Читаем без скачивания Играть, чтобы жить. Кн. III. Долг. Кн. IV. Инферно - Дмитрий Рус

– Вы не против, если я войду?

– Простите сердечно, совсем плохой стал, такого дорогого гостя на пороге держу!

– Завозите! – бросил пришлый себе за спину и аккуратно отодвинул мужчину к стене.

Двое рабочих в белоснежных спецовках со смутно знакомым логотипом вкатили через порог массивный транспортный контейнер с человеческий рост высотой.

– А… А это зачем?

– Вы сегодня сына собираетесь навестить?

– К-конечно…

– Ну не через смартфон вы будете в Виртнет погружаться? Вот мы и привезли все необходимое оборудование, через полчасика настроим, можно будет нырять. И не беспокойтесь, все расходы за счет благотворительного фонда «Дети – цветы виртжизни».

Пришлый быстро прошелся по комнатам крохотной квартирки, убеждаясь, что больше в доме никого нет. При виде бутылки водки осуждающе покосился на мужичка.

– Нервы… – Вдовец беспомощно развел руками и поник головой.

Тем временем технари на удивление шустро и профессионально сновали по гостиной, тыкая тестерами в розетки и негромко переговариваясь.

– Ставим тут – диван нах… Напряжение в сети – фиксирую скачки вольтажа, устанавливаю стабилизатор. Сетевой плаг – нет сигнала…

Мужчина виновато пробормотал:

– Отключили, наверное, у меня минус на бытовой карточке, только по социалке продуктовый пакет дают, тем и живу…

Техник раздраженно дернул щекой и натянуто улыбнулся:

– Не страшно, решаемо.

Защелкали замки транспортного контейнера, открывая взгляду драгоценное содержимое – тандемную медицинскую капсулу «Твинс-9 мод.».

Мужчина удивленно закрутил головой:

– А почему она… такая? Я по ящику другие видел!

– Двойная? – подсказал пришлый гость. – Так ведь у вас первое погружение, положено так, по инструкции. Вы с парашютом никогда не прыгали? Ну вот, а там первые прыжки исключительно в тандеме с инструктором. Не можем же мы вас в одиночку выбросить в Друмире, куда вы там один пойдете?

– Ну да, наверное… – не очень уверенно пробормотал вдовец.

Через полчаса слаженной работы технарей капсула оказалась подключена, прошла все фазы селф-тестов и теперь ожидала пациентов, приветственно распахнув пару прозрачных крышек. Больше всего она походила на майского жука, растопырившего жесткие крылья перед взлетом.

– Олег Юрьевич, не жмитесь по углам, ложитесь вот сюда.

Уже раздевшийся до исподнего мужчина, прикрываясь руками и стесняясь мятых трусов не первой свежести, неловко полез в призывно светящееся нутро капсулы. Наногель, прогретый до комфортной температуры, обнял и приподнял его тело, создавая эффект невесомости. Заворочались массажные валики, заставляя расслабиться напряженные мышцы.

– Ну вот и все, счастливых сновидений!

Нажатие сенсора – и прозрачный триплекс крышки вирткапсулы хищно чавкнул, герметично стыкуясь с основанием.

В глазах пришлого мелькнули настолько нехорошая ирония и злое торжество, что мужичок затрепыхался, пытаясь вырваться из цепкой хватки ложемента. Безнадежно, в режиме «Фиксация Пациента» наногель становился не только мягким, но и липким. У упавшей спиной в болото черепахи шансов вырваться больше, чем у клиента, доверившегося нежным объятиям геля. Едва слышно зашипел подаваемый в капсулу газ, накачивая внутреннее пространство ксеноном и погружая мужчину в глубокий сон. Проснуться ему уже не удастся…

«Твинс-9» позволяла установку широкого спектра дополнительных модулей, легко затачивалась под конкретную задачу и была горячо любима криминалом всех мастей – от хакеров и виртграбителей до спецслужб с грязной репутацией.

В теории капсула предназначалась для плотной работы врача с пациентом, замыкая на медика все ощущения ведомого в тандеме и позволяя производить полноценную диагностику или психокоррекцию в терапевтических виртпространствах. Где, что, как болит – не все в состоянии внятно объяснить, особенно дети, старики и умалишенные. Да и обучить движению отпротезированную конечность или прооперированного паралитика гораздо легче, взяв его тело под свой полный контроль.

