от одной мысли о своей возможной роли в этой его фантазии. Я задрожала всем телом и попыталась выскользнуть из объятий Лайтборна, но он не позволил мне отойти от него, только пристально посмотрел мне в глаза, не произнося ни слова. Наконец я почувствовала, как он передернул плечами, после чего стал шептать мне на ухо, что нечего бояться, что он останется смертным и больше не будет поддаваться искушению. Позднее мне стало известно, что Маркиза действительно предлагала ему подвергнуться превращению той же ночью. Он поступил так, как обещал мне, и отказался принять ее подарок.
— Что же изменилось? — спросил Роберт. — Ведь что-то должно было последовать за этим.
— Великий день расплаты, — улыбнулась Миледи, — в одной маленькой комнате.
— Расплаты?
Миледи медленно кивнула и выглянула в окно. Карета замедляла ход, и ее сильно тряхнуло, прежде чем она остановилась. Миледи продолжала сидеть совершенно спокойно, глядя на серебряную дорожку луны, бегущую по Темзе.
— Это произошло на следующий день, — заговорила она наконец. — Во время нашего возвращения из Мортлейка он всю дорогу был холоден со мной, погрузился в размышления, держался отчужденно и высокомерно, словно я была виновна в том, что он предпочел отказаться от предложения Маркизы. Едва мы переступили порог его квартиры, он приказал мне приготовить дорожный сундук. Он заявил, что уезжает, завтра же отправляется во Францию, и отправляется туда один.
Он не стал говорить, какое у него там дело, но я знала и сама. Я уже упоминала, что Лайтборн якшался со шпионами. Довольно скоро я поняла, что он и сам — один из них. Патроны, с которыми у него были дела, финансировали не только его музу. Много раз, пока я декламировала его вирши в костюмированных представлениях, он занимался менее возвышенными материями. В общем, я знала, что готовится какой-то новый заговор и что Лайтборн, отказавшийся от своей мечты о бессмертии, подготавливал почву для того, чтобы отказаться и от меня.
Он спал в эту ночь очень мало и оставил меня одну рано утром. Несколькими часами позже явился слуга из Дептфорда с приказом доставить туда дорожный сундук. Он не принес никакого послания: ни устного, ни прощальной записки. Так что я отправила сундук и отправилась вместе с ним сама. Мы прибыли с посыльным в ту таверну, которую вы уже видели. Лайтборн был наверху, в отдельной комнате, вместе с тремя другими мужчинами. На столе были разложены карты и бумаги. Я сразу же поняла, что это люди из числа самых настоящих шпионов. Чем они там занимались, было достаточно очевидно, но кроме карт на столе стояли бутылки, и все эти люди выглядели совершенно пьяными. Едва я вошла в комнату, их взгляды загорелись вожделением. Один мужчина поднялся на ноги и попытался схватить меня за руку, но пошатнулся и едва удержался на ногах. Лайтборн оттолкнул его так резко, что тот отлетел к стене и осел возле нее на пол. Лайтборн сильно пнул его ногой, ударил головой об пол, а потом повернулся ко мне.
— Уже слишком поздно, — прошептал он злобным голосом, не очень внятно выговаривая слова. — Не следует забывать, Елена, что это вы отговорили меня. Ваши глаза смотрели на меня с таким ужасом, какой мне предстоит видеть во взгляде каждого человека, если я не сбегу от соблазна собственных желаний, не отправлюсь скитаться по миру, чтобы быть как можно дальше от того места, где их только и можно удовлетворить. Так что оставьте меня, Елена, чтобы не ввести в соблазн доказывать справедливость собственных принципов: «Что любо нам, отвергнуто судьбой».
Я замерла на месте, пораженная силой его отчаяния, а потом внезапно почувствовала, что кто-то схватил меня за волосы и потянул назад. Я громко закричала, попыталась вырваться и увидела, что поверженный Лайтборном мужчина поднялся на ноги. В его руке был кинжал, который он приставил к моему горлу. Я изо всей силы ударила его ногой. Он вскрикнул, и я успела освободиться от его хватки. Лайтборн бросился к столу за своим ножом, но было слишком поздно — он успел сделать выпад, но противник уже нанес удар. Я услышала вопль падавшего на пол Лайтборна, а потом воцарилась тишина. Во всей комнате не было ни малейшего движения, все словно оцепенело.
Лайтборн снова вскрикнул, и крик его был ужасен. Я подбежала к нему, обняла и стала утешать. Он был ранен в голову немного выше глаза. Кровь обильно заливала лицо.
— Книга… — прошептал он, а потом снова вскрикнул, на этот раз пронзительно, и у него начали стекленеть глаза.
— Книга… Мортлейк…
Голос замер, и я почувствовала, как он тяжело оседает у меня на руках.
Трое других мужчин стояли, окаменев от ужаса. Я заставила их поднять Лайтборна и накрыть его простыней, а затем отнести на набережную реки. Их потрясение и ужас были настолько велики, что они подчинились, не задав ни одного вопроса. Я и сама не вполне отдавала себе отчет в происходящем, но вскоре обнаружила, что с Лайтборном на руках сидела в лодке, которая несла меня вниз по Темзе, назад к тому дому, который мы покинули только вчера поздним вечером. Я не поняла, что имел в виду Лайтборн, дважды повторив слово «книга». Но я помнила его веру в возможность стать бессмертным и неожиданно для себя заметила, что молила Господа о том, чтобы мы смогли обрести бессмертие.
— И ваша молитва была услышана.
Улыбка тронула губы Миледи.
— Так говорится.
— Что вы хотите этим сказать?
Какое-то мгновение она смотрела в окно, потом распахнула дверцу и со свойственным ей изяществом вышла из кареты на берег реки. Роберт присоединился к ней, но она не обернулась. Ее взгляд был устремлен на дом за рекой.
— Когда мы наконец прибыли, — продолжала она, — Маркизы не было. В доме оказался только доктор Ди.
Она тихо рассмеялась.
— Наше появление его не особенно обрадовало. Он потребовал, чтобы я оставила его в покое и забрала с собой Лайтборна. Ему не хотелось, чтобы в его доме обнаружили умирающего шпиона.
— А книга? Как насчет книги? — спросила Роберт.
— Конечно, я спросила его о ней, как только он позволил открыть мне рот. Доктор Ди минуту помолчал, потом отрицательно покачал головой и сказал, что она вряд ли поможет, что шифр по-прежнему не дается ему, что он не в состоянии прочитать эту рукопись. Я и без того была в отчаянии, зная, что Лайтборн был на волосок от смерти. Я попросила доктора Ди принести книгу, и он выполнил мою просьбу. Минуту он листал страницы, сокрушенно
