Читаем без скачивания Игра с огнем - Анна Джейн

С этими словами Петр, спешным шагом покинув кабинет, направился к охране, стоявшей снаружи: Лида не должна была покинуть «Алигьери» до того, как он не познакомился с нею поближе. Она очень сильно заинтриговала его. А вообще он не любил, когда кто-то от него сбегает.

Однако Петру не повезло – девушка как сквозь землю испарилась. В клубе ее уже не было, и, судя по тому, что засняли наружные камеры наблюдения, она спешно выскочила из здания «Алигьери», очень быстро поймала таксиста-частника, номера которого не удалось зафиксировать, и уехала в неизвестном направлении.

Таксиста найти тоже не удалось. Расспросы многочисленных работников ночного заведения ничего не дали – только удивили их. Молодой хозяин еще никогда с таким упорством чуть ли не полночи не искал какую-то постороннюю девушку.

Петр упустил свою высокую брюнетку и хотел уже, было, рассердиться, но подумал неожиданно, что все не так плохо – он всегда сможет найти ее через девчонку брата, они ведь учатся вместе.

– Я тебя все равно найду, – сам себе сказал молодой человек, поправляя очки на переносице, порядком удивив двух охранников, сидевших за мониторами, появившегося откуда-то арт-директора в компании с начальником службы безопасности и все туже администратора, что сопровождала его. – Найду, и мы пообщаемся. Хм, и чего она вдруг решила убежать? Захотела поиграть в Золушку? Ну что же, твой принц тебя найдет. Только не жалуйся потом на то, что принц черный.

И молодой человек засмеялся, довольный своей шуткой. Остальные присутствующие только лишь переглянулись. Спрашивать о том, кто такая эта Лидия, они благоразумно не стали.

Стоит заметить, что не только двоюродный братишка Петра пал когда-то жертвой сплетен, второй Смерчинский-младший тоже в некотором роде стал жертвой домыслов. Среди работников клуба поползли слухи, что их хозяин нашел себе кого-то вроде постоянной девушки. Уединился с ней в своем кабинете. Нес туда чуть ли не на руках. Даже подрался из-за нее с одним парнем. На всякий случай арт-директор, сокурсник Петра, парень с чувством юмора, раздобыл более-менее хороший снимок Лиды, полученный из одной достаточно качественной видеозаписи, и показал его всему персоналу, объявив, что это, возможно, герлфренд господина хозяина. Несли ее кто-то увидит около «Алигьери», пусть немедленно пропускает в клуб просто так, с улыбками на лице и почтением во взоре, а еще лучше – пусть сразу ведет в кабинет Петра. Слово «возможно» было многими просто не расслышано.

Кстати, и Даниил Юрьевич через какое-то время тоже уже был в курсе, что его второй внук нашел себе некую загадочную девушку, которую он всюду ищет и из-за которой вступает в драки. По этому поводу он даже позвонил Денису, порядком удивив его, а потом поехал к своему старшему сыну – отцу Петра, и вместе они решили, не без участия очень либерального родителя Дениса, что пока дело не дошло до серьезных официальных отношений, вмешиваться в личную жизнь Петьки они не станут – пусть их всегда нервный и отстраненный мальчишка-меланхолик с задатками высокомерного кретина поживет, как его душе угодно.

Меланхолик-кретин о решении старших, естественно, не знал и о слухах не догадывался, но Лидию твердо решил найти – на днях. А пока что вновь занялся своими проблемами, которые требовали немедленного решения. Молодой человек поразмыслил над словами Ника и утром встретился с Мартом, чтобы окончательно прийти к общему решению. Они, не торопясь, пару часов за хорошим коньяком обговаривали все детали и возможные последствия, а также способы отмывания денег. Идея отмыть деньги с помощью благотворительного бала «Ночь жизни» пришлась Андрею Кларскому по душе.

Вместо того чтобы нормально провести эту ночь – а нормально для Ника имелось в виду, прежде всего, спокойно поспать положенные восемь часов, он вынужден был терпеть рядом свою неуправляемую подружку, впервые в жизни попробовавшую наркотическое вещество. Ее не отпускало часов пять. Первые два она была весела, энергична и бешенно игрива, все время порывалась кого-нибудь обнять и поцеловать: сначала самого Никиту, которому только не проходящая злость на Смерчинского и раздражение из-за проблем с клубом и товаром не давали возможность расслабиться и действительно распустить руки. Девчонка с малиновыми теплыми губами все-таки заводила его. Правда, минут через двадцать она прекратила приставать к молодому человеку и перестала громко кричать ему: «Раздевайся». Теперь Карлова стала испытывать необъяснимую любовь едва ли не ко всем и все порывалась танцевать под заводную электронную музыку. Никита, естественно, от себя никуда ее не отпускал. Ее поведение выводило его из себя. А еще больше нервировало то, что симпатии светловолосой девушки перекинулись на всех мимо проходящих парней.

