Читаем без скачивания Понять Россию умом - Дмитрий Калюжный

Иногда в качестве примера социальной устойчивости вспоминают «пескарей» и «щук», которые каким-то естественным образом регулируются количественно. Но разве пескари и щуки (вариант: волки и зайцы) живут в «равновесии»? Вовсе нет. Их численность постоянно меняется, причем циклическим образом.

Если все же представлять поведение устойчивой социальной системы в виде шарика, то не лежащего на дне лунки, а движущегося по дну некоторого замкнутого канала. Такая эволюция системы описывается замкнутой траекторий в фазовом пространстве, называемой аттрактором[23]. Но и это еще не все: само функционирование социальных систем приводит к изменению среды обитания, что создает эффект, подобный возникающему при движении шарика в мягком грунте, – он каждый раз создает новый вид поверхности, по которой сам движется.

В связи с этим следует сказать несколько слов о модном сейчас термине – «устойчивое развитие». Многие повторяют эти слова, не задумываясь о смысле, потому что они непонятные и выглядят «по-ученому». На самом же деле это то же самое, что и «жареный лед» или «белый негр».

Термин «устойчивое развитие» является переводом английского словосочетания «sustainable development» и обозначает важнейший принцип, которым призваны руководствоваться государства-члены, а также структуры ООН, занимающиеся проблемами окружающей человека среды. Академик Н.Н. Моисеев в книге «Быть или не быть… человечеству?», опубликованной в 1999 году, писал:

«Выражение «sustainable development» трудно переводимо на русский язык (и, возможно, на другие языки). Я бы его перевел как развитие, «допустимое» или «согласованное с состоянием Природы и ее законами». Но у нас в России его перевели словосочетанием «устойчивое развитие», что в обратном переводе может быть выражено словами «stable development». Такое толкование этого термина представляется лингвистическим нонсенсом. Понятие развития – антипод понятиям устойчивости и стабильности. Устойчивого развития просто не может быть; если есть развитие, то стабильности уже нет!»

И там же далее: «Я думаю, что термин «sustainable development» и в особенности его русский перевод, возникли как своеобразный компромисс между научным пониманием современной реальности и стремлением политических лидеров предложить более оптимистические перспективы, чем они представляются ученым, но зато более удобные для большого бизнеса».

Говоря иначе, чтобы даже в терминологии заморочить голову простому обывателю. Сегодня стоит проблема разработки стратегии выживания человечества, то есть речь уже идет о необходимости совокупных действий, способных до наступления экологической катастрофы обеспечить коэволюцию человека и окружающей среды. А политики подменяют ее бессмысленной стратегией «устойчивого развития человечества». Есть устойчивое состояние систем. И есть развитие систем. Не надо их путать.

Когда мы говорим о развитии, то имеем в виду, что система совершает некоторое движение в фазовом пространстве, то есть ею описывается некоторая траектория. Кроме того, развитие включает в себя набор качественных переходов (скачков траекторий) в фазовом пространстве. И как сказано выше, само функционирование системы оказывает влияние на фазовое пространство. Всякая система может быть описана как часть более сложной системы, например, Россия – часть планеты и часть человечества, человечество – часть природы, и так далее. Внешнее окружение (высшие по иерархии и сопутствующие системы), чтобы наша изучаемая система не отстала, требуют от нее интенсификации, что переводит ее к циклическому развитию. Дальнейшая интенсификация срывает систему с устойчивого режима и приводит к хаосу, и тем быстрее, чем полнее исчерпание ресурсов «устойчивого» режима. Причем это происходит (например, для нас), когда внешнее окружение вовсе не попадает в такой режим развития.

Иначе говоря, и человечество в целом, и каждая страна в отдельности будут встречать и преодолевать многочисленные кризисы, взлеты и падения на своем пути непрерывных поисков. Это наша общая судьба. Поэтому от чего-то надо отказаться: либо от развития, либо от устойчивости.

Сегодня в России есть лаборатории и институты, занимающиеся разработкой стратегии перехода к устойчивому развитию. Они имеют и юридическое прикрытие в виде указа президента РФ № 440 от 1 апреля 1996 года «О концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию» (обратите внимание на число – 1 апреля). Ладно, если бы эти разработчики тратили деньги частных лиц, но, похоже, часть из них паразитирует на государственном бюджете. Вот вам еще одна иллюстрация к потере нашей наукой иммунитета к проходимцам, дискредитирующим науку перед обществом.

