Зейд, чувствуя, как мое дыхание участилось по совершенно другой причине.
Медленно, моя рука тянется вниз, проникая между ног. Влага собирается на моих пальцах, и я настолько удивлена открытием, что полностью забываю обо всем остальном. Всего на мгновение я наслаждаюсь тем что я возбуждена.
Мое дыхание сбивается, и в нем появляется стыд, но Зейд тоже это чувствует. Мое горло все еще зажато в его руке, он поворачивает голову, пока его губы не касаются раковины моего уха.
Теплое дыхание скользит по моему лицу, когда он грубо шепчет, «Ты знаешь, как твердеет мой член, когда я думаю обо всех способах, которыми я буду медленно пытать мужчин, которые причинили тебе боль?».
Я открываю рот, но из него не вырывается ни звука. Они испаряются на моем языке когда Зейд упирается бедрами в мою спину, и доказательства его слов впиваются в мой нижний отдел позвоночника.
Это должно оттолкнуть меня. Но это не так. И я цепляюсь за это чувство пока оно есть. Мне плевать, что это хреново, это гораздо лучше, чем постоянная агония.
Я закрываю рот и киваю, соглашаясь с мыслями, когда стыд отступает.
«Сейчас я коснусь твоей руки», — шепчет он.
Он держит мое горло в своей хватке, в то время как его свободная рука тянется вверх и обхватывает мою, роза все еще зажата в кулаке. Он крепко сжимает ее, заставляя острые шипы пронзают мою руку.
Я резко вдыхаю, шипя между зубами, прежде чем стиснуть их против боли. А потом он ведет наши руки вниз, пока мягкие лепестки не касаются моей киски.
Мои глаза закрываются, когда он скользит по лепесткам вверх и вниз, покрывая розу моим возбуждением.
Я чувствую, как кровь приливает к моим щекам, когда он снова поднимает ее и подносит мне капающий цветок.
«Зейд…»
Кровь стекает по моей руке, когда он отпускает мое горло, чтобы взять мою вторую руку. и подносит ее к розе, проводя пальцами по лепесткам.
«Ты чувствуешь, какие мягкие и влажные эти лепестки?» — шепчет он. Облизывая своигубы, я медленно киваю головой. Я чувствую, как кровь приливает к моим щекам, когда он снова поднимая ее и подносит мне капающий цветок.
«Зейд…»
Кровь стекает по моей руке, когда он отпускает мое горло, чтобы взять мою вторую руку. и подносит ее к розе, проводя пальцами по лепесткам.
«Ты чувствуешь, какие мягкие и влажные эти лепестки?» — шепчет он. Облизывая свои губы, я медленно киваю головой. «Вот что я чувствую каждый раз, когда нахожусь внутри тебя».
Черт, я чувствую себя как он…
«Держись за это ощущение силы, детка. Не отпускай его».
Я снова напряглась; мои мышцы напряглись. Вздрогнув, я вытолкнула навязчивый голос и заменила его образом пистолета, приставленного к их голове.
Спокойно и невозмутимо нажимаю на курок.
Я расслабляюсь, когда он вводит мой средний и безымянный пальцы в центр розы, точно так же, как если бы это была моя киска.
Боль, пронзающая всю мою руку, исчезает, когда глубокое удовольствие овладевает мной. Впервые за долгое время я чувствую чувственность и эротизм, продолжаю вводить и выводить пальцы из розы, пальцы Зейда держатся над моими. Я чувствую, как в моей душе нарастает давление, отчаянно требующее разрядки. Разные лица мелькают в моей голове, как в кино, и все они встречают одну над моими.
Я чувствую, как в моей душе нарастает давление, отчаянно требующее разрядки.
Разные лица мелькают в моей голове, как в кино, и все они встречают одна и та же смерть. Давление между ног растет и растет, пока я не убеждаюсь, что одно прикосновение моих пальцев отправит меня за грань.
«Зейд», — умоляю я, хотя не знаю, о чем прошу.
«Скажи мне, что тебе нужно», — говорит он, продолжая наши движения с розой.
«Я… Прикоснись ко мне».
«Не переставай чувствовать эту розу», — мягко приказывает он. Я киваю, мой живот сжимается, когда он проникает между моих ног.
От мягкого прикосновения его пальцев у меня чуть не заслезились глаза. Я погружаюсь и выхожу из розы, когда его средний палец упирается в мой клитор и начинает кружить вокруг.
Моя спина выгибается, и я не могу сдержать высокий стон, который вырывается наружу, когда сырое блаженство накатывает на меня.
Я заставляю себя чувствовать Зейда — чувствовать, что мужчина прикасается ко мне. Заставляет меня чувствовать себя хорошо. И что я наслаждаюсь каждой секундой этого. А потом я вытесняю других мужчин из своего сознания и думаю только о том, кто обхватывает меня.
Я не хочу приходить с образами развратных монстров, которые украли у меня, даже если я снесу им головы. Я хочу видеть только человека. который дал мне все. Зверя, который сломил мою волю, чтобы я поддалась ему и в то же время показал мне истинное значение любви и преданности.
«Зейд», — лепечу я, когда оргазм достигает своего пика. Я слышу его шипение сквозь зубы, когда он крутит мой клитор быстрее. Его вторая рука все еще обхватывает мою и стержень, зажатый в моей руке. Он сжимает кулак, вгоняя острые шипы глубже в мою плоть. Боль смешивается с пьянящим наслаждением, и хриплый крик вырывается наружу.
Кровь струйками стекает по моей руке, капает с локтя на живот. Я смотрю вниз, наблюдая, как струйки красного направляются туда. где Зейд прикасается ко мне.
Мой рот приоткрывается, эйфория накатывает, когда я смотрю на него. Его рука чертовски массивная, с длинными пальцами, толстыми венами по всей длине, которые, кажется, пульсируют, когда он поглаживает мой клитор.
Это так эротично, что я не могу больше сдерживаться. Я вскрикиваю, когда наконец отпускаю его, оргазм обрушивается на меня с такой силой, что я чуть не падаю на пол от его силы.
Зейд рычит, обхватывая мою киску, пока я катаюсь на волнах, мои бедра бьются о его руку, пока его имя наполняет воздух вокруг нас.
Я чувствую, как он напрягается подо мной, но я слишком потеряна, чтобы заботиться об этом. Я слишком отчаянно хочу чтобы это чувство никогда не кончалось.
Мы оба одновременно роняем розу, и я не останавливаюсь, чтобы подумать о том. что я делаю, когда я тянусь назад, хватаю лицо Зейда обеими руками и прижимаю его губы к своим.
Глубокий гул вибрирует в его груди, и он снова захватывает под нижней частью моей челюсти, обеспечивая нам обоим лучший угол, пока он пожирает меня.
Его язык бьется о мой собственный, пробуя меня на вкус, пока мои губы
