Читаем без скачивания Рождение и гибель цивилизаций - Юрий Емельянов

Несмотря на многочисленные сходства с британцами, общественная организация средиокеанской державы, мировоззрение и мировосприятие ее жителей во многом существенно отличались от британских. В отличие от англичан для американцев история их страны началась с чистого листа. Отцы-основатели США, приученные в соответствии с протестантским учением самостоятельно изучать древние тексты Библии, видели в своей стране Землю Обетованную, переданную им для превращения в четко распланированное поселение. В еще большей степени, чем римляне, распространявшие повсюду свой образ жизни и рассекавшие покоренную ими сушу подобиями прямых морских путей, американцы превратили часть Северной Америки в край, где были реализованы их представления о мире, рожденные в эпоху покорения Мирового океана..

Кажется, что взгляд на мир через призму географии повлиял на американское мировосприятие и американский образ жизни. На карте мира, выпущенной в США, американский континент располагается в ее центральной части. Такое изображение помогает лучше донести идею о главном месте Земли Обетованной на планете. Известные географические факты лишь усиливают такое впечатление. Американский континент окружают два величайших океана планеты. Расположенные в центре Северной Америки США разделены с севера на юг крупнейшей рекой мира, а на их севере находится самый обширный пресноводный бассейн на Земле — Великие озера.

Перенеся на, американскую землю сетку географических координат, американцы разделили ее, словно чистый лист бумаги, прямыми границами по линиям земных меридианов и параллелей. Безупречно прямые линии отделили США от большей части территории Канады. Такие же прямые линии служили границами многих штатов. Линия, проведенная строго по географической параллели, разделила первые американские штаты на рабовладельческие и нерабовладельческие (так называемая линия Мейсона-Диксона).

Нередко в такие же прямоугольные резервации загонялись индейцы. Видимо, звери также должны были соблюдать прямоугольные границы национальных парков. От океана до океана были проложены прямые как стрелы железные дороги, пересекавшие горы, реки, вьющиеся древние тропы зверей и охотников. По этим прямым путям двигались поезда и пассажиры, встречая на пути стада бизонов, стреляли по ним, не покидая своих вагонов. Вдоль прямых дорог строились в прямоугольном порядке новые города, покрытые прямоугольной сетью улиц. В отличие от европейских городов улицы редко имели названия и шли друг за другом в цифровом или буквенном порядке. По этим прямым улицам в крупных городах США выстраивались устремленные ввысь прямоугольные американские небоскребы.

Лишь в столице в Вашингтоне к этому прямоугольному порядку улиц и домов была добавлена сеть из диагоналей. В центре столицы, территория которой представляет собой идеальный квадрат, был поставлен гигантский четырехгранный столб, увенчанный четырехгранной пирамидой — памятник основателю страны и первому ее президенту Джорджу Вашингтону. Здесь — полюс Американского Мира. Ровные линии, расходящиеся от монумента на четыре стороны, делят столицу на четыре квадрата: северо-восточный, северо-западный, юго-восточный и юго-западный!

В отношении к земле как к пустому пространству проявилась психология людей, утративших способность читать книгу природы, различать в ней следы древних зверей и древних культур, жить вместе с природой. Земля приобретала только товарную значимость, а потому ее разделяли на общие знаменатели так, как можно было разделять ее денежный эквивалент. Считалось, что в обществе «равных возможностей» изначально все были равны, как участники игры в «Монополию», в которой каждый получает возможность приобретать квадратики на прямоугольном поле. Ум или удача позволяли в американском обществе выиграть, недостаток ума и неудача вели к разорению. Обладатель большего числа одинаковых квадратиков американской земли или большего числа денежных знаков в банке занимал высшее место в обществе, неудачник оказывался на нижней социальной ступени. По таким же правилам велась «игра», в ходе которой США стали обладательницей своих земель. Индейцы продавали свои земли американцам за бесценок, а те, по правилам «Монополии», ставили на пустые квадратики кубики домиков и отелей. Таким же образом США скупали земли у Испании, Франции и России, Приобретая то Флориду, то Луизиану, то Аляску. С точки зрения людей, свято веривших в приоритет товарно-денежных отношений, у них не было ни малейших сомнений в том, что лишь они могут наилучшим способом распорядиться полученной землей.