Силовой и параметрический переход

Давайте рассмотрим ситуацию, когда исходная система может устойчиво существовать в нескольких режимах. Для простоты будем считать, что в двух. Например, общество может быть демократическим или тоталитарным. Пусть система устойчиво функционирует в одном из этих режимов. Возникает вопрос, можно ли переключить ее в другой режим, и как.

Есть два способа это сделать. Первый заключается в изменении количества элементов (уменьшении) того режима, из которого мы хотим его вывести. Для этого нам надо будет изолировать главных адептов старого режима, и начать либо уничтожение, либо модернизацию основных политических институтов. Таким образом, мы сделаем неустойчивыми основы существующего режима и создадим устойчивые условия для нового. В результате наша система начинает движение к новому устойчивому состоянию.

При этом надо иметь в виду, что силовое воздействие не требуется прикладывать в течение всего времени перехода от одного состояния ко второму. Как только будет достигнут некоторый критический уровень, при котором система уже потеряла устойчивость предыдущего режима, но еще не вошла в область притяжения нового, нужда в приложении силы отпадает. Дальше при малом толчке в нужном направлении система уже сама без всякого внешнего принуждения сорганизуется во втором состоянии, и очистится от элементов предыдущего режима сама, без дополнительных внешних затрат, а только за счет появления внутренних ресурсов, появившихся в результате перехода в новое устойчивое состояние.

Итак, мы начинали с ситуации, когда первый режим имел существенные преимущества по сравнению со вторым. За счет внешних ресурсов начали перестройку режима, ухудшая преимущества первого перед возможным вторым. Критическая ситуация была, когда мы добились отсутствия явных преимуществ обоих режимов. И после этого малая добавка нужных элементов сделала второй режим более предпочтительным. Дальше система сама доделала то, что нужно. Какое время нужно затратить на изменение соотношения элементов разных режимов – в данном случае не существенно. Но, естественно, чем оно меньше, тем больше этот процесс энерго– и ресурсозатратен.

Конечно, все, что мы говорили, имеет смысл, если второе устойчивое состояние существует. А если его нет, – например, оно всего лишь порождение фантазий, – то для удержания системы в неустойчивом состоянии вам будут все время требоваться внешние ресурсы.

Этот способ условно можно назвать силовым, по аналогии с механическими системами, в которых любое непосредственное изменение динамических переменных ассоциируется с приложением внешних воздействий. С математической точки зрения это означает, что в течение определенного времени действовал источник сторонней силы.

Другой способ переключения заключается в изменении параметров системы. В чем его суть? Пусть в системе, устойчиво работающей в первом режиме, в некоторый момент времени начинают изменять параметры функционирования системы или параметры внешней среды. При этом искажается (уменьшается) объем области существующего режима. И в конце концов устойчивость исходного состояния исчезает, а система начинает движение в сторону ближайшего устойчивого состояния. После этого параметры системы можно возвратить в прежнее положение, но наша система уже сама будет продолжать свое движение к новому устойчивому режиму. Скажем, чтобы превратить Россию в «сырьевой придаток» развитых стран, можно было применить силу, войну. А можно изменить параметр «внешнеэкономические сношения», отрыв экономическую границу. Вся экономика вымрет, кроме сырьевых отраслей.

В отличие от предыдущего случая, в этом случае время воздействия не может быть очень малым. Оно должно быть больше времени, необходимого для ухода системы из прежней устойчивой области.

Такой способ переключения называется параметрическим, поскольку непосредственному изменению подвергаются не динамические переменные, а параметры системы.

Если пояснить пример с превращением России в отсталую страну, посмотрим, как повлияло изменение параметра «внешнеэкономические сношения» на экономику и социальную жизнь страны. В силу того, что наша экономика в «открытом» варианте проигрывает экономикам стран, находящихся в лучших географо-климатических условиях (а таковы все страны мира, кроме Монголии), произошел отток внутренних капиталов, заполнение внутреннего рынка импортными товарами, коллапс отечественной экономики с соответствующими социальными последствиями. Попытки «силовым» образом заставить людей покупать отечественные товары, равно как и намерения централизованно «поддержать отечественного производителя», успехом не увенчались. Положение неустойчивое (например, физическое выживание народа зависит от мировых цен на нефть), и после прохождения системой вполне рассчитываемых точек (например, когда станут не восстановимыми основные фонды неработающих предприятий), даже если опять установить «экономическую границу», система продолжит путь к новому стабильному положению: аграрная страна с немногочисленным населением.