Потом тварь ушла. Мама снова стала мамой, она помогла Даше подняться и убрать, мама была страшно перепугана, она пила валерьянку и корвалол, а на следующий день, отпросившись с работы, поволокла Дашу в поликлинику.
Невропатолог, усталая и замученная жизнью пожилая женщина, не сказала ничего дельного. В переходном возрасте случаются подобные инциденты. Если припадок повторится, можно будет выписать направление на обследование, но пока это не положено, потому что очередь на обследование занята на полгода вперед и записывают в нее только по показаниям. Можно, конечно, все сделать быстрее, но тогда придется заплатить, и у докторши как раз есть координаты одного ее хорошего коллеги, который сделает все анализы оперативно и за умеренную цену.
Для Даши и ее мамы умеренная цена оказалась неподъемной.
Девушка долго убеждала маму, что это был просто несчастный случай, что чувствует себя великолепно и волноваться нечего. В конце концов мама сделала вид, что поверила ее доводам, но Даша понимала, что мама продолжает волноваться, и не только из-за того случая, который считает припадком. Странные и необъяснимые перепады в настроении Даши, несколько случаев, когда мама заставала ее врасплох во время контакта с Сетью – все это сливалось в четкий и страшный образ. Даша знала, что демонстрирует клиническую картину эпилепсии, и понимала, что мама тоже это знает. Если бы у них было больше денег, в жизни Даши появились бы врачи в большом количестве, но нужного количества денег не было, трудно сказать, к сожалению или к счастью.
После этого случая девушка стала воспринимать Сеть по-другому. Она поняла, что контакт с Сетью – дело не только увлекательное, но и опасное. Войдя в Сеть, Даша открыла себя инопланетному злу, но она больше не могла оставаться беззащитной, она просто не имела на это права.
Даша стала искать в Сети информацию, которая могла бы ей помочь, это было непросто, но она справилась. Она стала хакером, пусть не совсем крутым, но хакером. Самое большее, что она умела, – применять методики, уже опубликованные в Сети, придумать что-то свое было выше ее сил, но это и не было нужно, потому что она нашла очень интересные данные. Можно даже сказать, потрясающие.
Птицеподобные существа, появившиеся на планете ангелов, которых Даша назвала архангелами, имеют очень своеобразную психику, они способны взаимодействовать с Сетью напрямую, без посредничества технических устройств. И что самое удивительное, их ментальная техника годится и для других рас. Все, что нужно для того, чтобы ее освоить, – ненадолго побывать в теле архангела или ангела.
Даша стала ходячим живым терминалом и не просто терминалом, а складом хакерских программ, в любой момент готовых к применению. Она стала самой настоящей волшебницей, хотя ее волшебство действовало только в Сети. Девушка всегда имела при себе терминал, которым могла воспользоваться в любой момент и в любом мире, и еще она могла в меру своих знаний и умений воздействовать на работу Сети. Создать изолированную зону было выше ее сил, пробить астральный барьер – тем более, а вот взломать планетарный узел, к тому же плохо сделанный, оказалось по плечу.
Инопланетный агент Бонд больше не появлялся, наверное, рассказ Даши его полностью удовлетворил. Девушка начала успокаиваться, ей стало казаться, что кошмары навсегда ушли в прошлое, но однажды она обнаружила, что на Земле появился планетарный узел.
Это могло означать для Даши только одно – на Землю пришли чужие. Если бы земные ученые пробились к Сети самостоятельно, об этом давно трубили бы все газеты. А раз в прессе ничего об этом не говорят, значит, дело нечисто. Хотя Даша допускала, что узел могли создать люди, а информацию хорошо засекретить. Наученная горьким опытом, Даша решила проверить все сама. Если бы не кусочек Вудстока в моей голове, она бы все быстро поняла и, наверное, сама предложила свои услуги Габову. Но, к несчастью для нас всех, агент Вудстока сразу же поднял тревогу и заглушил узел, воспользовавшись телом Василия Зильбермана.
Даша поняла, что начало сбываться то, чего она боялась, – чужие проникли на Землю и готовят захват планеты. По нормам межпланетного права создание своего узла на чужой планете означает грубейшее нарушение суверенитета этой планеты, существа, явившиеся с добрыми намерениями, так не поступают. А если учесть еще то, как играючи они пресекли Дашину попытку провести разведку, приходится признать, что люди столкнулись с высокотехнологичной расой, которую не остановить, имея только те знания, которыми обладала Даша.
Девушка провела несколько экспериментов и убедилась, что узел вовсе не прекратил существование, а его просто спрятали. Не понимаю, как Даша сумела обнаружить, что основные функции узла по-прежнему работают. Насколько я себе представляю принципы работы Сети, это абсолютно невозможно. Надо обязательно подсадить в ее тело недели на две какого-нибудь хакера с дипломом Вудстока.
И вот теперь, когда Даша в очередной раз вошла в Сеть, астральное пространство внезапно пронзила мощнейшая помеха, сделавшая контакт с Сетью невозможным. Ее выбросило из Сети, а тремя секундами позже в ее тело вселился я.
8
Мы встретились в условленном месте – на детской площадке метрах в трехстах от школы. Мне пришлось ждать, когда у Даши закончатся занятия – в современной школе удрать с уроков не так-то просто. Многие думают, что школьная охрана защищает школьников от гопников и торговцев наркотиками, но это не так, главная функция охранников – следить, чтобы дети пользовались сменной обувью и не уходили с занятий раньше времени. Хорошо, что во времена моей молодости этого маразма не было.
Выбирая себе тело, я задал жесткие ограничения. Мне не хотелось оказаться немощной старушкой, выгуливающей внучка, и уж тем более самим внучком, взирающим на мир из коляски. Интересный вопрос, кстати – может ли путешественник по Сети вселиться в тело младенца, и если да, то какие потом будут последствия для путешественника и для младенца? Но узнавать правильный ответ экспериментальным путем что-то не хочется.
Я потребовал, чтобы мое тело принадлежало мужчине от двадцати до сорока лет. Я рассчитывал, что вселюсь в случайного прохожего, срезающего путь через детскую площадку к автобусной остановке, но мне не повезло. Когда мир переключился, я обнаружил, что качу перед собой коляску с восьмимесячным младенцем, а рядом и чуть впереди гордо шествует трехлетний ребенок, распевающий песенку про пластилиновую ворону.
– …седло большое, ковер и телевизор в подарок сразу вручат, а может быть, вручат, – продекламировал ребенок, на секунду задумался, повернулся ко мне и спросил: – Папа, а что дальше?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