– Ты такой милый, – вырвавшись в очередной раз из рук Никиты, с восторгом сообщила Ника пареньку лет восемнадцати, который пару минут назад вернулся с танцпола и сейчас жадно пил пиво. Сами Ник и Ника только что покинули кабинет Петра, и теперь Кларский, отчитавшийся по телефону брату, вел лжеподружку по направлению к выходу, желая удушить в машине. Он прекрасно знал, что ближайшие пару часов она не сможет успокоиться и решил увезти куда-нибудь подальше.

– Я? – тут же во все зубы улыбнулся паренек подвижной симпатичной девушке с расширенными зрачками.

– Ага, ты. Ты офигительный тип, – прокричала Ника.

– И ты ничего! Пойдем танцевать?

– Пойдем, – согласно кивнул Никита, появившись за спиной девушки и хватая ее за локоть. – Любишь танцы втроем, парень?

– Э-э-э, нет.

– Тогда исчезни, – тихо предложил ему Кларский и проговорил в лицо обиженной девушки: – Ты опять чуть кого-то не подцепила, вот же ты… Иди спокойно!

– Мой пушистик, – заявила ему тут же Ника и попыталась повиснуть у него на руках. – Я хочу танцевать!

Парень молча прикрыл глаза, успокаиваясь, взял девушку за плечи и повел дальше, к выходу. Он не без труда довел ее до машины и запихнул на заднее сиденье. Всю дорогу до дома она смеялась, высовывалась чуть ли не по пояс в окно, радостно махала всем мимо проезжающим авто и даже чуть не вывалилась на дорогу. А еще один раз, хохоча, как заводная обезьянка, закрыла парню глаза ладоням – и он едва не врезался в припаркованный у обочины автомобиль. Ник резко вдарил по тормозам, остановился, пересадил пребывающую в нездоровой эйфории девушку на переднее сиденье, плотно пристегнул ремнем безопасности, а руки ей перетянул ее собственным ремешком. Это у него получилось не с первого раза – оставаться обездвиженной Нике совсем не хотелось, и она всячески отбивалась от молодого человека, под воздействием наркотика совершенно перестав его бояться и забыв об их договоре.

– Не трогай меня, я хочу танцевать, – верещала она. – Отста-а-ань!

– Заткнись! Дай руки. Дай мне свои руки. Вот дрянь, еще и кусаться вздумала! И почему я должен с тобой возиться?

– Потому что ты мой паа-а-арень, – обрадовала его Ника, все на свете перепутав. От такого заявления молодой человек стукнул ладонью по рулю.

– Размечталась.

– А на тебе комар сидит. Он пьет твою укропскую кровушку. Волшебный комар.

– Ника, дай мне свои руки, – чувствуя, как ненавидит эту девицу все больше и больше, произнес Кларский. Он решил пойти на хитрость.

– За-а-а-че-е-ем?

– Затем. Я кое-что хочу тебе сделать. Ну же, обними меня? Ты ведь хотела этого? Обними.

Кажется, девушка впервые слышала такой ласковый тон из уст этого человека. И она, поверив этому тону, доверчиво потянулась к парню, закрыв блестящие от ярких новых эмоций глаза.

– Умница.

Парню пришлось пойти на уловку. Отвлекать Нику он стал не чем иным, как довольно долгим поцелуем, который из простого прикосновения его губ к ее щеке перерос в продолжительный и, как ни странно, довольно страстный. Во время него она прекратила сопротивляться, стала беззащитной и слабой, и Никита, все же поймав ее непослушные руки, кое-как смог перетянуть ей запястья ремнем.

Напоследок он мстительно слегка прикусил ей губу, небрежно провел по растрепанным светлым волосам рукой и рассмеялся, увидев ее большие жалобные глаза, и, довольный собой, поехал дальше.

– Эй, ты меня обманул, – ныла всю оставшуюся дорогу девушка. – Мальчик, эй, мальчик! Поцелуй меня еще раз, а?

– Перетолчешься.

– Зачем ты завязал мне эти… как их, руки?

– Чтобы ты сидела спокойно, дура.

– Дядя Укроп, ты… Того… целуешься плохо. Дэн лучше, и мой бывший тоже лучше, – засмеялась Карлова по-детски громко. – М-м-м, у тебя такие губы жесткие. А-а-а, там огни горят, смотри!!

– Чертова кукла. Закрой пасть, – повернул по направлению к собственному дому Никита. Сначала он хотел заехать к ней в квартиру и оставить там, но, подумав, решил, что она обязательно что-нибудь сделает если не с квартирой, так с собой, и тогда у него больше не будет подружки, покрывающей Ольгу. Поэтому, скрипя сердце, повез к себе.