- Нет.
- Почему? - он пребывал в недоумении. Поседевшие брови съехались домиком на сложенном гармошкой лбу, а розовые щеки покраснели от внутреннего напряжения. - Это ведь твоя планета, твой народ, твоя ответственность! Разве ты не хочешь принести пользу своим соотечественникам? Они продолжают размножаться с невероятной быстротой. Скоро, очень скоро у нас снова возникнет проблема перенаселения. Что такого особенного в твоих чертежах?
- Они МОИ, - пленник холодно улыбнулся одними губами. - Никто без меня не сможет воплотить их в жизнь.
- Но ведь это твои подданные…
- Нет, Ашери, - резко прервал его собеседник, - это ТВОИ подданные. Уже давно твои. С того самого момента, как ты занял мое место в Совете, оповестив страну о моей яко бы скоропостижной кончине. Я доверял тебе…
- Так, значит, ты отказываешься нам помочь? - перебил его гость, черные глазки которого горели, точно два маленьких уголька.
- Странно, что ты рассчитывал на обратное, - пожал плечами бывший Глава совета, продолжая стоять у окна со скрещенными на груди руками. Весь его вид выражал спокойствие и легкую усталость, вызванную утомительной беседой.
- Я и не рассчитывал, - Ашери зло усмехнулся, оголив ровный ряд белых крупных зубов. - Твой эгоизм ничуть не иссяк за период заключения. Ты остался таким же надменным и жестоким и тебе по-прежнему нет дела ни до кого, кроме себя. Я полагал, что жизнь в одиночестве наложит определенный отпечаток на твой скверный характер, но ты, увы, неисправим. Выпустив из своих рук власть, ты продолжаешь оставаться таким же высокомерным и самонадеянным… - он печально покачал головой, разглядывая узника. - Скажи, чего ты ждешь?
- Жду? - тонкие мужские губы скривились под тяжестью мрачной улыбки. - Ключи от башни и мое законное место в Совете.
- Ты слишком опасен для общества, - процедил сквозь зубы собеседник, его толстые пальцы со всей силы стиснули решетку, а глаза мрачно засверкали в полумраке помещения.
- Мне следовало уничтожить тебя раньше, а не запирать на этом прекрасном острове. Ты просто его не достоин. Твое властолюбие не знает границ. Я совершил глупость, что пощадил тебя, закрыв глаза на твои сомнительные эксперименты.
- Ашери, - узник вздохнул, - я - единственный источник знаний, без которых невозможен технический прогресс планеты. И мы оба это прекрасно знаем. Не так ли?
- Но от тебя нет толку! Наши города тонут.
- Зато мои стоят. Я проектировал корабли, и они по-прежнему на плаву, электромобили заполняют улицы, не загрязняя атмосферу, строятся дома… разве этого мало? Ты просто слишком многого хочешь. Довольствуйся тем, что я готов тебе предоставить. Об остальном будем разговаривать, когда ты вернешь мне то, что отобрал.
- Ключи и место в Совете? - гость недовольно поморщился.
- Место ГЛАВЫ СОВЕТА, - спокойно поправил арестант.
- Новые изобретения? - цепкий взгляд Ашери упал на заваленный чертежами стол.
- Да.
- Они тоже не будут функционировать? - кривая ухмылка исказила его круглое лицо.
- Без меня… да.
- Что ж, мне пора возвращаться во дворец, - из груди гостя вырвался вздох облегчения. - Советую тебе хорошо подумать над нашей беседой. - Он сделал шаг назад и уперся спиной в приоткрытую дверь. - Потому что…
- Что? - холодные серые глаза сузились.
- Для всех будет лучше, если ты откроешь нам секрет твоих проклятых чертежей. В противном случае… - Ашери набрал в легкие побольше воздуха и выпалил: - Нам придется прибегнуть к пыткам.
Закончив фразу, он быстро ретировался за дверь, будто ожидал погони со стороны того, кто продолжал задумчиво смотреть ему вслед, не двигаясь с места.
- Завтра я приеду на остров, чтобы получить твой ответ, - донеслись из коридора его последние слова, которые просочились сквозь толстые каменные стены комнаты подобно мышиному писку.
Следом за своим повелителем начали исчезать в дверном проеме молчаливые солдаты. Когда они, держа в руках решетку, покинули комнату, узник странно улыбнулся.
На следующий день Ашери не вернулся. Зато в одиноко стоящую на скалистом берегу башню наведалась группа зеленых монстров с пустыми топливными контейнерами в руках.
Два гибких зеленых тела сжимали друг друга в мертвой хватке сцепившихся на ринге противников. Их покрытая потом кожа блестела и переливалась в свете ярких прожекторов, направленных на небольшую, тщательно огороженную площадку в центре зала, по периметру которой располагались забитые кастеркортами трибуны. Зрители гудели, точно рой пчел, реагируя на каждое движение обезумевших от ярости конкуренток. Это был полуфинальный бой турнира, главный приз которого - титул новой королевы колонии.
Стикс молча стоял рядом с креслом Рави в нескольких метрах от ринга. Разворачивающиеся там события интересовали его гораздо меньше, чем работа последних месяцев. Все это время он посвятил изучению программной начинки топливных носителей, в которых теперь обитали жители его планеты. Благодаря информации, полученной от Энай, Стикс прекрасно разбирался в подобного рода вещах. День ото дня он реставрировал программы, создавая новые сценарии. Рави не мешала ему в этом необычном на ее взгляд занятии, тем более, что энергетические запасы кастеркортов от трудов их бледнолицего гостя только пополнялись. Батарейки работали гораздо лучше обычного, и это не могло не радовать старую королеву. Разговор о чертежах корабля больше не поднимался. Стикс был занят, а его новая наставница не желала отвлекать своего ученика от дел. Она прекрасно понимала выгодность его работы, он же, в свою очередь, старался сделать все, чтобы виртуальная действительность его соотечественников стала лучше. Это последнее, чем он мог им помочь. Однако величайшее событие в пиратской колонии заставило его выбраться из топливного отсека, чтобы сопровождать Рави на турнир. Эта старая зеленая женщина с морщинистым лицом и тощим немощным телом по-своему любила его, он же испытывал к ней чувство глубокого почтения, граничащего с некоторой осторожностью. Ее желтые глаза вспыхивали загадочным огнем, когда они встречались. Рави нравились их продолжительные беседы, ее удивляло и умиляло то неиссякаемое любопытство, с которым он - МУЖЧИНА, инопланетянин, впитывал сказанные ею слова. Стикс уважал ее, слушал, спорил. Иногда соглашался, иногда нет. Но у него всегда было свое собственное мнение, свои взгляды и мысли… это особенно нравилось королеве. Впервые за долгие годы она встретила кого-то, с кем можно было общаться на равных.
Бой закончился громким ударом гонга, приведенного в движение молотом. Одна из претенденток лежала в луже алой крови, на помятом лице ее не было ничего похожего на страдание, одна только злость и досада. Под восхищенный вой трибун изможденной, но счастливой победительнице вручили главный атрибут финальной схватки - огромный сверкающий кинжал с украшенной драгоценными камнями рукояткой. Точно такой же был дарован ее будущей сопернице, которая вышла в финал несколькими часами раньше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
