятый.
— Все сначала, — резко приказал Донал.
Короткий двухминутный отдых, и вновь болезненное состояние временного сдвига.
Неожиданно на экране, в увеличенном виде, Донал увидел два нептунианских корабля, приближавшихся к ним: один ниже и ближе к поверхности планеты, второй — в одной плоскости с ними.
— Защитный… — начал было Донал, но орудия корабля не дождались его приказа. Компьютеры мгновенно рассчитали залп. Ближайший к ним нептунианский корабль вдруг раскололся, как воздушный шар, и начал падать.
— Временной сдвиг.
Каюта плыла перед затуманенным взором Донала, он чувствовал приступ тошноты и тут же услышал, как кого-то рвет у контрольного щита. Он напряг все свои силы, борясь с предательской слабостью.
“Ты это предвидел, ты все это предвидел”, — твердил он себе, как заклинание. Каюта прекратила вращение, тошнота слегка отступила.
— Время, — это слабый голос Ваннермана.
Донал моргнул и постарался сосредоточиться на экране. Резкий запах собственного пота ударил ему в ноздри, а может, вся комната пропиталась запахом пота всех присутствующих.
На экране он видел, как один за другим появлялись корабли. Вот и последний, пятый.
— Повторить, — хрипло приказал он. — На этот раз опустимся ниже.
От контрольного щита донесся сдавленный звук, похожий на рыдание, но Донал даже не повернул головы.
ОПЯТЬ ВРЕМЕННОЙ СДВИГ.
Мерцание планеты внизу. Резкий толчок. Еще один.
ОПЯТЬ ВРЕМЕННОЙ СДВИГ.
Контрольная рубка вся в тумане. Нет, это муть в глазах. Заставить себя смотреть. И не поддаваться слабости.
— Повреждения?
Нет ответа.
— Повреждения?
— Небольшая пробоина в кормовой части. Уже загерметизирована.
— Повторить.
— Капитан, — это голос Ваннермана. — Мы не можем больше. Один из наших кораблей…
Взгляд на экран… Прекратить дрожь. Да, один исчез.
— Который?
— Я думаю, — задыхаясь, произнес Ваннерман, — это Мандез.
— Повторить.
— Капитан, вы не можете…
— Тогда давайте мне связь со всеми. Пауза.
— Вы меня слышите? Связь со всеми.
— Вы на связи, капитан, — раздался чей-то другой голос.
— Говорит капитан Грин.
Кваканье и сипение. Неужели это действительно говорит он?
— Я вызываю добровольцев, нужно еще одно возвращение. Только добровольцев. Кто согласен?
Долгая пауза.
— Труй, Дорсай.
— Труй, Эл Мен. Кто еще?
— Сэр, остальные два не отвечают, — это Ваннер-ман.
Взгляд на экран. Сосредоточиться. Верно. Два корабля выходят из строя.
— Значит, остаются два, Ваннерман?
— Как прикажете, сэр.
— Возвращаемся.
Пауза.
ВРЕМЕННОЙ СДВИГ.
Качающаяся планета, удар. Подступает чернота. Прочь ее.
— Уберите ее.
Пауза.
— Ваннерман?
Слабый ответ:
— Да, сэр…
ВРЕМЕННОЙ СДВИГ.
ТЕМНОТА…
— Встать.
Чей-то насмешливый и резкий шепот в ушах Донала. Лежа с закрытыми глазами, он удивился, недоумевая, кто бы это мог быть. Он услышал этот приказ вновь, потом еще раз. Медленно Донал начал понимать, что это его собственный приказ самому себе.
Он с трудом открыл глаза. В контрольной рубке мертвая тишина. На экране в полном увеличении видны три маленькие черточки — корабли, далеко разлетевшиеся друг от друга. Негнущимися пальцами Донал начал отстегивать застежки, крепившие его к креслу. Одна за другой они поддались. Он медленно сполз с кресла и опустился на колени.
Покачиваясь, испытывая сильное головокружение, он встал на ноги. Повернувшись к пяти креслам контрольного пульта, Донал направился к ним.
В четырех креслах находились Ваннерман и его три офицера — все без сознания. Лицо Ваннермана было молочно-белым. Он, казалось, не дышал.
