Когда лучи солнца пробивались сквозь ветви деревьев и падали на мое лицо, в стекле появлялось отражение. Чуть повернув голову, я смотрела на него и не находила больше ничего от прежней Киры. Я сделала все, от чего так берег меня папа. Переспала с врагом. Влюбилась в него. Убила человека. Забыла о том, что принадлежу к клану охотников. Перешла на сторону зла, как выразился бы мой брат Костик.
Я понимала, что отец мигом прочтет все по выражению глаз. От него ничего не укроется. Как вообще могла полагать, что смогу обмануть его? И он не будет снисходителен, как приемные родители Ивара, узнавшие нашу историю. Его семья так отличалась от моей! В нашем клане царила жесткая диктатура и неоспоримый авторитет старших. Мать и отец Ивара поддерживали любое его решение. Наверно, так сложилось потому, что у лекхе другие порядки?
– Останови здесь, – встрепенулась я, заметив, что мы оказались уже достаточно близко от границ заповедника. – Дальше пойду пешком.
Ивар послушно свернул на обочину. После многочасовой поездки я с трудом размяла затекшие мышцы. Спрыгнула на землю и вдохнула полной грудью воздух, напоенный знакомыми ароматами лесной сырости и прелых листьев. Солнце опускалось все ниже, и от земли тянуло прохладой.
Ивар захлопнул свою дверь и обошел машину. Нас ждал неловкий момент прощания. Я не представляла, как вообще нам можно проститься. Мы встали друг напротив друга, отчаянно пытаясь придумать, что сказать. Ивар засунул руки в карманы джинсов, глянул исподлобья чуть смущенной улыбкой.
– Вот так, охотница. Твои приключения подошли к концу, – он вдруг фыркнул, – проклятье, это все очень глупо.
– Ивар, ты не должен оправдываться, – я не выдержала, подалась вперед.
Ивар вынул руки из карманов и сжал мои пальцы. Он смотрел на меня так, будто не мог наглядеться.
– Я не оправдываюсь, охотница, – приглушенным голосом сказал он. – Я хочу, чтобы ты знала, как мне не хочется тебя отдавать. Никому. Даже твоей семье. – Ивар скрипнул зубами. – Ненавижу такие моменты.
Я не могла поверить, что навсегда прощаюсь с человеком, который смог подарить и любовь, и страсть, и опасность, открыл для меня целый мир и оказался настолько великодушным, что не стал удерживать при себе.
– Каждый делает то, что должен, – выдавила я. – Может, если бы мы родились в другое время. До перемены законов…
Ивар усмехнулся.
– До перемены законов, охотница, ты бы уже была замужем за лучшим охотником своего клана, и вокруг тебя бегала бы куча детишек. А я должен был бы жениться на достойной девушке из общины и со временем занять место старейшины после моего отца, – он покачал головой, – дело не в законах, охотница. Дело в том, что мы изначально родились по разные стороны баррикад.
Он в очередной раз был прав. Я шагнула к нему и прижалась щекой к его груди. Просто, чтобы послушать, как бьется сердце. В последний раз делала так, когда мы отдыхали после занятия любовью. А теперь не была уверена, что смогу услышать этот звук когда-либо еще.
– Может быть, тогда в другой жизни? – пробормотала я, закрывая глаза. – Если бы был шанс встретиться в каком-то параллельном измерении, где не существовало бы никаких баррикад…
Ладонь Ивара легла на мой затылок, крепче прижимая к его телу. Я почувствовала легкий поцелуй на своей макушке.
– Тогда я бы обязательно женился на тебе, охотница. И мы бы с тобой жили счастливо. До самой смерти.
Быстрым движением я скользнула кончиками пальцев по щекам.
– Тогда до встречи в другом измерении?
– До встречи. В другом измерении, Кира из клана охотников.
– Спасибо тебе за все, Ивар из общины лекхе…
Я подняла голову, и он прижался ко мне лбом. Его веки слегка трепетали, выдавая упорно подавляемые внутри чувства. Мысленно я умоляла, чтобы Ивар поцеловал меня хотя бы напоследок. Оставил еще одну маленькую крупицу воспоминаний о себе. Просто на секунду дал вновь почувствовать себя любимой.
Но он резко оттолкнулся от меня и пошел к машине. Я закусила костяшки пальцев, чтобы не закричать вслед. Не оборачиваясь, Ивар рванул на себя дверцу, запрыгнул во внедорожник и сорвался с места, как будто боялся, что останется еще на секунду – и не сможет уехать никогда.
Я не шевелилась, пока черная машина не превратилась в крохотную точку на пустом шоссе. Стало тихо, только ветер шевелил кроны деревьев и гонял опавшие листья под ногами. Я оказалась дома, но не могла отделаться от чувства, что мой дом остался где-то там, в нескольких часах езды от заповедника.
Перед глазами все поплыло. Я развернулась и побрела, спотыкаясь о кочки и корни. Выставила вперед руки, чтобы не наткнуться на ствол дерева. Слезы ручейками бежали по лицу и падали под ноги. Чтобы отвлечься, я начала представлять, что вернулась к прежней жизни. Что снова хозяйничаю на кухне с одноруким дядей Мишей, бегаю по лесам с братьями, беседую с отцом. Кадры из архивов памяти мелькали перед глазами, и я скучала по тем приятным моментам… но теперь они казались чужой историей.
Мое место было рядом с моим мужчиной. Как уже кто-то сказал прежде.
Я буквально заставляла себя передвигать ноги. Ивар уехал, и на этом все закончилось. Нужно уметь принимать решения головой, а не сердцем. Он поступил правильно, что принял решение за нас обоих.
Послышалось веселое мурлыканье, и я, неожиданно для самой себя, затравленным зверьком прижалась к ближайшему стволу дерева и затаила дыхание. Этот навязчивый мотивчик узнала бы из тысячи. Я осторожно выглянула из укрытия.
Коля, мой старший брат, стоял на стремянке и возился с одной из камер наблюдения, укрепленных по периметру. В зубах у него была зажата отвертка, из кармана куртки торчали какие-то проводки, на руках красовались резиновые перчатки. Он выглядел очень сосредоточенным на своем занятии и не смотрел по сторонам.
Я испытала такой прилив тоски по нему, что с трудом устояла на ногах. Осталось только выдохнуть, перестать прятаться и выйти навстречу. Я представила, как у Коли отвисает нижняя челюсть от моего появления, и отвертка падает на землю. Он наверняка сразу же потащит меня домой, а если буду медленно идти – подхватит на руки и понесет. После похищения ходить одной куда-либо я смогу не скоро…
Но ноги не двигались, будто в землю вросли. Брат продолжал мурлыкать песню и возиться с проводками. Я снова прижалась спиной к дереву и откинула голову, понимая, что совершаю самую большую глупость в своей жизни. От меня требовалось сделать всего один шаг, последний на долгом пути домой. И на этом бы все закончилось!
Я выдохнула. Отругала себя последними словами.
