сын министра с остаточным раздражением. — И здесь сойдёт, — продолжил он, задумавшись о том, кому и что можно сказать насчёт пиратов и вообще.
На самом деле представители рода Мизуна уже не раз подходили к главе Дикой Охоты, осторожно зондируя почву в направлении того, чтобы аккуратно спровадить их компанию куда подальше. Присутствие сразу трёх тейгуюзеров, один из которых способен телепортироваться и переносить с собой группы других воителей, очень сильно нервировало этих высокородных недобунтовщиков. Им пришлось свернуть большую часть своих приготовлений и даже ослабить блокаду центра региона. Да и продвигаемая ими риторика сильно снизила свой накал, а уличные крикуны и как бы свободная пресса начали вещать о недовольстве исключительно наместником — и о подчёркнутой преданности Императору с премьер-министром.
Сюра, видя это, только посмеивался про себя. На самом деле отцу абсолютно плевать, во что выльется это противостояние. Победят Мизуна и Ван? Отлично! Уже давно разработан план десантной операции на побережье и переброски элитных войск через перевалы (Кокэй сдох, но проведённые им приготовления остались, достаточно лишь отдать приказ).
Наместник справится сам? Тоже хорошо. Он неизбежно примется подавлять местную вольницу и станет клянчить поддержку, взамен на земли и предприятия побеждённых. Выгода меньше, но риски с затратами и вовсе отсутствуют.
Однако интересы разведки, в случае победы здешних князьков и их последующего подавления имперской армией, неизбежно пострадают. Поэтому Сайкю и намекал на то, что искать пополнение в Дикую Охоту окажется удобнее именно в этом краю многочисленных монстров и усобиц. В целом он оказался прав, Северо-восток просто кишел различными преступниками, на достаточно высоком уровне владеющими духовной силой: Ученики, Адепты, Воины — и даже, по слухам, целый Мастер! Вновь разгорающаяся усобица поставляла различных предателей, дезертиров, потерявших господина и остатки здравого смысла ронинов, горные кланы не прекращали свои грабительские налёты, да и пираты не слишком выделялись на этом фоне.
Жаль, что от первоначального плана — набрать под свою руку настоящую стаю бешеных зверей в людских обличьях, которых он, Сюра, будет держать в шипованных ошейниках и спускать на неугодную дичь — пришлось отказаться. Это безымянные подземные крысёныши Сайкю могут творить всё, что придёт в голову командования или загорится в их гнилых мозгах: они никто, — а вот действия сына премьер-министра неизбежно станут объектом пристального интереса его противников. И то, если вспомнить скандал, разгоревшийся после предательства Кровавой Акаме и его последствия, неприятно отразившиеся на главе разведки, стоявшем у истока проекта…
Как бы ни хотелось отмахнуться от слов Эрис, но девчонка права: жестокость, приправленная справедливостью (или хотя бы её убедительной видимостью) вызывает страх и уважение, а она же, но беззаконная — только ненависть и ожесточение. И не только она придерживается подобного мнения, даже министр разведки упоминал нечто подобное в одном из их разговоров.
Как бы Сюре ни хотелось воспринимать Империю своей законной игрушкой, но с таким подходом уважения от отца не добиться. Значит, подход надо поменять!
Что касается его недавнего позора, который и вызвал вспышку эмоций, то рассказывать об этом происшествии Сюра не желал категорически. Правда, после того, как они с Айроном под игру Эрис опустошили литровую бутылку рома, и моряк, выслушав часть резонов Сюры и его отца, ушёл собирать документы, за сына министра взялась оставшаяся с ним девушка. Глава Дикой Охоты сопротивлялся, но относительно благодушный настрой от выпивки и пения соратницы пошатнул его стойкость. Любопытная блондинка не отцеплялась, и её цель сдалась.
Сначала Сюра рассказал короткую версию об агрессивных и пришибленных на всю голову убийцах-наркоманах, но оговорка там, лишнее слово здесь... и постепенно последняя Фаулер — вот уж действительно, дочь своего рода, наследница потомственных офицеров Тайной полиции! — вытянула из него достаточно полную картину произошедшего.
И к удивлению немного нетрезвого собеседника, Эрис отчего-то заинтересовала внешность мелкой безумной сучки, её рыжей подружки — неудавшейся игрушки, а также описание проклятой твари, которая умудрилась его укусить. Мужчина, ожидавший традиционных и, как отчасти признавал он сам — справедливых, упрёков несколько удивился, услышав вместо них вопросы об ушастой пакости (что вообще за тварь под личиной кролика они завели?!), но не желая слушать очередные нотации, с готовностью стал отвечать. Сюра описал встреченную первой псевдо-аристократку, которая спровоцировала его своими ужимками, рассказал про наглую мелкую сучку, после получения ранга Мастера (увы, более чем заслуженного), вообразившую о себе невесть что. И очень удивился, когда заметил, как Эрис тихо плачет.
— Эй, чего ревёшь? Сказал же — ничего я бы с ней не сделал, не вмешайся та безумная сука, и я бы ушёл! Дерьмо! — ударил он по подлокотнику. — Когда ты плачешь, я чувствую себя мудаком!
— Ты убил Люци, — всхлипывая, произнесла девушка.
— Какую Люси, что за бред?! — в голосе мужчины звучало непонимание напополам с раздражением.
— Люци, Люцифер, кролик моей подруги, — всхлип, — ты убил его.
— Э-э, чего? — расширившиеся в изумлении жёлтые глаза встретились с зарёванными ярко-зелёными. — Когда ты успела спутаться с этим зверьём? — Увидев, как слёзы наполняют глаза его подруги и подчинённой, Сюра скривившись, добавил:
— Да не убивал я его! — "Хотел, но не успел". — Эта кусачая тварь точно не сдохла! Думаешь, простой зверь сможет укусить меня?
— Точно?
— Да, точно. Успокойся! — последовал раздражённый ответ. — Эта пушистая скотина живее всех живых! Буду я ещё обманывать из-за мелкой мохнатой гадости, — проворчал мужчина, потянулся к столу и, взяв бутылку с соком, отхлебнул прямо из горлышка. — И ты не ответила на мой вопрос: где и когда ты связалась с этой кучкой безумных Уродов*?
/* — здесь: «мутантов, чьи тела и разумы исковеркала не природная энергия, но алхимические наркотики-стимуляторы»./
— Они не Уроды, — тихий, успокаивающийся всхлип. — Куроме моя первая подруга! Она научила меня сражаться, два раза спасла от бандитов и даже помогла нашему раненому, а Акира его потом