Можно предположить, что восприятие Соединенных Штатов как олицетворение единственно возможного правильного общественного порядка определяло и отношение многих американцев к остальной ноосфере. К северу от США находится Канада, которая часто воспринималась американцами как органичное продолжение США. Ее провинции также разлинованы прямыми линиями, а в них, за исключением Квебека, живут люди, говорящие на таком же английском языке. Оттуда никогда не возникало опасности для США и, за отдельными исключениями, американцы никогда не предпринимали серьезных попыток присоединить к себе Канаду.

К югу от США располагаются страны Латинской Америки. Еще в 1823 году президент США Джеймс Монро провозгласил принцип разделения мира на «американскую и европейскую систему», фактически объявив Латинскую Америку зоной американских интересов. Доктрина Монро стала известна как лозунг «Америка для американцев». США воспринимали земли своих южных соседей как их собственный «задний двор». Как и всякий «задний двор» здесь царит некоторый беспорядок. Хотя латиноамериканские страны нередко разделялись на штаты, их границы не были проведены по параллелям и меридианам. Хотя здесь почти повсеместно существовали республики, конституции, президенты и конгрессы, но регулярность выборов нарушалась, а порой происходили восстания и государственные перевороты. Хотя здесь господствовала западноевропейская культура, жители предпочитали католическую веру, говорили на романских языках и среди них преобладали люди не чисто белой расы. Многие жители США были убеждены, что все эти отличия латиноамериканцев от них порождают лень, необузданность желаний, неспособность к упорядоченной жизни.

Поэтому считалось необходимым время от времени осуществлять вооруженные интервенции в эти страны, чтобы «навести порядок» исключительно для блага проживавших там народов. Такое отношение было закреплено в добавлении к доктрине Монро президента США Теодором Рузвельтом в 1904 году, которое предусматривало осуществление Соединенными Штатами функции «международной полицейской силы» в случае «внутренних беспорядков или бессилия» в странах Латинской Америки. Распоряжаясь в Латинской Америке как в собственном заднем дворе, Т. Рузвельт отторг у Колумбии ее провинцию Панаму и, заключив с ней договор, начал строительство межокеанского канала, потому что он был необходим США. Закрепившись на Панамском перешейке, США овладели ключевыми участками трансамериканской сухопутной магистрали и водного пути, соединившего два главных океана планеты. Отсюда распространялась власть США на обе Америки и Мировой океан.

К западу и востоку от США за широкими просторами океанов располагался остальной мир, в основном дикий и неупорядоченный. Многие народы мира погрязли в невежестве и нищете, томясь под властью маниакальных тиранов, не признающих принципов американской демократии, свободного предпринимательства и основ протестантского вероучения. Миссия Америки всегда состояла и в том, чтобы высоко держать знамя цивилизации и факел свободы для всех стран земного шара и в случае необходимости направлять их на путь Истинной Веры, Свободы и Демократии. Об этом постоянно говорили даже во время воскресных церковных служб в маленьком провинциальном городке, где росли Том Сойер и его создатель Марк Твен.

К тому моменту, когда США стали самой крупной промышленной державой мира, военные возможности этой страны еще не позволяли ставить вопрос о ее мировой гегемонии. Это упущение предлагал устранить американский адмирал Альфред Мэхэн — автор популярной в США с 90-х гадов XIX века книги «Влияние морской силы на историю». Хотя адмирал признавал, что торговый флот Британии сыграл немалую роль в развитии могущества империи, лишь победы британского военно-морского флота обеспечили этой стране ведущую рель в мире. «История морского могущества, — подчеркивал адмирал, — это прежде всего история военно-морских сил». По мнению А. Мэхэна, Великобритания создала самую обширную мировую державу лишь потому, что сумела достичь первенства на морских просторах. Адмирал призывал Соединенные Штаты взять этот опыт Британии на вооружение при разработке планов американской экспансии в Западном полушарии и в бассейне Тихого океана. Вывод А. Мэхэна был кратким: «Кто правит на волнах, тот правит над миром».