18.3.5. Усиление противоречий в лагере оппозиции
Часть предвыборного блока Зюганова не вошла в НПСР. Вероятно, наибольшая потеря здесь – это РОС. Фактически предал блок Руцкой, заняв пост Курского губернатора с поддержкой коммунистов.
Значительно усилились нападки на Председателя КПРФ Г.А.Зюганова со стороны левых коммунистов и внутри КПРФ. В газете «Молодой коммунист» [87] было опубликовано письмо ряда видных деятелей КПРФ членов ЦК Р.Косолапова, Т.Авалиани…., обвиняющее Зюганова в отходе от марксизма и призывающего его, как не коммуниста, отказаться от руководства КПРФ и сконцентрировать свою деятельность на посту Председателя НПСР.
Разумеется, в критике взглядов Зюганова того времени много справедливого, они не являлись коммунистическими с точки зрения марксизма (о чем говорилось в разделе 9.1), и это вредило, вообще говоря, единству действий коммунистов. С точки зрения укрепления, так сказать, «коммунистичности» партии в отрыве от решения ею других задач замена Зюганова на марксиста было бы желательной.
Но КПРФ тогда была весьма неоднородна: по классификации В.Вазюлина она состояла из трех частей. Зюганов представляет одну из них, одержавшую верх на втором съезде. Именно таким его и брали в КПРФ, вероятно, с прицелом на роль лидера противоречивой лево-правой оппозиции. Для ближайшей задачи партии – организации масс на участие в антиколониальной революции – он вполне подходил.
Рассмотрим, к чему бы привело снятие Зюганова с поста Председателя КПРФ. За этим, по идее, должно последовать и освобождение его с поста руководителя фракции коммунистов в Государственной Думе, который по влиянию на общественное мнение значительно весомее поста лидера НПСР. Т. е. снятие Зюганова с поста Председателя КПРФ привело бы к потере авторитета этой фигуры (его сняли – значит плохой), а, следовательно, и к нецелесообразности его выставления кандидатом в Президенты РФ. Таким образом, НПСР потеряет «раскрученного» кандидата в Президенты на выборах, которые могут состояться в любой момент. Стоило ли платить такую цену за то, чтобы Р. Косолапов, а также другие радетели марксисткой чистоты Председателя КПРФ, могли с удовлетворением вздохнуть: «Ну, вот теперь наш Председатель – настоящий марксист!»? Мне кажется, цена недопустима высока. Кроме того, победа «косолаповской» оппозиции привела бы превращению КПРФ по верному замечанию С. Кара-Мурзы в «большую РКРП» [87], что, естественно, не устроило бы значительную часть партии. Многие вышли бы из «большой РКРП». Из них часть создали бы новую партию, а другие прекратили политическую деятельность.
Критике Зюганова слева в значительной степени подыгрывает часть критики в СМИ, старающихся всячески представить деятельность КПРФ как сговор с властями в ущерб интересам трудящихся, в стремлении во что бы то ни стало сохранить «теплые места» в Гос. Думе. В целом, и критики слева и власти усиленно работали по сценарию «Черная раскрутка» (Советская Россия, 17.02.1997), предусматривающему дискредитацию КПРФ и Зюганова, что расчищало место на следующих Президентских выборах «демократам»: Лебедю, Лужкову, Черномырдину….
В случае удачи это привело бы к выполнению стратегической задачи буржуазной демократии: ликвидации реальной классовой оппозиции ослаблением ее настолько, чтобы она не могла реально претендовать на власть. Такая двухпартийность, которая сложилась к 1996 г. буржуазии не нужна: обе партии должны быть гарантированно буржуазными.
Это осталось верным и для всего последующего периода до лета 2012 г. К тому же задача ослабления была решена: процент голосов, поданных за КПРФ упал настолько, что по состоянию на лето 2012 г. она не могла реально претендовать на власть.
18.4. Оппозиция Семигина-Потапова
С ослаблением малых компартий основной вал критики начинает исходить от союзников-патриотов и внутренней оппозиции в КПРФ.
Серьёзный кризис возник в 2003 г. перед выборами в Государственную Думу. Он ознаменовался предательством по отношению к КПРФ отдельных представителей патриотических сил. Так Исполком НПСР во главе с Г. Семигиным предпринял попытку установить контроль над КПРФ. А Сергей Глазьев возглавил кремлёвский проект по созданию партии «Родина», которая на думских выборах отняла у КПРФ значительное количество голосов.
