жизни окончательно сломили сопротивление упёртого беота, так не хотевшего отрываться от друзей и семьи. «Я вернусь, мои родные, — он сам не заметил, как прижал руку к видеофону в нагрудном кармане, — ради нас… ради светлого будущего!»
— Прошу прощение за ожидание, — следом за Каммандом в гравилёт поднялась Юмена, одарив окружающих счастливой улыбкой. Лицо Соланис буквально светилось от радости, что их поездка подходит к концу, — ну всё, ещё пять минут, и мы будем на месте!
***
Хотя они ещё не видели его, но даже обычные анимагены ощутили эту ауру. Словно огромный шар света и тепла, храм Хора Ауколис излучал такой позитив, что они не могли не улыбаться, ощущая внутри умиротворение и радость. И по мере приближения, эти чувства усиливались. Впервые Арги поняла, насколько она по-настоящему устала. «Это то, чего мне не хватало, — она глубоко вздохнула, всё ещё вглядываясь в пульсирующую энергию внутри тёмной сферы. Как объяснила Юмена, позволившая оставить её себе, это были запасные энергоносители, питающие генератор гравилёта. Созданные телекинетиками, они вмещали в себя заряд, сопоставимый с уровнем небольшой электростанции, накопленный от разогнанных фотонов и заключённых в специальное стекло Нефольрона, — пси-технологии… хм… а ведь и правда, сколько можно было бы изобрести с помощью псионики. Когда всё закончится, обязательно договорюсь с нотами из лабораторного сектора о совместных разработках. Это же какой потенциал пропадает!»
Ненадолго очнувшись от раздумий, Арги почувствовала на себе взгляд Лупо, украдкой поглядывающей на неё. Обнаружив, что та заметила её подглядывание, волчица тут же отвернулась и сделала вид, что слушает Ани, бурно рассказывающей Камманду и Юмене о приключениях в Рахнаке и их побеге оттуда в Локантак. Видавший виды анрот лишь снисходительно улыбался, но вот новус с неподдельным интересом слушала её рассказ. Урси же стоял у дальней стены, и, кажется, ушёл в «истинный» мир, созерцая его через призму усиления гравилёта. «Она хочет что-то сказать, — спустя долгое время общения, Арги уже могла различить желания волчицы, — или спросить. Но не знает к кому обратиться? Что ей, интересно, нужно?»
Гравилёт летел настолько ровно, что они не чувствовали движения. Где-то снаружи завыл ветер, гуляя между высотных зданий. Остальные анроты и сталкеры летели с Роривером и Кадаслой в остальных транспортах, по словам Соланис направившихся в жилое крыло храма. Им выделили целый этаж, благо места хватало, и там они могли спокойно расположиться и обсудить свои дела. Такое доверие одновременно располагало и настораживало Арги. Новусы слишком отличались от людей… словно дети, поверившие в сказку.
— Мы подлетаем, — неожиданно объявила Юмена, жестом остановив рассказ Ани, — приготовьтесь.
— Быстро, — хмыкнула Лупо, посмотрев на вновь засветившийся генератор фотонного лифта, — очень быстро.
— Время больше не на нашей стороне, — загадочно проговорила новус, жестом приглашая их войти в разгорающийся белый свет, — Хор и Кайлити теряют лучших своих представителей и это надо остановить. И прежде, чем мы спустимся, я вам напомню последний раз: обдумывайте каждое слово прежде чем его произнести. Ложь мы различим сразу, а лишняя болтовня не послужит доброму диалогу.
— Понятно, — Камманд сделал шаг вперёд, осторожно заглянув вниз, однако из-за яркого света ничего не увидел, — сделаем это! — и он шагнул в луч, тут же исчезнув белой вспышкой.
Следом за ним молча последовала Лупо, напустив на себя беспристрастный вид. Хотя она понимала, что новусы наверняка увидят её беспокойство, но ей не хотелось выглядеть откровенно нервной.
— Ну… понеслась… — только и выдохнула Ани, на всякий случай закрыв глаза, прежде, чем исчезнуть в белом луче.
Арги также молча распрямилась и подошла к лифту. Внутри лисицы сейчас наступил такой покой и радость от избавления от усталости траура, что она совершенно забыла о страхе. С улыбкой кивнув Урси, мол, мы справимся, белая беот качнула хвостом, поправляя серебристый комбинезон, и быстро спустилась вниз.
— Урси, — окликнула его Юмена прежде чем он последовал за подругой, — я знаю, ты, как и я, больше всех хочешь мира… Твои друзья в глубине своих душ желают борьбы. Кто сам по себе не склонен к смирению, кто переживает внутреннее противостояние. Но ты не такой. Постарайся убедить Оперетту, ибо мои слова теперь будут значить не так много, как прежде.
— Я понимаю, — он невольно улыбнулся, осознав про себя, что ждал от неё этих слов, — я — это ты, ты — это я, Соланис Юмена. У нас одна цель.
Взгляд заполнил яркий свет, на секунду ослепив бурого беота, и заставив рефлекторно прикрыть глаза. В нос ударил аромат ладана и свежего воздуха, приносимого ветром. Ощущение тепла и радости усилилось, и он расслышал едва уловимую мелодию, льющуюся томным потоком и одновременно звонким ручьём прямо в глубины сознания, наполняя светом. В голове на секунду наступила тишина, а разум наполнился уверенностью и надеждой. И вот хор бесчисленных голосов зазвучал в его голове, изгоняя весь негатив, тоску и уныние. Урси ещё никогда не чувствовал себя столь хорошо. «Будто во сне… — он нехотя открыл глаза. — Как спокойно…»
Это место и правда походило на сцену театра. Высокие тёмные стены нависали над округлой площадкой, заволочённой густым дымом от ладанов и кадил. Мелькнула белая вспышка — это гравилёт, на котором они прилетели, умчался куда-то вдаль, открыв им обзор на ночное небо. Вновь подул лёгкий ветер, прогретый тепловыми установками наверху, немного разогнав дым и обнажив под ним огромную эмблему в виде вытянутой головы с шестирукавной звездой галактики на лбу, раскрывшую рот и сверкающую глазами. «Тайный знак Хора Ауколис, — догадался Урси, поднимая голову, — вот как он выглядит…» Прямо перед ними стояли, зловеще подняв внушительные выступы-клинки, три больших колонны, увенчанные площадками-трибунами. Белые светодорожки слабо светились на них в полумраке сцены, но лишь по ним можно было оценить высоту этих сооружений. Справа и слева также стояло по две колонны, правда, немного отличающихся от тех, что располагались впереди. Более тонкие и разрисованные, они изредка освещали пространство перед собой какими-то знаками, в которых Урси, присмотревшись, узнал древнеайварские слова-руны. Площадки наверху слабо озарял синий свет, излучаемый короткими стенками полуарок.
— Хор, что воспевает Песнь Ноосферы, именем Великого Храма Ауколис, — голос над ними мгновенно сломал Конвентумы Урси и Ани. Только теперь беот понял, что Хор — в буквальном смысле хор. Голоса новусов звучали как один, и их мощь сливалась в единую волю, куда более сильную, чем всё,