Однако определенные круги общества быстро просекли, что путем нехитрых усовершенствований существует возможность погружения в Вирт с полной подменой сигнатуры абонента. Каналу скармливается биометрика ведомого, а вот в закрытые области банкинга или приватных виртпространств проникает уже ведущий.

Дела у фирмы-производителя «Твинс» резко пошли в гору. Небольшая странность в том, что количество проданных капсул на порядок превышало те, что установлены в медицинских учреждениях, – никого не смущала. Инструмент был нужный и своевременный, резать курицу, несущую золотые яйца, никто не собирался.

Пришлый быстро разделся, аккуратной стопочкой складывая вещи. Последними на недорогую повседневную рубашку менеджера среднего звена улеглись дорогущие трусы стоимостью в месячную зарплату клерка. Биоактивные, уничтожающие бактерий, с тонким слоем наномускул – нежно массажирующие все, что можно, препятствуя застою крови. Своим здоровьем наемник дорожил, поэтому шел на сознательный риск выпадения из образа.

Не стесняясь наготы, повернулся к своим «Ангелам-Хранителям», выступавшим сегодня в образе технарей.

– Ждите!

Приказ был абсолютно ненужным, скорее дань традиции и лишнее подчеркивание иерархии в группе. «Ангелы» обладали достаточным количеством спецсредств и навыков для решения любых вопросов, способных возникнуть во время прикрытия ушедшего «на глубину» лидера. Ну, разве что прямой штурм группы спецназа им не по зубам, да и то – есть кое-какие козыри в рукавах, в том числе административные.

Через четыре часа «Специалист по особым поручениям» выполнит свою задачу и покинет вирткапсулу. На его счет упадут двадцать тысяч не отслеживаемых биткоинов, а «Ангелы» приступят к финальной части операции – растворению в ванне тела клиента, вывозу оборудования, запениванию квартиры щелочным составом под самый потолок. Ни один волос, ни одна пылинка с возможным слепком ДНК наемников не должна попасть в руки следователей. Не говоря уже об отчетливо идентифицируемой запахограмме, датчики которой сейчас повально устанавливаются во всех ключевых точках мегаполисов – вокзалах, аэропортах и общественных учреждениях.

Родительский день в «Супер-Нове» ничуть не напоминал одноименные праздники в пионерских лагерях почившего во бозе Союза. Нет, торжественности было хоть отбавляй: сверкали парадные брони бойцов, искрил тысячами камней Первохрам, трепетали на ветру флаги Клана и Альянса. Грозно смотрелась вышитая на шелке эмблема «Детей Ночи» – вписанные в круг черная пантера и белый костяной дракон.

Соревнующиеся в мастерстве маги-иллюзионисты украсили небо своими фантазиями. Если честно – ощущение праздника постепенно поглотило всех. Даже гончих облагородили яркими шелковыми бантами и попросили прекратить старательно улыбаться – уж больно пугающим зрелищем это было для непривыкшего человека.

Гостей ожидалось немало: сотни три родственников плюс пара десятков семейных от Ветеранов, вместе с женами и детьми. Наличие у нас некоторого количества ребятни их безумно удивляло, но масштабы происходящего они не представляли даже приблизительно. Вероятно, считали, что Первожрец вновь умудрился подобрать где-то парочку уникальных для Друмира явлений.

Ради сглаживания впечатлений предельно ужали процедуру переброски в Замок. Портал открывался сразу в гостевую зону, усиленный караул сверялся со списком и, улыбаясь, провожал гостя в нарядный двор Первохрама. Пара внимательных гончих вовсю вертела ушами, пытаясь учуять любую гнильцу. На этот раз надежда на собачек была невелика – мои преданные детекторы фальши плющило от шквала эмоций семи сотен человек. Причем каких эмоций! Не ленивых повседневных мыслей, а бушующего урагана страстей!

Детский визг и счастливый смех переполняли древние стены. Клянусь адамантовым посохом – такого Друмир еще не видел. Удивленно ахали и крутили головами родители, глядя, как их стремительно растущие детишки джигитуют на гончих, чешут за ушами драконов и гордо демонстрируют зачаточное владение магией.

Мы не стали режиссировать хоровое пение или бодрые считалки с театральными сценками – лишнее все это, наносное. Пригласи мы хоть весь эстрадный бомонд, нам не удалось бы добиться и десятой доли тех эмоций, которые испытывала мать при виде ожившего, веселого и загоревшего сына, заливающегося счастливым смехом в обнимку с облизывающим его щенком.