вспоминать свою любимую, самую лучшую на свете матушку.
Итак, последние слова были сказаны, объятия заключены многократно – и девушки уселись в повозку, а сир Рафэль занял место рядом с Джеромом. Ещё пара минут на слёзы, и за выехавшими закрыли ворота.
– Не переживай, Жанетта, всё будет хорошо. Так, как ты мечтала, и даже лучше, – Мариэль обняла компаньонку за плечи и прижала к себе.
– Я восхищаюсь вашим самообладанием, – Жанетта высморкалась в платок. – Я от страха сама не своя, а вы так хладнокровны! Что, если морок не сработает или свалится с меня?
Мари, как могла, успокоила компаньонку. Достала флакон с духами и увлажнила виски Жанетты, по совету матушки, если вдруг в дороге девушек укачает. «Сады Владычицы» значилось на розоватой этикетке, приложенной к духам. Пространство заполнилось успокаивающим ароматом цветущих вишен.
– Пообещай мне одну вещь. Что бы ни случилось, я прошу тебя выполнить мою просьбу, – видя, что спутница готова мыслить здраво, Мариэль начала важный разговор. – Ради Владычицы, пожалуйста, береги честь моего имени и имени моей семьи.
Жанетта стянула с головы капюшон. Заправила локон, закрывающий левый висок, за ушко:
– Госпожа… Я боялась, что морок не добавит вам, то есть, мне, вашей новой метки, и я… я тоже принесла обет чистоты… Даю вам слово Жанетты Лами, ваша честь и ваше имя в надёжных руках!
Хладнокровие, которому так завидовала Жанетта, моментально покинуло Мариэль, и девушки обнялись, роняя слёзы на плечи друг другу. С трудом остановив поток прощальных страданий, Мариэль продолжила диалог. Протянула Жанетте шариковую ручку, переданную Некромантом, показала, как ей писать:
– Так я буду знать, что это точно ты мне пишешь. И запомни: если вдруг тебе будет угрожать опасность – снимай морок, постарайся добраться до портала и уходи к брату. Когда это случится, отправь на почтовый портал Армана любой предмет – цветок, лист, сухую ветку, что угодно, и я буду знать. Не думай в этот момент о моей чести: хуже будет, если тебе, например, захотят причинить вред Лоуренс или его шпионы. А на случай своего исчезновения я предупредила бабушку и приготовила письма.
Мариэль протянула Жанетте мешочек с монетами:
– Возьми. Если тебе придётся бежать, то деньги пригодятся. Я поговорила с бабушкой об этом, и она выделила мне сумму. Часть я оставила себе на всякий случай, так что… Жанни! – она всё-таки всунула в руку, оттолкнувшую её, не смотря на категоричный отказ. – Ты потратила свои сбережения на Мароя, я не могу этого так оставить!
Несколько минут убеждения, и последнее дело, имеющее отношение к Жанетте, было сделано. Мари вздохнула с облегчением. Впереди предстояло ещё два нелёгких разговора – с Арманом и Люсиль, которую ждал особенный прощальный подарок. То, что после его «вручения» может начаться скандал, Мари не беспокоило: это случится только если предположения относительно скрываемого дара Люсиль окажутся верными.
Повозка въехала во двор замка Делоне, и девушка заставила себя собраться с мыслями. По двору сновали люди, сир Марсий стоял на лестнице, разговаривая с одним из них. Заметив гостей, он прервал разговор и пошёл навстречу, попутно давая указания слугам.
*****
Личная комната Армана выглядела аскетично относительно тех, в которых Мари успела побывать. Широкая кровать без балдахина, единственным изыском в которой являлась высокая резная спинка. Банкетка и два кресла, обтянутые тёмной тканью, высокий стол с большим кувшином и стопкой книг. Конторка у окна и жёсткий стул возле неё. Однотонные тёмные портьеры сейчас были раздвинуты по бокам окон, удивляющих нелогичным мозаичным рисунком. Арман перехватил улыбку гостьи, рассматривающей вставленные бессистемно выбитые в мозаике стёкла, и объяснил, по просьбе наливая из большого кувшина воды в кубок:
– Весной заменят, отец решил пока оставить так.
