Доминион бьется за то, чтобы освободить сектора на севере и северо-востоке галактики от участи контроля «Консорциумом Занна».
Толпа зашумела еще сильнее.
— Конечно, вы и этого не знаете, — продолжал Траун. — Но Тайбер Занн жив. Более того — часть секторов на востоке, в том числе и Новая Республика, находятся под контролем еще одного преступного синдиката, действующего из тени. Именно с их флотом вы сражались при Кесселе. Они хотят поделить галактику. Каждый в ней хочет урвать свой кусок. И мнение разумных, мирных жителей, страдающих от войн, никому не интересно. Кроме…
Гранд-адмирал сделал еще одну паузу, позволяя разумным самостоятельно дойти до нужного ответа.
— Ни одна из планет Доминиона не стала полем битвы с тех пор, как он был образован, — продолжил Траун. — Наши границы надежно защищены. И у нас достаточно оружия, чтобы бороться с агрессорами. Что мы, собственно говоря, и делаем. Мы боролись, боремся, и будем бороться. Что же касается ваших лидеров… Кому из вас они сообщили о том, что имперские силы и военачальники, сбежавшие в Галактическое Ядро, контролируются воскресшим Императором Палпатином?
Толпа начала бесноваться.
— Он жив, — как оказалось громкости динамиков достаточно, чтобы перекрыть гомон толпы. — И вскоре он нападет. Он натравил на Альянс и Новую Республику Имперские Осколки, чтобы сделать все своими руками. Как только обе стороны будут истощены, он захватит галактику. В том числе и Доминион. Чего я не желаю. В первую очередь — потому что я обещал защиту этому государству. И свое слово я привык держать. Я отпустил всех пленных, какие были мной захвачены в прошлом году. Я отпустил ваших героев и сообщил им об угрозе Палпатина, чтобы они были готовы. Насколько я вижу, они заняты сведением счетов. В таких обстоятельствах, — Траун посмотрел прямо в объектив голокамеры, словно хотел заглянуть в глаза каждому из пленников, — я предлагаю вам присоединиться ко мне. Встать под знамена Доминиона. Подняться на борт наших кораблей и взять в руки наше оружие. Войти в состав нашего Штурмового, Пилотского и других корпусов. Всем вам, кто согласится присоединиться — и сделает это открыто, без затаенного зла, без желания навредить и предать — мы примем с уважением и пониманием. Ваша выслуга, ваши звания будут сохранены. Военнослужащие Доминиона имеют гораздо больше льгот, чем любые другие войска в галактике. Мы в состоянии благодарить наших бойцов за то, что они рискуют своими жизнями. Здесь и сейчас я даю вам обещание, что режимы, воинственно настроенные по отношению к Доминиону, будут уничтожены. Отдельно хочу заметить, что в любом случае, когда придет время, режим Фей’лиа будет смещен, низложен, а каждый его сторонник — предан суду.
Траун замолчал, и его молчание сопровождала гробовая тишина.
— Уверен, что не все из вас согласятся на подобное, — продолжил Траун. — Это выбор, который касается каждого. Я не принуждаю. Я предлагаю. Вы вольны отказаться. В Доминионе насильно никого ни к чему не обязывают. Любой военный из другого государства, даже если он поднимал против нас оружие, может стать частью нашей армии и флота — условия я уже сказал. Те же, кто не считает мои слова достоверными… Что ж, нам с вами не по пути. Мои бойцы слушаются меня безоговорочно. Верят мне на слово. Подчиняются. И знают, что я их не предам. Никогда. И ни при каких обстоятельствах. Так что, если вы решите, что вам с нами не по пути — других вариантов в вашей жизни больше не будет. Все желающие присоединиться к Доминиону — сообщите об этом охране. Да, вы будете делать это под взглядами своих боевых товарищей. Считайте это испытанием. Тот, кто стыдится своего желания воевать на ПРАВИЛЬНОЙ стороне — мне тоже не нужен. У вас есть сутки, чтобы принять решение. Те, кто уже сейчас принял решение отказаться от предложение — подойдите к центру отсеков. Вас доставят на Кессель незамедлительно и ознакомят с решением, которое будет принято в вашем отношении. Я сказал свое слово. Решение — за вами.
Гранд-адмирал отключил микрофон
После этого посмотрел на Пеллеона.
— Подготовьте транспортные корабли, капитан, — приказал он. — Вскоре нам потребуется перевезти некоторых их наших пленных в тоннеле Кесселя.
