городских преданиях.
Но, видимо, ничего полезного не узнал: проводив Хюльса, он мрачно уселся у камина и стал рассеянно листать какой-то старый том, который он вытащил из ближайшего шкафа.
Я немного потопталась за его спиной, делая вид, что ровняю корешки на полке. Но Матеус не был настроен вести со мной беседы. Чувство легкой неловкости, которое повисло между нами после утреннего разговора, к вечеру только усилилось. И Матеус, и я всячески избегали говорить о его невесте и о нашем будущем.
Чувствуя легкое разочарование, я отправилась спать. Завтра предстоит еще более хлопотный день. День моего триумфа или моего провала.
Нет, не буду думать о провале! Все в моих руках и никакой злобный рок мне не помеха. Завтра в лавке будет весело и шумно, и не будет места огорчениям и неприятным сюрпризам. Завтра книжная лавка госпожи Зои прогремит на всю Лиллидору!
Утром я вскочила с кровати, полная радости и энергии. Выпустила Бублика на улицу, вернулась в торговый зал и восхитилась сама себе.
Все готово к празднику. Столы и прилавки удобно расставлены, выложены стопки книг, письменные принадлежности. В стеллаже красуются полученные накануне новинки. Стены украшены детскими рисунками. Посетителям будет приятно видеть творчество своих отпрысков.
На низком столике приготовлены вазочки с печеньем и конфетами, расставлены чашки. В углу сверкает медными деталями печатный станок, и любой посетитель сможет попробовать набрать все, что ему вздумается, и тут же получить оттиск на память.
А на столе в центре зала – ваза, полная скрученных в трубочку бумажек, каждая перевязана золотистой ленточкой – билеты для лотереи. В шкафу за стеклом ждут победителей призы – книги с автографом Глории Дараны, несколько альбомов для рисования, наборы перьев и карандашей.
От избытка чувств я раскинула руки и немного покружилась на месте.
Все это сделала я, и все получилось отлично! Я – хозяйка настоящей книжной лавки. Я спасла все эти старые книги, и скоро спасу книги заколдованные – в тот момент у меня не было в этом никаких сомнений.
– Эван, доброе утро! – я легонько постучала по обложке. Эван откликнулся сразу же, и голос его был довольно бодр.
– А чего ты такая радостная? – поинтересовался он.
– Потому что скоро увижу тебя в человеческом облике. Теперь у нас есть Матеус, и есть Орбус, и книга заклинаний. Мы неплохо продвинулись. Осталось найти твое тело и знающего мага. И мы это сделаем. Еще чуть-чуть, и ты снова станешь человеком.
– Мне бы твой оптимизм, – отозвался Эван, но было слышно, что он все-таки воспрял духом.
В торговый зал вошел Матеус. Он был деловит, одет для выхода и нес мешок с инструментами.
– Ты куда-то собрался? – забеспокоилась я.
– До открытия лавки еще три часа. Наведаюсь-ка на кладбище. Солнце только встало, вряд ли в такой ранний час там есть живые люди. Попробую вскрыть склеп. Что-то мне... беспокойно, – закончил Матеус, нахмурившись.
– Я с тобой... Бублик! Останешься дома и будешь охранять.
Бублик покорно улегся на теплые доски пола в квадрате света, я припрятала Эвана, заперла лавку, и мы отправились на кладбище.
Оказалось, утром это исключительно приятное место. Выдался один из последних солнечных осенних деньков, в воздухе трепетали паутинки, желтые листья пахли корицей и свежестью.
Хоть наша миссия и имела мрачную цель, я наслаждалась прогулкой.
Но и в этот раз проникнуть в склеп не вышло. Матеус долго осматривал тяжелый замок на воротах. Ни у него, ни у меня не было навыков взломщика. Матеус достал инструменты и приготовился атаковать замок грубой силой, но на дорожке появился новый могильщик с метлой и уставился на нас с подозрением.
Пришлось спешно уходить. Полицейские все еще были озабочены смертью Дува, и наши кладбищенские дела могли вызвать у них ряд вопросов.
Настроение несколько упало. Очень хотелось вернуться к Эвану с хорошими новостями. С другой стороны, неизвестно, что мы обнаружили бы в склепе, это открытие могло вмешаться в мои планы и испортить предстоящий праздник. Пусть это эгоистично с моей стороны, но каждое дело все-таки следует решать в свое время.
Я отпирала дверь лавки, прикидывая, что еще нужно успеть сделать перед тем, как книжный фестиваль примет первых гостей.
Пожалуй, нарвать хризантем и поставить в вазы. Не забыть чайник вскипятить! И зажечь зачарованные Таффитой свечи в темных уголках зала. Они добавят щепотку магии.
Распахнула дверь и замерла. По спине пробежал холодок, руки затряслись. Мое тело быстрее отреагировало на увиденное, чем мозг. Он не сразу смог поверить в то, что предстало перед моими глазами.
Торговый зал был разгромлен. За те полчаса, что мы отсутствовали, какая-то злобная сила с наслаждением и размахом уничтожила все мои труды.
Я ахнула и попятилась, наткнувшись спиной на Матеуса. Он подхватил меня за плечи.
– Что за... – его голос осел и пропал, когда увидел то, что увидела я. А потом Матеус разразился страшными ругательствами, которые не должен знать порядочный вирил.
– Стой тут! – приказал он и обошел зал. Скрылся в коридоре; застучали его шаги, захлопали двери. Матеус осматривал дом в поисках того, кто учинил разгром.
Я не послушалась и вошла в зал на трясущихся ногах.
Недавний кошмар повторился. Мой тайный враг лишь затаился на время. А теперь вернулся и продолжил начатое. И достиг куда большего успеха, чем несколько дней назад.
Он славно развлекся. Столики перевернуты, пол устилают осколки ваз, раскрошенное печенье и выдранные страницы. Канцелярские принадлежности и альбомы залиты чернилами. Дверца в шкафе, где были выставлены призы для лотереи, разбита. Все до единой книги Глории Дараны изорваны в клочья.
Я прижала руки ко рту. В груди клокотали ярость и страх. Ужасно осознавать, что кто-то так сильно тебя ненавидит, что упорно уничтожает все, что тебе дорого, уничтожает твой труд и твои надежды.
Из-под прилавка послышалось повизгивание.
– Бублик! Ты не пострадал? – я вытащила пса наружу. Он был напуган до смерти. Дрожит, хвост между
