на местоположение Тернера, и укрылся там.
Укрылся так же эффективно, как позже Тернер. Двое мужчин имели одинаковое обучение, приемы и тот же природный талант. Следующие полтора часа Дэмпси лежал неподвижно. Невидимый. Выжидающий.
Эти полтора часа закончились с прибытием Тернера, который въехал на место в новенькой арендованной машине. Солнечный свет пробился сквозь нависающую листву, прослеживая путь от передних колес автомобиля к двери домика.
Высокая фигура в коричневом вышла со стороны водителя. Дэмпси впервые со времен Колумбии увидел своего старого друга. Годы едва коснулись его. Тернер был таким же стройным и подтянутым, как и раньше. На его бледном лице не было шрамов, в отличие от Дэмпси. Глаза были такими же настороженными, как и всегда.
Дэмпси наблюдал, как Тернер подошел к задней пассажирской двери. Увидел, как он вытаскивает кого-то с заднего сиденья. Дэмпси узнал сильно разбитое лицо Сары Труман.
Запрятав Сару в домик, Тернер забрался обратно в машину и уехал. Но у Дэмпси не было сомнений, что он вернется.
Дэмпси рассчитал, что Тернеру потребуется минимум полчаса, чтобы вернуться пешком из деревушки, где он, несомненно, припаркует машину, чтобы не вызывать подозрений.
Иначе я был бы здесь не нужен, подумал Дэмпси.
Эти полчаса Дэмпси использовал с умом. Ко времени возвращения Тернера оружие Дэмпси было загрунтовано и готово к использованию. И оно останется таким на ближайшие несколько часов. Так же, как Дэмпси оставался неподвижным и скрытым, наблюдая, как его бывший друг выбирал идеальное место для своей задачи.
Способность Тернера сливаться с окружающей средой не притупилась с годами. Дэмпси в этом убедился лично. Примерно через час тщательного изучения он скрылся именно там, где предполагал Дэмпси.
Дэмпси внимательно наблюдал, как Тернер маскируется, искренне боясь, что в противном случае он не нашел бы его снова. Как только Тернер скрылся, Дэмпси использовал определенную ветку – часть укрытия Тернера – чтобы запомнить место. Затем он отвел взгляд.
Он не позволял себе зацикливаться на Тернере. Это только усилит его предвкушение и даст волю давно похороненным эмоциям. И то, и другое – пустая трата ценной энергии.
Вместо этого он использовал время, рассматривая расстояние и местность между ними. Сегодня имело значение то, как он может лучше всего защитить Дэвлина, Кейси и их людей. И для этого Дэмпси нужно рассчитать, сколько времени ему понадобится, чтобы добраться до Тернера, не будучи обнаруженным.
В обычной ситуации не было бы необходимости в том, чтобы иметь дело с Тернером лицом к лицу. Пуля преодолеет это расстояние в одно мгновение. Но это был не сегодняшний вариант. Дэмпси уже определил, что это слишком большой риск.
Он не мог выстрелить до приезда Хаверсьюма, пока были только они вдвоем. Дэмпси не знал, как Тернер и Хаверсьюм поддерживают связь, и поэтому он не мог рискнуть и снять Тернера на тот случай, если это насторожит Хаверсьюма. Он также не мог стрелять сейчас, пока братья еще не приехали. Не в том случае, когда Сару Труман и семью Лоренса окружают вооруженные люди. Заложники наверняка умрут еще до того, как Дэмпси перебьет всю группу Хаверсьюма. Даже когда Дэвлин и Кейси прибудут, немедленный выстрел был бы слишком опасен; звук стрельбы, даже всего один выстрел с глушителем, почти наверняка спровоцирует перестрелку до того, как Майкл, Лиам и их парни будут готовы.
Ситуация не оставила ему выбора. Тернер – самый опасный человек, которого Дэмпси когда-либо встречал, – должен был быть убит вблизи. А это значит, что Дэмпси должен был до него добраться.
Прижавшись к земле, Дэмпси медленно пополз в сторону Тернера.
Восемьдесят
Дорожка, ведущая к домику Макгейла, была узкой. Шириной с дерево. Она вилась вокруг холма, и в некоторых местах край был отвесным. Свет иногда пробивался сквозь листву, нависавшую сбоку и сверху. В тех местах солнце временно ослепляло любого водителя.
Это был достаточно рискованный маршрут. Испытание для самого уверенного в себе водителя. Пэдди О’Нил не был исключением. Его обычно агрессивное вождение было приручено, и у этого были свои плюсы. Майклу, по крайней мере, впервые было комфортно на заднем сиденье автомобиля О’Нила.
Многочисленные повороты вызывали у Лиама тошноту. Его лицо было необычайно белым, когда он, развернувшись, оглянулся сначала на Майкла, а затем на мужчин, которые сидели по обеим сторонам от него. Майкл проследил за взглядом своего брата и посмотрел на решительные выражения лиц своих спутников. Они пришли сыграть свою роль, прекрасно понимая, что ждет впереди. Было ясно, что ни один из них не пришел проигрывать.
– Мы подъезжаем к поляне. Все к этому готовы? – Вопрос Лиама был простым.
И простой ответ Майкла, по правде говоря, был «нет». Он знал, что они могут ехать навстречу своей смерти.
– Мы все готовы, – соврал Майкл. – Давай покончим с этим поскорей, Лиам.
Вид через ветровое стекло начал меняться, пока Майкл говорил, и они выехали на поляну. Машина остановилась, и все пятеро одновременно увидели одно и то же. Три белых внедорожника, окруженные группой из одиннадцати вооруженных людей.
– Я не вижу Хаверсьюма. – О’Нил заговорил первым. – А вы?
– Нет, – ответил Майкл. – Но это не значит, что его здесь нет. Он, наверное, внутри, с семьей Дэниела и Сарой. Пойдем.
Все четыре двери «Лэнд Ровера» распахнулись по слову Майкла. Пятеро пассажиров вышли и двинулись на поляну, держа оружие на виду. К ним сразу присоединились еще пять человек. Они следовали из Белфаста в отдельной машине.
Майкл целенаправленно шел впереди людей Лиама, к группе, которая его ждала. Хаверсьюма среди них не было. Зато в центре стоял худой мужчина средних лет. В нем было что-то дерзкое, самоуверенность человека, поставленного во главе. Майкл впился в него взглядом:
– Где Хаверсьюм? Он должен быть здесь.
– Он здесь. – Кокни-акцент Терри Барретта выделялся. Был каким-то инородным среди ирландских холмов. – Но вы не поговорите с ним, пока я не узнаю, что запись настоящая. Откуда мне знать, вдруг вы блефуете.
– Тони знает условия. Он показывает свое лицо или запись отправляется к журналистам. Он выйдет сюда или мы уйдем.
– Какие условия? – Ответ Барретта был чистым высокомерием. – Ты не в том положении, чтобы выдвигать условия, приятель. У нас ваша дамочка и семья вашего дружка, и мы убьем их всех, если ты не будешь себя вести как надо. А теперь перестань быть тупым ублюдком и покажи мне запись.
Майкл осмотрел худого человека с головы до ног, пока тот говорил. Годы опыта в зале суда привили ему понимание языка тела и блефа. Майкл чувствовал запах неуверенности.
– Никого ты