В пятом кресле на привязных ремнях висел Ли. Его глаза были широко открыты, он следил за приближением Донала, с уголка рта стекала струйка крови. Видимо, Ли, как попавшее в западню животное, пытался просто разорвать ремни и подбежать к Доналу. Когда Донал подошел к нему, Ли попытался заговорить, но смог произнести лишь несколько нечленораздельных звуков, и кровь сильнее побежала изо рта.
Наконец ему удалось выговорить:
— Вы не пострадали?
— Нет, — просипел Донал. — Посидите спокойно с минуту. Что с вашим ртом?
— Язык, — пробормотал Ли. — Я в порядке.
Донал расстегнул привязные ремни, и руки его раскрыли рот Ли. Ему понадобилось немало силы, чтобы сделать это. Еще немного крови и Донал увидел: язык Ли посередине был сильно поврежден.
— Не разговаривайте, — приказал Донал. — Не трогайте язык, пускай немного заживет.
Ли кивнул безо всякого выражения и начал выбираться из кресла. Пока он это делал, Донал успел расстегнуть ремни в кресле третьего офицера. Он извлек его и положил на пол. Донал не ощутил биения сердца. Он начал делать искусственное дыхание, но при первых же усилиях у него закружилась голова, и он был вынужден остановиться. Медленно выпрямившись, он стал освобождать Ваннермана.
— Помогите второму, если сможете, — сказал он Ли. Тот, пошатнувшись, выпрямился и занялся вторым офицером.
Вдвоем они положили вместе трех фрилендеров и сняли с них шлемы. Ваннерман и второй офицер начали приходить в себя, и Донал решил попытаться вновь сделать искусственное дыхание третьему. Но, дотронувшись, почувствовал, что тело уже остывает.
Тогда он занялся первым офицером, все еще находившимся без сознания. Через некоторое время первый офицер начал дышать — глубже и спокойнее, глаза его открылись. Однако по его взгляду было видно, что он не понимает, где находится и не узнает окружающих.
— Как вы себя чувствуете? — спросил Донал Ваннермана.
Фрилендский капитан попытался приподняться на локте. Донал помог ему, а затем вместе с Ли они посадили Ваннермана в кресло и помогли встать на ноги.
Глаза Ваннермана, едва он открыл их, устремились на контрольный щит. Сразу же, ни слова не говоря, он наклонился к щиту и нажал кнопку.
— Все корабельные секции, — прохрипел он в микрофон. — Докладывайте.
Ответа не было.
— Докладывайте, — повторил он. Указательный палец его дотронулся до другой кнопки, и тревожный металлический звон прозвучал на корабле. Он прекратился, и из усилителя донесся слабый голос:
— Докладывает четвертая орудийная секция, сэр…
Нападение на Нептун завершилось.
ГЕРОЙ
Сириус садился, маленький яркий диск белого карлика, который жители Фриленда и Новой Земли называют множеством различных имен, бросил на стену спальни Донала зайчика. Донал сел, окунувшись в двойной свет, надел спортивные штаны и принялся разбирать множество посланий, пришедших на его имя со времени их рейда на Нептун.
Он погрузился в это занятие и ни на что не обращал внимания до тех пор, пока Ли не положил руку ему на плечо, коричневое от загара.
— Пора одеваться на прием, — сказал кобианин. В руках у него был серый мундир — брюки и китель во фрилендском стиле. На мундире не было ни одного знака отличия.
— У меня для вас несколько новостей. Прежде всего, ОНА здесь.
Донал нахмурился, надевая мундир. Эльвин решила, что должна заботиться о нем после его возвращения из госпиталя, где он лечился от последствий набега на Нептун. Она была убеждена, что он все еще страдает от сверхдозы временных сдвигов, через которые все они прошли. Мнение медиков и самого Донала было противоположным, но она настаивала на своем с такой энергией, что Донал иногда ощущал желание вновь испытать временной сдвиг. Но хмурое выражение исчезло с его лица.
— Я думаю, что скоро этому наступит конец, — сказал он. — Что еще?
— Этот Уильям из Сеты, которым вы так интересовались, — ответил Ли. — Будет на приеме.
Донал резко повернул голову. Однако Ли просто продолжал свое сообщение. Лицо его было лишено даже тех слабых следов экспрессии, которые Донал научился в нем различать за последние недели.
— Кто сказал вам, что я интересуюсь Уильямом? — спросил он.
— Вы всегда прислушиваетесь к разговорам о нем, — ответил Ли. — Мне не следовало упоминать о нем?
