знаю, что он виновен, то он мой. Не нужно тратить время на составление протокола.
Я смотрю на него.
— Неважно, как далеко тебе нужно зайти, чтобы поймать плохого парня. Независимо от того, сколько жертв…
— По-моему, я оказал миру услугу. Я герой. У каждой из моих жертв был список обвинений длиной в милю. Подонки и ублюдки. Они знали, что это произойдет, и без них мир стал лучше.
Мания величия. Только Нельсон не герой этой пьесы. Он не может им быть.
— Ты использовал базу данных ФБР, чтобы выбрать жертву, — говорю я, обдумывая все. — Небрежно.
Он усмехается.
— Кто бы говорил, Доктор Смерть.
Я кидаю на него косой взгляд.
— Откуда ты узнал о «Голубом клевере»?
Молча, он идет по переулку в белой футболке и джинсах, совершенно непохожий на собранного агента ФБР, которого я помню. Он идет так, будто мы просто гуляем. Беззаботно. Не планируя ничего плохого.
Я для него не угроза. По крайней мере, не в обычном понимании. Частично исчезновение Нельсона объясняется тем, что он хотел избежать обвинений в нападении на меня. Но главная причина — побег Грейсона от правоохранительных органов. Нельсон одержим навязчивой идеей, потребностью схватить Грейсона. И он не хочет, чтобы ФБР ему помешали.
Нельсона нельзя недооценивать. Требуется немалая сила воли, чтобы отвернуться от привычной жизни в погоне за другой.
Что делает его опасным.
Он человек, которому нечего терять.
Мы достигаем места назначения. Я сама выбрала этот заброшенный гараж. Наконец Нельсон смотрит на меня и говорит:
— Ты мне сказала. — Он достает ключ, и я замечаю, что замок на ржавой металлической двери совершенно новый. Он толкает дверь и взмахом руки приглашает меня войти.
Когда я вхожу в гараж, у меня в голове всплывают воспоминания о Грейсоне. Я чувствую его повсюду.
Потом я вижу замки.
Я снова оказываюсь перед лабиринтом со сверкающими ключами. Только теперь мерцающие серебряные, золотые и бронзовые вещи смотрят на меня глазами с ржавыми выемками и ртами в виде замочных скважин.
— Это не твоя ловушка, — хрипло говорю я. Я узнаю конструкцию, детали — часы тщательного изучения и исследования потрачены не зря.
— Я не могу сказать, что это плоды моего труда, — говорит Нельсон, подходя ближе. — Но я могу ими воспользоваться.
Я чувствую резкий укол в шею, и реагирую. Я борюсь с Нельсоном и хватаюсь за иглу, глубоко погружающуюся в шею, когда зрение размывается. Меня охватывает сонливость, мышцы расслабляются.
Нельсон ловит меня до того, как я падаю на цементный пол. Я еле дышу, бешено бьющееся сердце — единственная часть моего тела, которая все еще борется.
— Я наживка, — шепчу я.
Он убирает волосы с моего лица и обнимает меня.
— Другого пути не было, Лондон.
Грейсон придет.
Это последняя мысль перед тем, как меня поглощает темнота.
Смерть свою встречай
— Ромео и Джульетта
Глава 55
ГРЕЙСОН
Совершенство.
Предполагается, что его можно достигнуть, если человек достаточно усердно трудится, достаточно жертвует, достаточно решительно настроен, чтобы добиться своего… но это само определение помешательства.
Что представляет собой эта сводящая с ума абстракция, которую мы называем совершенством?
Для каждого это что-то свое.
Для кого-то это блаженный момент полного и абсолютного удовлетворения, победы. Это сладкий проблеск небес. Мгновение, когда демоны уходят, а врата медленно открываются, предоставляя нам возможность мельком взглянуть на нечто святое.
Мы достигли вершины горы. Мы победили. Мы пожинаем плоды.
Ах, но эта награда не дается даром. У нее есть цена.
Страх.
Страх управляет нашей жизнью — этот душераздирающий ужас потери. Как только мы достигаем совершенства, на нас накатывает беспокойство, как демоническая сила, которая пытается украсть наш свет.
Правда — это щепотка соли на свежую рану.
После того, как мы пробуем сладчайшее совершенство на вкус, смакуя его на языке, все остальное кажется безвкусным. Или хуже того — тошнотворно-кислым. Быстро превращающимся в гнилую горечь, от которой мутит.
Чем выше мы поднимаемся, тем ниже падаем. На сокрушительно низкий уровень.
А внизу нас ждет жаркая адская яма.
Может быть, именно здесь мы с Лондон совершили нашу первую ошибку. Полагая, что мы можем разлить по бутылкам наш идеальный кусочек рая. Увековечить его. Оставить только друг для друга.
Может быть, мы еще можем.
Я улавливаю низкие басы, когда прохожу мимо «Голубого клевера». Натягиваю капюшон, укорачиваясь от пьяной смеющейся компании. На этот раз вернуться в Мэн было труднее. Раньше власти предполагали, что я сбежал куда подальше, теперь же меня ждали.
К счастью, агент Нельсон оставил мне след из хлебных крошек. Он хочет, чтобы я пришел сюда. Это означает, что у него есть рычаги воздействия. Она у него.
«Позволь ему забрать меня».
Слова Лондон преследовали меня, задавая направление с тех пор, как я сбежал из тюрьмы. Это ее идея, и, поскольку она доминирующее лицо в нашей паре, я уступил ее просьбе. Хотя это было непросто: я дважды настигал Нельсона и оба раза выжидал. И наблюдал.
Никто не может бежать вечно.
У таких мужчин, как мы, есть только два выхода. Быть пойманным или убитым.
Но в отличие от Нельсона у меня есть преимущество — красивый темный ангел, бросающий вызов условностям.
Я замечаю блестящий замок на двери гаража. Он открыт, что выглядит как приглашение. Когда я открываю дверь, то даже не пытаюсь скрываться. Нельсон ждет меня, Лондон ждет меня… так что вот он я.
И пусть игра начнется.
Я захожу внутрь, и как только я вижу ее, мое сердце пропускает удар. Оно бьется только ради нее.
Подвешенная под потолком на гидравлическом подъемнике Лондон парит, как ангел, словно видение.
Рот и глаза завязаны, но она меня слышит. С нее сняли одежду — тело выставлено напоказ, если не считать тонкого лифчика и трусиков. Металлические тросы охватывают запястья и талию… удерживая ее в воздухе… как красивую сломанную марионетку.
Тросы закреплены вокруг стрел подъемника — желтых стальных балок, поддерживающих автомобиль, — и она свисает ниже. Тросы поднимаются к потолку, туго натянутые как струны пианино. Нельсон перекинул их через вторую подъемную штангу, и они спускаются оттуда как струи дождя. Но вместо капель на концах тросов свисают гири с замками.
Я отвожу взгляд, чтобы изучить механизм. За несколько секунд я разгадываю схему.
Лифт установлен на таймер. Опускаясь с каждой минутой. Обратный отсчет закончится тем, что Лондон погрузится в 8-футовый транспортный контейнер.
Это прекрасно, правда, прекрасно.
Ловушка, которую мы с Лондон начали проектировать в первую ночь, что провели здесь, теперь завершена, в
