Мужчина оказался отличным собеседником, и вскоре я расслабилась и даже почти забыла о Сорби или по крайней мере перестала дергаться каждый раз, замечая в толпе чью-нибудь светлую шевелюру, и расстраиваться, понимая, что снова ошиблась. Интересно, сколько все-таки графу лет?
– Идемте танцевать? – неожиданно предложила я.
Мы медленно кружились в вальсе, я окончательно успокоилась и растворилась в музыке и объятиях партнера, как вдруг почувствовала, что граф мягко, но крепко прижал меня к себе, а затем его рука спустилась несколько ниже талии. Я попыталась отпрянуть, слегка упершись пальцами в грудь мужчины, но в ответ тот лишь склонился ближе и прошептал прямо на ухо:
– Спокойнее, не делайте такое испуганное лицо. Здесь Сорби, и сейчас он наблюдает за вами.
Ах вот как! Внутри все на мгновение похолодело, но не зря же меня природа Даром Актрисы наградила – надо и им иногда пользоваться. Я ослепительно улыбнулась и прильнула ближе к партнеру. Вскоре перед глазами действительно мелькнуло лицо герцога – холодно-отрешенное, каким и было раньше.
– Что-то он не выглядит расстроенным, – тихо пробормотала я в жилетку графа, чтобы Джек в случае чего не смог прочитать по губам.
– Поверьте старому и мудрому человеку, – насмешливо шепнул хозяин дома, – это показное равнодушие. На самом деле Сорби в ярости, но, молодец, хорошо это скрывает. Однако могу биться об заклад, второго шанса танцевать с вами он мне не даст.
В этот раз я улыбнулась намного искреннее. Сердце гулко застучало. Хоть бы Шорр оказался прав.
Танец длился бесконечно. Кажется, я перестала слышать музыку, хорошо хоть партнер уверенно вел меня, продолжая отвлекать ничего не значащим разговором. Когда мы наконец остановились, я продолжала стоять в объятиях мужчины, не сразу поняв, что все закончилось.
– Не отстраняйтесь, – едва слышно проговорил граф, – сделайте вид, что мы ждем следующего танца.
Я кивнула, уткнувшись ему в грудь и не глядя по сторонам. С трудом сглотнула, едва дыша от волнения. И снова услышала тихое:
– Возьмите себя в руки, он идет к нам.
Лишь я успела сделать медленный вдох-выдох и развернуть плечи, как сзади донеслось вежливое покашливание:
– Мое почтение, ваше сиятельство. Не уступите мою спутницу? Я тоже обещал ей танец.
Неужели он и правда сделал акцент на слове «мою»? Или показалось?.. «Видимо, нет, не показалось», – подумала я, услышав ответ графа.
– Да, пожалуйста, – спокойно отозвался тот и добавил: – Надеюсь, больше вашей спутнице скучать не придется.
Я скрыла усмешку, поворачиваясь к Джеку. Шорр мягко поддержал меня за локоть. На секунду заглянула в знакомые серые глаза и поняла, что пропала. Я замерла, не в силах пошевелиться от переполнявших чувств – страх и радость смешались, мешая двигаться, затрудняя дыхание, даже сердце замерло, чтобы потом забиться быстро-быстро. Едва сдержала дрожь, вкладывая свои пальцы в его протянутую ладонь. Щеки украсил румянец, а грудь принялась часто и высоко подниматься.
Горячая рука, легшая на спину, обожгла кожу даже через ткань платья. Мужчина привлек меня к себе – мягко, но сильно, не позволяя отодвинуться ни на сантиметр. Чуть ближе, чем позволяли приличия. Теплое дыхание колыхнуло завиток у виска. Захотелось прогнуться под его пальцами и замурлыкать. Не в силах сдерживаться, я отвернулась, опустив голову и прикусив губу, и прикрыла глаза от удовольствия. За весь танец мы не проронили ни слова, молча наслаждаясь близостью друг друга.
Музыка стихла. Несколько дополнительных мгновений я понежилась в мужских объятиях, прежде чем решилась поднять глаза. Почему-то было очень важно увидеть ответный отклик в глазах Джека, понять, что он почувствовал то же самое, услышать пару добрых слов…
Сорби смотрел в сторону. И не просто в сторону. В зале появилась новая гостья. Роскошная молодая женщина с огромными темными, почти черными глазами, копной блестящих смоляных волос и шикарной фигурой в вызывающе-алом платье. Именно ее и рассматривал мой спутник. Радость, осветившая его лицо, заставила меня лишь сильнее прикусить губу. Через секунду их глаза встретились. Не нужно иметь много ума, чтобы понять – эти двое знакомы. А насколько хорошо, даже думать не хотелось. Руки партнера медленно разжались.
– Благодарю за танец, – без каких-либо эмоций в голосе, не глядя бросил он и, оставив меня прямо посреди зала, начал продвигаться в сторону входа.
Глаза наполнились влагой. Внутренний голос твердил, что не мое это дело, но я не могла отвернуться, продолжая смотреть, как мой мужчина спешит к какой-то раскрашенной тетке. «Стоп! – оборвала саму себя и едко добавила: – С каких это пор он стал моим мужчиной? Мало ли у него знакомых – теперь к каждой ревновать, что ли?..» Слабое утешение, конечно, поскольку данная женщина явно не была одной из многих.
Тем временем Джек поклонился незнакомке, не отрывая взора от ее глаз, поцеловал руку и увлек на середину зала. Я беспомощно оглянулась, пытаясь найти опору, затем медленно побрела к краю танцпола, чтобы прислониться к одной из колонн. Глаза по-прежнему следили за каждым движением пары. Как он ее обнял… «Разве можно так откровенно обнимать партнершу в столь людном месте? – мелькнула раздраженная мысль. – И зачем склонился так близко? А она? Уцепилась как клещ… Боги, что я делаю?..» Заставив себя зажмуриться, сделала несколько глубоких вдохов, приказывая успокоиться. А открыв глаза… обнаружила, что пары на танцполе нет! Подавив легкий приступ паники, огляделась – у одного из коридоров мелькнула яркая красная юбка. Внутри что-то оборвалось. Плечи поникли.
«Я не пойду туда! Не опущусь до подглядывания!» – который раз твердила себе. Самовнушения хватило аж на две минуты, дальше ноги перестали слушаться и медленно двинулись в том же направлении. Ругая себя последними словами, я все-таки дошла до полутемного коридора. Парочки нигде не было. Зато виднелось несколько ответвлений. И куда они направились? «Стой, дура! Вот он – твой последний шанс вернуться в зал! Гордости совсем не осталось?» – орал здравый смысл. Я попросила его заткнуться и прислушалась, стараясь выделить знакомый голос… Тихий разговор… совсем недалеко… Ну, Дар, не подведи – пусть они меня не заметят.
Я осторожно двинулась в полутемный проем. Эта часть дома не освещалась электричеством, только неяркий свет из окон ровными прямоугольными пятнами пересекал коридор. Я заметила их сразу. Женщина уверенно, по-хозяйски обнимала Сорби за талию, а тот одной рукой держал ее за плечи, а второй поправлял выбившийся локон. Они стояли так близко друг к другу, что головы почти соприкасались. Меня затопила очередная волна неконтролируемой ревности. Негромкий девичий смех прервал мои созерцания, я прислушалась.
