Читаем без скачивания Желание верить (сборник) - Виталий Вавикин

– Стреляй в него! – шепчет Чарли. – Пожалуйста, стреляй…

От громыхнувшего выстрела закладывает уши. Пуля попадает твари в лоб. Тварь не двигается. Голова ее запрокинута назад. Ноги делают шаг вперед. Один, другой… Микела снова нажимает на курок. Тварь наваливается на нее, сбивает с ног. Все еще раздаются выстрелы. Чарли кричит, пытаясь оттащить тварь от Микелы. Пол залит кровью. Тварь не двигается.

– Тяжелая, скотина! – шепчет Чарли, помогая Микеле избавиться от навалившейся на нее твари, ждет, когда она поднимется, отходит на шаг назад, спрашивает, не ранена ли она.

– Нет, а ты? – она вытирает лицо.

– Я не знаю… – Чарли не знает почему, но понимает, что должен сказать ей о своих чувствах. – Кажется, я люблю тебя.

– Что?

– Нет, я уверен, что люблю тебя.

Он смотрит ей в глаза. Такое странное место! Такая странная жизнь! В тишине слышно, как тварь за спиной Микелы начинает подниматься. Тварь убитая прежде. Микела пытается перезарядить оружие. Тварь сжимает своими худыми руками ее горло.

– Оставь ее! – орет Чарли.

Он бьет тварь в лицо. Тварь поворачивается. Острые зубы сжимают его кулак. Боль обжигает сознание…

2

– Обычно я на этом моменте просыпаюсь, – говорит Чарли своему редактору Симонсу.

Они сидят на скамейке, недалеко от дома Чарли. Со дня трагедии прошел почти год, но Чарли так и не смог вспомнить, что было дальше. Не осталось даже шрамов на правой руке, хотя он может поклясться, что зубы у твари были острее, чем у акулы. Но кроме шрамов не осталось и тел. Кто-то забрал полицейских. Кто-то забрал Микелу. Осталась лишь кровь. И Чарли. Друг Микелы – высокий чернокожий коп по имени Камеда, присматривает за Чарли, пока тот находится в больнице, и после, уже дома, навещает каждую неделю.

– Ты так и не смог ничего вспомнить? – спрашивает Симонс Чарли.

Чарли качает головой.

– А твоя голова? – редактор поджимает губы, не желая говорить про нервный срыв. – Терапия помогла или нет?

– Хочешь, чтобы я вернулся? – спрашивает Чарли.

– Пора бы уже… – мнется редактор.

– Я подумаю, – обещает Чарли.

Они прощаются. Чарли идет через мост. За мостом он может видеть свой дом. Возле моста стоят полицейские машины. Он спускается к ним, ищет знакомые лица, спрашивает, что случилось, видит водолазов, достающих из-под воды разложившиеся тела. Чарли отворачивается, пытается сдержать приступ рвоты, но не может.

3

Вечером приходит Камеда. Они идут вдоль берега реки, в которой утром было найдено захоронение.

– Они нашли ее, – говорит Камеда.

– Кого?

– Микелу. Микелу и тех двух копов, которые пропали вместе с ней.

– И где? – Чарли невольно смотрит на реку.

– Верно, – говорит Камеда.

Молчание начинает действовать на нервы.

– Только их? – спрашивает Чарли, чтобы просто не молчать.

– Нет.

– Это странно.

– Странно.

– А ошибки точно нет?

– Опознали троих из пяти, так что…

Чарли кивает, говорит, что должен побыть один, идет домой, звонит в участок. Он не сомневается в словах Камеды, но чувствует, что должен проверить, убедиться.

– Хорошо, что ты позвонил сам, – говорит Эриксон.

Он спрашивает Чарли о братьях и родственниках. Спрашивает о копе по имени Камеда.

– Причем тут Камеда и мои родственники? – спрашивает Чарли.

В голове что-то проясняется. Эриксон все еще что-то говорит, но Чарли уже не слушает. В голове звучит крик. Свой собственный крик. Крик, когда тварь укусила его за руку. Чарли закрывает глаза, но голос не стихает. Наоборот, теперь к нему добавляются видения. Видения из прошлого. Тварь сжимает горло Микелы, грызет его руку. Острые зубы разрывают плоть, ломают кости. Чарли видит свои пальцы, оставшиеся в пасти твари. Микела смотрит на него, хватая открытым ртом воздух. Ее глаза налиты кровью. Чарли понимает, что должен что-то сделать, но сил нет. Кровь хлещет из его изуродованной руки.

– Я сожру твое сердце и печенку, сожру все, что вы испортили во мне! – шепчет тварь свистящим голосом.

Жизнь уходит из Микелы. Чарли видит это в ее глазах, понимает, что она мертва. Уже мертва. Видит, как поднимается вторая тварь, которую пристрелила Микела, но бороться за жизнь нет ни сил, ни желания. Тварь хрипит, оглядывается по сторонам. Кровь и почти черная слизь вытекают из ее простреленной головы.

– Мне нужен твой мозг! – хрипит тварь, приближаясь к Чарли.

Он закрывает глаза. Он не хочет сопротивляться.

3

Чарли слышит звонок в дверь. Лежит на кровати и смотрит в потолок. Кто-то снова звонит. Настойчиво. Чарли не реагирует. Слышит, как кто-то открывает дверь своим ключом. Входит Камеда. Стоит, возвышаясь над Чарли, и смотрит на него сверху вниз.

– Я все знаю, – говорит ему Чарли. – Я все вспомнил.

Он вспоминает слова Симонса.

– Ты тоже один из них? – спрашивает Чарли Камеду.

– Не из них, а из нас, – говорит Камеда.

– Я не хочу так, – говорит ему Чарли.

– Ты привыкнешь.

– Нет.

– А как же Микела?

– Она тоже стала одной из нас.

– И она тоже ничего не помнит?

– Не знаю. Я наблюдаю только за тобой. Такого еще никогда не было.

Камеда идет к окну, выглядывает на улицу.

– Скоро они придут и начнут задавать вопросы.

– Мне все равно.

Чарли вспоминает Микелу. Если он стал особенным, то почему и она не может стать особенной? И если они смогут найти друг друга, смогут встретиться… Он вспоминает уродливых тварей. Хочется сорвать с себя кожу и убедиться, что он теперь один из них.

– Нужно уходить, – говорит Камеда.

– Ты поможешь мне найти Микелу?

Чарли знает, что ответит Камеда. Знает, что он может соврать, но теперь у него есть надежда. И снова хочется двигаться. И можно бежать хоть на край света, лишь бы не прежняя пустота и грусть.

История девяносто девятая (Забытье)

1

Кейт Макбрайд не знала, как это случилось. Вот она едет на машине по Касл авеню, на заднем сиденье смеется дочь, забавляясь над какой-то песней по радио, а вот ее уже везут в больницу. Рядом стоит врач. Голова кружится.

– Где моя дочь? – спрашивает Кейт, но никто не отвечает ей. – Где моя…

Она замолкает, потому что начинает действовать сильное успокоительное. Шум сирены стихает. Она медленно засыпает. Ей снится дочь, снится их дом.

– Где Кортни? – спрашивает Кейт уже в больнице.

Медсестра молчит, отводит глаза.

– Нет, – Кейт недоверчиво качает головой. – Я не верю, – она пытается подняться.

Медсестра выскальзывает из палаты, зовет доктора.

– Да не нужно мне это успокоительное! – кричит Кейт, вырываясь из крепких рук доктора. – Не нужно…