План Семигина состоял в финансировании партийных организаций со стороны частной организации при исполкоме НПСР, т. е практически, через подкуп актива. По словам Зюганова перед пленумом ЦК 25 декабря 2003 г. Семигин заявил ему следующее:
«Мы вашу организацию переделаем. Уже готовы новые программные документы, я возглавлю, и в этом мне помогут. Для вас лучший вариант – стать почетным председателем. А на ближайшие до очередного съезда полгода мы назначим нужных нам людей во временное руководство, и они подготовят соответствующие программные документы и состав съезда» [88].
Так что намерения были серьёзные. К Семигину присоединились ряд видных деятелей КПРФ: секретарь по оргработе и член Президиума Потапов (поэтому оппозицию в КПРФ Зюганов называет группировкой Семигина-Потапова), секретарь Московского горкома Куваев.
Понять семигинскую оппозицию можно из рупора группы Семигина «Родной газеты». В № 1–2 за 2004 год помещена статья Валерия Соловья (сотрудника Горбачев-фонда) со стандартными обвинениями в адрес Зюганова. Но в ней следует отметить одно, крайне красноречивое, обвинение: «Разве не Зюганов настаивал на конфронтации с популярным в народе президентом Путиным?… Именно Зюганов оттолкнул от партии множество людей, симпатизирующих президенту». Т. е. КПРФ, по мнению Соловья, должна была объявить себя сторонницей Путина на Думских выборах. Статья эта помещена на 1-ой странице органа оппозиции. По существу, редакционная. Т. е. это высказывание можно считать одним из программных положений оппозиции. Таким образом, можно с большой вероятностью считать, что в случае победы семигинской оппозиции предполагается сделать из КПРФ партию, в целом поддерживающую Путина. Это подтверждает и рекламный материал о Семигине, помещенный в № 3 «Родной газеты» (Досье). В нем много говорится о заслугах Семигина, но ничего о его коммунистических взглядах. Он только патриот: «Г.Ю. Семигин – настоящий патриот-государственник, последовательный сторонник создания социально-ориентированной рыночной экономики». Но социально-ориентированную экономику выступает, например, и «Яблоко». Далее говорится, что Семигин отстаивает «линию на конструктивность и ответственность патриотической оппозиции». Но это опять же не позиция КПРФ, которая не может быть в конструктивной оппозиции к режиму, который буквально уничтожает страну, как метко сказано «готовит ее к сдаче по остаточной стоимости иностранному капиталу». КПРФ находится в непримиримой оппозиции.
О силе просемигинской оппозиции говорят результаты голосования по кандидату в Президенты от КПРФ: «123 голоса за Харитонова и 105 – за Семигина» [89].
Перед съездом партии было даже принято решение о смещении Зюганова с поста Председателя КПРФ, на созванном его противниками Пленуме ЦК. (Правда, по уставу Пленум созывает Председатель партии). Путинские СМИ радостно растиражировали весть об отставке Зюганова. Затем оппозиция провела съезд на теплоходе (прозванный поэтому «водоплавающим»). Но даже Путинский Минюст не признал «водоплавающий» Съезд ввиду отсутствия кворума. Недостающие делегаты были дополнены статистами.
Т.е. КПРФ подверглась, пожалуй, самой серьёзной атаке за всё время своего существования.
На думских выборах партия потерпела серьёзное поражение: «…в 30 регионах мы потеряли почти половину голосов по сравнению с выборами 1999 года, а в 15 регионах – две трети» [89].
Основной причиной было предательство Глазьева и образование партии «Родина». Зюганов так описывает эффект «Родины»: люди голосовали не за некие «патриотические силы», а за вроде бы близкого коммунистам Глазьева. А это большая разница. То, что Глазьев предал КПРФ и ударил ей в спину, до очень многих просто не дошло. Люди вплоть до 7 декабря, а многие и поныне, считали и считают, что все, что делает Глазьев, – это замысел компартии. В этом и суть игры кремлевских политтехнологов. Не зря же Глазьев до сих пор постоянно рассыпается в фальшивых реверансах в адрес КПРФ.
Пойдем дальше. Утверждают, будто бы мы «оттолкнули этого молодого, способного политика». И это неправда. Он был в нашей фракции четыре года. Мы всячески способствовали известности его экономических идей. Разумеется, мы настойчиво приглашали его вновь войти в наш избирательный список. Место в первой тройке было открыто для него чуть ли не до момента подачи документов в Центральную избирательную комиссию. По включению Глазьева в центральный список народного блока КПРФ заблаговременно было принято решение Президиума ЦК. Но он сам выбрал другой путь… Главную роль, очевидно, сыграли его встреча с Путиным и личные амбиции.