Несколько минут назад сир Марсий жаловался гостям на причину замковой суеты, сопровождая их в гостиную:
– Суматошная зима, надо признать. Юность не даёт нам расслабиться. Впервые на моей памяти шутники устраивают ночную атаку по всем фронтам: мало того, что устроили беспорядок на этаже, ещё и стёкла побили в нескольких комнатах. Один мне чуть не попался, исчез на моих глазах порталом. Я сразу же отправил в Инквизицию запрос с просьбой разобраться и найти юмористов. Сегодня, ближе к обеду, обещали прислать превизиров.
Мари выразительно переглянулась с Арманом, а сир Рафэль возмущённо крякнул, сомневаясь, рассказывать ли соседу о ночном событии у себя дома. Взглянул на дочь, спрашивая разрешения, она пожала плечами.
– Сколько же их было? – спросил де Венетт, выбирая самое удобное кресло.
– Вернер сказал, что видел в комнате Армана четверых. Я видел ещё одного, в коридоре.
– Как чувствует себя сирра Элоиза? – Мари не хотелось встречаться с матерью Армана по одной причине – та, ревностно блюдя негласный статус Люсиль как невесты даже в её отсутствие, могла помешать поговорить с сыном наедине.
Сир Марсий хмыкнул:
– Готовится к отражению следующей ночной атаки. Напилась любимого успокоительного и почивает в гостевом крыле, там тише. В наших комнатах до сих пор занимаются окнами.
«Они ещё и раздельно спят? С таким-то характером – не удивительно», – брови невольно поднялись от удивления. На просьбу удалиться с Арманом, чтобы поговорить, сир Марсий кивнул, и отцы остались вдвоём, если не считать Вернера, невозмутимо замершего у дверей. Жанетту отправили к прислуге поболтать.
– Что на самом деле случилось? Сир Марсий до сих пор не в курсе политических интриг, поддерживаемых инквизицией? – Мари выпила махом всю воду и вернула кубок.
– Анри просил пока не делиться деталями, – Арман сделал приглашающий жест занять кресло, и гостья им воспользовалась. – Говорит, что не могут выйти на нужный след, им нужно время.
– А сир Анри понимает, что, пока они ищут нужный след, ты находишься в опасности? – Мари полезла в дорожную напоясную сумку, достала одну из сорванных с Лоуренса пуговиц и бросила её сидящему напротив Арману, тот ловко поймал мелочь.
– Что это? «Л. Р.», – юноша рассмотрел знакомый вензель. – Лоуренс? Откуда это у тебя?
Из сумочки возник сложенный лист бумаги и небольшой, с ладонь размером, мешочек.
– Я не могу ждать, когда инквизиция разберётся с шутниками. Мне одного хватило. Ночью Лоуренс, пьяный и слишком возбуждённый, заявился ко мне. Слава Владычице, в этот момент там находилась Жанетта. Это письмо Ленуару, передай ему, пожалуйста, раз он с тобой разговаривает. И это две порции «Истины Ирминсуля», зелья, которое заказывал старший инквизитор. Может пригодиться.
Арман вытащил один узелок, повертел в руках, понюхал:
– Что с ним делать?
Мари пересказала предупреждение Изель, юноша внимательно слушал, развязал тряпицу, щепотка измельчённых листьев, имеющая, по словам гостьи, небывалую силу, заинтересовала его. Понюхав листья, завязал их снова и убрал переданное, включая пуговицу Лоуренса, в ящик конторки.
– Если сопоставить факты, Лоуренс со своими шавками появился у нас раньше, чем у тебя, – Арман вернулся в кресло. – Они были
