перекусим, — предложил парень, — а то я из-за этого приема с самого утра не ел.
— Сурово, — хмыкнул я в ответ. — Впрочем, я тоже не откажусь.
В дальнейшем мы пару раз пересекались с Анеко, но каждый раз нас с Идой встречала лишь вежливая улыбка. Анеко совершенно не походила на Шину, когда та обижалась. Ни тебе оскорбленной невинности, ни вздернутого носа, ни фырканья, все вежливо и сухо. Райдон откололся довольно быстро, все же это вечер в его честь, и парень не мог уделить нам слишком много внимания. По крайней мере поначалу. Позже, когда все уляжется, уверен, он вернется, но пока бедолаге приходится уделять время чуть ли не каждому гостю. Этих самых гостей, к слову, за первый час изрядно прибавилось, уже нельзя было сказать, что их маловато. Мы с Идой тоже не сидели без дела. Засветились перед Нагасунэхико и Фудзивара, которые наряду с Охаяси состояли в той самой коалиции, отхватившей земель у Малайзии. Пообщались с наследником рода Отомо, который под конец разговора пригласил нас уже на свой прием. Видимо, Акинари успел поговорить с отцом. Его, кстати, не было. По словам Отомо Фуюки, его сын закопался в какой-то новый проект своего личного дела. Причем со скрытой гордостью сказал. Этот разговор напомнил мне, что надо навестить старую кошелку и попытаться выбить из нее приглашение для Акинари. Не то чтобы я забыл, но такое вот лишнее напоминание.
И опять Чесуэ. Впрочем, почему бы и нет, раз уж он был приглашен на день рождения Ами. Пока с ним общался, сильно переживал, что Ида вмешается, особенно после того, как вмешалась жена аристократа. Правда, на этот раз Чесуэ сам осадил ее, причем, как мне показалось, только после того, как понял, что Ида продолжит молчать. За одно это я прощаю немке все ее высказывания о моем росте.
В общем, славно пообщались. Это я про вечер в целом, а не про Чесуэ. Где надо засветился, с кем надо укрепил знакомство, а ведь это только начало вечеринки.
— Сакурай-кун, — раздался голос позади меня.
— Анеко… — сан, — поправился я в последний момент, а то бог ее теперь знает. Встанет в позу, как Шина. — Рад, что ты наконец освободилась, — оглянулся я на всякий случай. — Или ты по делу?
— Нет. На этот раз я свободна, — улыбнулась она. Не как до этого, но по-прежнему суховато. — Прогуляемся?
— С удовольствием, — улыбнулся я в ответ, ожидая подвоха.
Блин, в прошлой жизни с женщинами было попроще.
— Охаяси-сан, — заговорила через несколько секунд Ида, — а это правда, что вы друзья с Сакурай-куном?
— Смею надеяться, — медленно кивнула Анеко, продолжая улыбаться.
— Тогда… — замялась немка. — Заранее прошу прощения, я недавно в вашей стране и плохо еще тут ориентируюсь, но мне показалось, что вы на него за что-то злитесь. Друзья не должны ссориться, — похлопала глазами Ида. — Вот мы с ним друзья… — и пауза. Небольшая, но я заметил. — И надеюсь, такими всегда и будем.
— Оу, — отвернулась Анеко. — И давно вы в Токио?
— Только вчера приехала, — вздохнула Ида. — Моя семья хочет, чтобы я набралась опыта в незнакомой обстановке, так что скоро здесь откроется еще один семейный магазинчик.
— Вы разве этому не рады? — поинтересовалась Анеко на вздох немки.
— Было бы здорово сделать это в одиночку, а под присмотром старших — какой же это опыт, — и еще один вздох. — С другой стороны, — воспряла она, — мне всегда нравилась ваша культура, и я рада, что займусь делом именно здесь.
— Отец Иды уехал в Германию еще до ее рождения, теперь вот отправил на историческую родину, — решил я пояснить, как так получилось, что она внучка моего друга, но в Японии никогда не была.
— Я бы тоже хотела заняться чем-нибудь своим, — произнесла Анеко, — но отец вряд ли разрешит.
— Я, конечно, могу ошибаться, — произнесла Ида немного неуверенно, — но ваш отец чем-то напоминает моего, а раз так, то тут главное правильно попросить! — подняла она палец кверху.
— И как — правильно? — заинтересовалась Анеко.
— Ну это просто… ох, Сакурай-кун, не мог бы ты принести чего-нибудь попить? Мне немного непривычно в кимоно, — извиняюще улыбнулась девушка. Причем не мне, а Анеко.
— Конечно. Анеко… — сан?
— Буду признательна, Синдзи, — улыбнулась она мне.
Кажется, буря миновала.
Не особо торопясь, сходил за соком для девушек. Понятное дело, меня отправили куда подальше — даже если забыть о снующих тут и там служанках, до сока идти-то всего ничего. Так что, принеся дамам стаканы и отметив, что те неплохо общаются, от греха подальше смылся в поисках Рэя. Нашел его быстро — он стоял напротив входа в особняк между двумя старшими братьями, которые его, кажется, удерживали за плечи.
— О, Син! — увидел меня парень. — Вот видите, это судьба! — обратился он к Сэну и Хикару.
Те, в ответ тоскливо на меня глянув, сняли руки с плеч Рэя и быстро сыграли в камень-ножницы-бумага. После чего проигравший Сен, опустив плечи, направился в дом.
— Не знаю, что тут произошло, но мне его жалко, — заметил я оставшимся парням.
— Такова доля проигравших, — ответил радостный Хикару и, поправив свой латунный меч за поясом красного кимоно, бодрой походкой отправился вглубь двора.
— Так что случилось-то? — проводил я взглядом среднего сына Дая.
— В доме собирается толпа старперов, и кому-то из нас необходимо там быть. А старперы клана Охаяси… — покачал Рэй головой. — Пойдем отсюда подальше. На богов надейся, как говорится, но пальцы в розетку лучше не суй. А где Шмитт-сан?
— С Анеко общается, — ответил я ему.
— О, — даже остановился Райдон. — А всего полчаса назад… впрочем, замнем, — резко закруглился он.
И правильно, тут без слов все понятно. Не думал, что Анеко такая… ну вот такая. Я бы, например, уж точно не стал беситься, появись рядом с ней новый знакомый. Даже приди она с ним на какой-нибудь прием… Хотя тут, конечно… Мир-то все-таки иной, девушка в сопровождении парня… Хм, да и в моем мире было бы хреново, но это если бы я имел на нее какие-то виды, а Анеко… Анеко, с парнем, восемнадцатилетним красавцем, на приеме… Ну ладно, да, было бы неприятно, но я же парень, все мы, самцы, собственники, даже если самка нам не принадлежит. А уж в мире, где многоженство — это норма, да в среде аристо, где… хрен его знает, последний пункт вычеркиваем… Короче, бабы — дуры, на этом и остановимся.
— Кстати, Рэй, я тебе не говорил, но можешь меня поздравить.
— С чем? — заинтересовался он.
— Поставив на тебя пять миллионов, я выиграл в
