– А как же люди? Как они довели до этого? Как отнеслись к этому?
– Одни хорошо, другие плохо. – Нево слегка скривился и скосил глаза. Гуманоиды существа совсем иного склада, со своими понятиями, даже в ваше время. А представьте, во что это превратилось. Когда умами овладел совсем иные масштабы, измеряемые сотнями и тысячами звездных систем. Конструкторы также быстро фрагментировались. Они были более приспособлены к существованию в новых условиях. И цели у них, благодаря общему информационному пространству, были совсем иные. И более многоплановые.
Тем не менее, несмотря на конфликт, завоевание звездных полей шло своим чередом.
Запуск первых звездолетов, как рассказывал Нево, послужил великим отклонением от моей оригинальной нетронутой истории.
– Люди – ваше, новое человечество, изменили в этом мире все, что только поддается изменению, включая геологию земного шара. Причем в космическом масштабе. Вряд ли вы в состоянии понять…
– Что?
– Эти темпоральные границы: миллионы, десятки миллионов лет.
– Ну, допустим, ведь нам уже пришлось махнуть туда-сюда на полсотни миллионов лет. Слетать в палеоцен и обратно.
– Но тогда другое дело. Тогда мы путешествовали сквозь историю, в которой еще не появилась разумная жизнь.
– Представляю, какие пертурбации творились с Землей!
– Если бы только с ней! Это было нашествие термитов разума на само вещество Вселенной – жадное, всепожирающее. – трагически прошептал он. – Даже мы, морлоки.
– Ну-ну, даже вы.
Он вдруг стал похож на ученого муравья, наделенного разумом, что смешило меня небывало.
– Вы только посмотрите на это небо, – говорил он. – Где вы видите звезды? А ведь это лишь 1891 год. И никаких космогонических причин для вымирания и затухания звезд нет. Но своими привыкшими к тьме глазами я вижу немного больше чем вы. И скажу вам – там, в небесах есть то, чего вы не видите. Это красные точки инфракрасного спектра излучения. Они говорят о присутствии тепла. Их много: бесконечное множество.
Я вздрогнул:
– Значит, этот правда… Ваша гипотеза о развитии Галактики победила. Доказательства налицо, в самом небе! Звезды опять покрыты искусственными колпаками. Упрятаны в металлическую скорлупу. – Я с тоской поглядел в пустоте небо. – Боже мой, как же это! Нево, значит люди пошли по пути морлоков!
– Все неизбежно пришло бы к этому, после запуска первого Конструктора.
– Да, и вследствие моего необдуманного запуска первой машины времени. Теперь мне понятно, куда подевались люди.
– Нет, – отрезал морлок, – там – он показал в небеса, – людей нет и быть не может.
– Откуда вы знаете?
– Я знаю все. Через Конструкторов. Там нет и следа существ, подобных вам. Временами, конечно, встречаются особи, имеющие биологическую близость к вашему роду. И даже, быть может, человеческое происхождение – но и только. Ну, как, – я, по вашему, – достойный потомок человека?
Я удрученно покачал головой.
– То-то. Эти создания не ближе к вашему роду, чем киты или слоны вашей родной планеты.
Тут мне на ум память пришла цитата из Дарвина:
– "Судя по прошлому, можно с полной уверенностью заключить, что ни один из ныне живущих видов не сохранится в отдаленном будущем…"
– Дарвин был прав, – заключил Нево, беспощадный, как сама идея, что никого не осталось в Галактике, имея в виду представителей собственного вида и окружавших его видов, четвероногих, хвостатых, пернатых побратимов – никто не устоял перед наступающими силами эволюции. Я снова один во Вселенной! Но сколько их там? Трудно себе представить, что в том мире будущего не осталось не одного из известных мне видов в том мире, где даже на звезды натянули колпаки, укрывшие свет и тепло от бесчисленного множества планет. Кто там: рыболюди? Птицезвери? Люди, состоящие целиком из огня, или кристаллов? Представляю, какие истории мог бы принести из этих миров Гулливер.
– Человек умер, – заключил Нево. – Как и все остальные близкородственные существа. Бессмертны лишь Конструкторы. С их появлением отпала необходимость в эволюции видов. Теперь исчезло понятие расы и наследственного материала – сохраняется только информация. – И он победоносно посмотрел на меня. – Улавливаете суть?
– Конечно, – горько промямлил я. – Все снова свелось к вашей морлочьей идее.
– Да! Это живые компьютеры!
– ?
– Аппараты для обработки информации. Они бессмертны.
Я удрученно посмотрел на голый ландшафт за окном. Белая Земля, огромная пустыня из льда, раскинулась перед моими глазами. Эти новые механические аргонавты превратили мир в звездное подземелье, где все укрыто монументальными сводами, где все разумные особи выращиваются точно овощи с единой целью сохранения знаний – и где жизни как таковой – или того, что мы, люди, наивно привыкли считать «жизнью» – в человеческом понимании – нет! Старый Адам был окончательно заменен механизмами, а человек примкнул к череде выцветших остовов рептилий и мастодонтов, выстроившихся в музее естественной истории.
И все это вышло из маленькой колонии, оставленной мной на берегу палеоценового моря. Из маленькой горстки людей числом двенадцать человек, из горстки семени, брошенного в почву пятьдесят миллионов лет назад.
8. Предложение
Время тянулось медленно в этом странном, изолированном мире. Нево, казалось, был вполне удовлетворен средой обитания, в которую мы попали. Днями напролет он торчал возле Универсального конструктора, купаясь в информационном море. На меня у него не оставалось даже часа. Видимо, рядом с этим кладезем механической мудрости я стал для него опять банальным дикарем, и он уклонялся от встреч.
Я, в свою очередь, бродил по замкнутым апартаментам, развлекался душем, пытался получить удовольствие хотя бы от еды, которой нас здесь пичкали (те же суррогаты!) и поигрывал с шаром на столе генератора множественности, понемногу погружаясь в пучину депрессии.
Мне совершенно нечего было делать! Кроме как влачить жалкую растительную жизнь. Живи я среди таких же себе подобных бездельников, моя жизнь имела хотя бы какой-то смысл, а здесь я был лишен всего, даже компании.
И вот, когда я уже тонул в болоте ничегонеделания, ко мне явился Нево с так называемым «предложением».
В комнате, где сидел закадычный друг морлока – Конструктор, вперив механический глаз в его внутренности, морлок говорил:
– Вы должны понять подоплеку всего этого.
– Я уже многое понял, – откликнулся я, зевая.
– Дело в том, что цель у Конструкторов несколько иная, чем у вас, или у меня.
– Ну, если дело только в том… то я не понимаю, в чем где ваше пресловутое «предложение».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