— Не слишком ли жестоко, сэр? — спросил Каин. — Они ведь военнопленные… отдавать их на съедение…
— Уголовный закон Доминиона не подразумевает расправы над военнопленными, генерал Каин, — отрезал Траун. — Но это не мешает нам продемонстрировать самым идейным нашим противникам что с ними произойдет в случае бунта в колониях, где они будут содержаться впредь.
Каин машинально кивнул, понимая о чем говорит гранд-адмирал.
Военнопленных не казнят.
Только тех, кто подымает восстание против администрации учреждения.
Гранд-адмирал решил просто сэкономить нервы и время для охраны тюрем, заранее показав возможным бунтарям, что их жизнь может закончиться в когтях энергетического паука.
Лучшая прививка от глупости.
Глава 22
Если то, что видел перед собой капитан Ирв являлось привычным состоянием для ангара на кораблях Альянса, то следовало бы за ноздри притащить сюда старшего помощника, руководителя полетов и начальника полетной палубы, протереть ими все поверхности ангара, а затем поставить к ближайшей ангарной стенки и расстрелять к хатту.
Обязательно — на виду всей технической команды.
И пилотов.
Лучше всего — с трансляцией всего происходящего всему экипажу линейного крейсера.
С составлением журнала отметок о просмотре ролика.
И затем расстреливать каждого, кто расписался, но не внял наглядному предупреждению.
Потому как то, что увидел на полетной палубе МС90 «Каламари» капитан Ирв можно было охарактеризовать коротко и емко.
Бардак.
Разруха.
Горы демонтированных агрегатов и узлов МЛА, сваленные в кучу в дальнем углу.
Поврежденные истребители, в том числе и неизвестных Ирву типов, разбросанные по посадочной палубе.
Следы попаданий на перекрытиях и настиле, разбросанная техника и механизмы технической обслуги.
— Босс! — позвал его один из бойцов, указывая куда-то за спину Ирва. — Глянь какая посудинка.
Ирв стоял напротив атмосферного щита в полумраке аварийного освещения ангара.
И констатировал сразу две вещи.
Первая — противник явно поработал над тем, чтобы минимизировать ущерб от ионных пушек на платформе «Венаторов».
Потому как на корабле работало хоть какое-то освещение и искусственная гравитация.
А так же не отключились атмосферные щиты — даже следов волочения всего этого мусора по ангару не было видно.
Следовательно «прелестей» декомпрессии противник не испытал.
Что уже делало честь мон-каламарианским конструкторам — они извлекли уроки прошлого и улучшили конструкцию своего нового творения.
Второе — Аут-О был прав.
«Коликоидный рой» разваливался на глазах, прямо у борта МС90.
Внутренние взрывы рвали корабль как бумагу.
И каждая такая вспышка отражалась внутри Ирва душевной болью, словно уничтожению подвергалось не корпус его корабля, а собственное тело каперского капитана.
Выходит, он слишком прикипел к своему звездолету.
Наверняка — по причине того, что это последний флагман сепаратистского флота, с которым он был связан.
«Незримая длань» погибла.
«Черная Жемчужина» — в руках Тибероса.
«Коликоидный рой»…
Мощная вспышка озарила полутьму ангара.
Одновременно с этим ознаменовав детонацию кормовой части переломившегося пополам звездолета.
«Коликоидный рой» погиб.
— Чтоб им пусто было, — процедил сквозь зубы Ирв.
— Относись ко всему проще, — посоветовала сжимаемая в руке голова тактического супердроида. — «Провидение» — слишком стар для того, чтобы на равных сражаться с современными звездолетами.
— Но «Черная жемчужина» уцелела, — возразил Ирв. — Пусть ее и помяли хорошенько, подкоптили больше обычного, но факт остается фактом — этот корабль получил ничуть не меньше наших повреждений, но все равно цел.
— Потому что Тиберос вложил в модернизацию звездолета больше, чем тот того заслуживает, — пояснил Аут-О. — Орудия, пусковые установки, генераторы и проекторы дефлекторных полей — от «Побед», корпус перебрали практически полностью и установили современную броню, реакторы, двигатели, частично заменили силовой набор…
— Хватит, — махнул рукой Ирв. — У нас остался «Гозанти» Вейна…
— Босс! — снова позвал его все тот же подчиненный. — Сюда глянь! Кажется у нас есть еще один кораблик…
Не скрывая своего скепсиса, командир уничтоженного авианесущего разрушителя перевел взгляд на объект, который указал словоохотливый подчиненный.
Даже лучей бардово-кровавого аварийного освещения было достаточно, чтобы разглядеть звездолет во всей его красе.
Не слишком большой, не дотягивающий до размеров даже утлого корвета или фрегата.
Нечто среднее между патрульным кораблем и частной
